Дубликат - Леонид Жилеев
— Отцы, вы что? Мне-то тянуть тяжело, а представьте себе девчонку с этим. Как та же Ульяна это натянет? Мы же не атаку панцирной кавалерии останавливаем! Мы же мишени дырявим! Вот что: всё хорошо, только сделайте новые дуги, послабее. А эти (и тут во мне просыпается параноик) не выкидывайте — сделаны хорошо, зачем добру пропадать?
Ворчу ещё, что надо было меня пустить вчера — не пришлось бы сегодня переделывать. Понятно, что это только голова у кибернетиков от воспоминаний прошлого цикла очищена, а руки-то помнят. Окидываю на прощание взглядом мастерскую и замечаю кошкоробота на одном из верстаков. Уже хорошо: вернулись, значит, к основному занятию, а мы будем милитаризм и паранойю здешнюю искоренять постепенно, в том числе и в себе.
Выглянул за ворота. Просто ежедневный ритуал какой-то формируется, а там Алиса остановку подметает.
— Привет, где пропадала в обед?
— Да с работничками этими… Пока всё объяснишь до конца, он уже начало забыл. Вот и провозились.
— Ладно, обещал помочь — так помогу. Давай метлу.
— Думаешь, отказываться стану? Забирай. А я сейчас пионерчиков этих покрашу.
Сметаю какие-то соломинки, стебли травы, мелкие ветки, листья в кучу. Бумажки «…не просто так» на этот раз не попалось. Правильно, меня же здесь по графику ещё нет — только через неделю появлюсь. Алиса обихаживает пионерчиков, покрывая их очередным слоем серебрянки, и что-то напевает себе под нос.
— Алис, Мику вчера не обиделась, что мы от неё сбежали?
— Что? Мику? Нет, не обиделась.
— А то я зайти к ней хотел. Всё-таки с её-то общительным характером одной в клубе тяжело сидеть.
— Ну сходи, что ты мне об этом говоришь?
— Просто подумал, что ты мне компанию составишь.
— Составить компанию… Нет, в другой раз. Сам иди, а мне надо доделать ещё кое-что.
— Помощь ещё нужна?
— Нет, справлюсь.
— Ну ладно, тогда до ужина.
— Ага, спасибо, что помог.
Направляюсь в музыкальный кружок и на полдороги встречаю Мику. Мику, оказывается, уже прибралась у себя и решила сходить на пляж — ну, значит, не судьба мне сегодня гитару взять. Тогда и мне можно на пляж сходить — заодно работу своих футболистов проверю.
— Ты как, не против, если я тебе компанию составлю?
— Конечно, составь, а то знаешь, как мне одной скучно, ну, то есть не скучно, я вообще-то играть на разных инструментах люблю, но вот никто не заходит ко мне, только Алиса забегает.
Сегодня Мику достаточно немногословна — по её меркам, конечно, — а я, кажется, приноровился пропускать ручеёк её слов над собой, иногда включаясь, чтобы не пропустить смену темы. Доходим до кружков и сворачиваем налево, к Генде. Нас обгоняет Алиса с банкой краски, злобно косясь. А ведь я предлагал помощь, так что нефиг злобствовать.
— Ты не обиделась вчера, что мы так резко убежали?
— Нет, Алиса сказала, что ей нехорошо стало. А ты молодец: помог ей до бани дойти и там подежурил, чтобы никто посторонний не вошёл. Она очень стесняется, когда её слабой видят, а тебе она доверяет.
У меня появилось два новых развлечения — это переводить речь Мику на нормальный язык, а ещё глядеть на пионеров и представлять себе, какими они будут и как изменятся их привычки, когда они проснутся.
— Жалко только, что она новую песню не показала.
— Ну, покажет ещё, наверное. Песня-то хорошая — уже ясно.
На площади на своей лавочке сидит Лена. Улыбаюсь ей и киваю издалека. Что приятно, улыбается в ответ.
— А ты правда за гитарой вчера приходил?
— Правда. Хотел попросить, у тебя же их несколько, но сейчас боюсь, что некогда будет.
— А ты играть умеешь?
— Немного.
— Приходи в кружок, когда время будет, пожалуйста. А хочешь, я сама тебе гитару принесу?
— Это будет для тебя слишком большое беспокойство, Мику. Хотя если заглянешь — буду рад.
У столовой пусто — до ужина ещё больше часа. Только Ульяна, пригибаясь под окнами, крадётся к двери. Некоторые репликанты, даже проснувшись, не изменяют своих привычек — это надо запомнить.
— Мику, иди на пляж, я сейчас догоню, только в плавки переоденусь.
Забегаю к себе, переодеваюсь, беру полотенце и быстро-быстро на пляж. На пляже оглядываюсь: всё чистенько, параллельненько и перпендикулярненько, даже песок с граблями прошли. На грибках натянуты тенты, щит со спасательным кругом стоит в нужном месте, на щите рядом с кругом объявление: «Открытие купального сезона — завтра!» Мелькает мысль: не устроить ли в честь открытия Праздник Нептуна? Поздно, надо было раньше думать, а то неплохо бы получилось: Ольга — владычица морская, Мику — русалка, Ульяна — главный чертёнок, футболисты — младшие чертенята, ваш покорный слуга — естественно, Нептун. Зрителей силами чертенят макать в воду в конце праздника. Надо будет всё же Ольге идею подкинуть — хоть не на завтра, так на субботу, вместо этого «спортивного праздника». Выдумают же: «спортивный праздник». Нет, Ольгу нельзя владычицей, на Ольгу у меня уже другие планы, а вот бабу Глашу — ту можно. Нет, идея классная, надо продумать.
Мику уже в воде — я раздеваюсь и кидаю полотенце рядом с её вещами, а сам захожу в воду. Плавать я умею, но не люблю: вода для меня была и будет враждебной стихией — почему-то я, в отличие от той же Ульяны, с водой не сотрудничаю, а борюсь и героически преодолеваю, как препятствие. Поэтому делаю десяток гребков, разворачиваюсь к берегу и, едва ноги начинают доставать дно, иду на берег. Мику тоже выходит следом за мной, расстилаем полотенца и укладываемся по разные стороны от грибка. Кожа у Мику, что характерно, светлее моей, несмотря на её, Мику, полуазиатское происхождение. Интересно, кому из создателей объекта в голову пришло поселить среди советских пионеров полуяпонку Мику?
— Мику, можно личный вопрос? Тебя не обижают за то, что ты наполовину японка?
— Нет, здесь ребята хорошие.
Здесь хорошие, а где-то есть нехорошие, значит. В мифической стране «Япония»? Ладно, не буду девушку нервировать. Поэтому с грацией бегемота перевожу тему.
— Ну что, на ужин пора?
— Да, наверное.
— На дискотеку-то пойдёшь?
— Конечно же!
Мику, конечно, больше слов произносит — это я её фразы у себя в голове до привычного размера сокращаю.
— Ну ладно, увидимся тогда.
— Семён!
— Что?
— А гитару я тебе после ужина сразу занесу. Сейчас сбегаю к себе, переоденусь