Резонанс Ци. Том 8 - Иван Рейн

Оказавшись на борту, я невольно замедлил шаг и осмотрелся. Внутри корабль оказался совсем не похож на обычный транспорт. Ни рядов кресел, ни голых металлических стен, ни привычного ощущения машины, которую собирали прежде всего ради перевозки людей или грузов из одной точки в другую.

Большая часть интерьера была отделана деревом тёмных оттенков. Тёплая подсветка проходила вдоль стен и пола, отражалась в полированных поверхностях и делала зал одновременно дорогим и уютным. При этом пространство оставалось достаточно широким, чтобы люди свободно расходились.

Справа от входа за небольшой стойкой сидела девушка. Увидев нас, она сразу поднялась и подошла ближе.

Данте негромко сказал ей несколько слов. Девушка кивнула и жестом предложила идти за ней.

Слева были три закрытые комнаты. На дверях была простая надпись: «Караоке». Дальше начинался общий зал. Справа вдоль панорамных окон стояли столики для гостей. Такие же находились и слева. Между левыми располагалась небольшая сцена. На ней уже сидели музыканты и негромко играли что-то спокойное, не мешая разговорам.

Понятно. Вот почему корабль такой большой. Это не просто прогулочный рейс, а полноценное заведение, которое заодно летает над городом.

Девушка провела нас почти до конца зала. Слева был небольшой бар. Наш столик стоял с противоположной стороны, прямо у панорамных окон. Отсюда было видно и зал, и большую часть города снаружи. Девушка указала на него и вернулась ко входу.

Я сел рядом с Лейлой и окинул взглядом зал.

— Не знал, что в Икаре есть подобные прогулочные корабли с ресторанами.

— Они появились не так давно, — ответил Данте и слегка усмехнулся. — Привыкай. В столице ты и не такое увидишь.

— Я сдавал столь сложный экзамен не для того, чтобы пускать пыль в глаза столичным мажорам. Не думаю, что на это будет время в лагере.

Данте согласно кивнул. В этот момент по корпусу корабля прошла лёгкая вибрация.

За панорамными окнами площадка медленно поплыла вниз, а через несколько секунд корабль уже набирал высоту над ночными кварталами.

Я невольно повернулся к стеклу. Днём Икар мы уже видели сверху, но ночью город выглядел совсем иначе. Улицы превратились в длинные светящиеся линии, между кварталами двигались огни машин, а выше время от времени проходили корабли. Красный район с его большими участками и редкой застройкой быстро сменился более плотными кварталами.

Миа почти сразу придвинулась ближе к окну. Лейла заметила её реакцию и довольно улыбнулась. Сестра водила взглядом по огням внизу и явно пыталась узнавать знакомые улицы, но ночью даже привычные кварталы выглядели иначе.

Я тоже несколько секунд просто смотрел наружу. Большая часть моих полётов и в прошлой, и в этой жизни была связана с работой. Поэтому сейчас смотреть на город без необходимости через минуту прыгать вниз с оружием было приятно.

К столу подошёл официант. Мы сделали заказы, он быстро всё записал и ушёл. Примерно через полминуты вернулся с двумя бутылками — вином и шампанским.

Официант открыл их и оставил на столе. Данте тут же взял бутылки, ловко разлил напитки по бокалам и поднял свой.

— За нашего невероятно талантливого друга! И за то, чтобы он стал первым в элитном лагере.

Миа и Лейла улыбнулись и тоже подняли бокалы. Я благодарно кивнул и звонко чокнулся с ними бокалом.

Вино оказалось терпким, с приятным ароматом и долгим послевкусием. Я сделал ещё небольшой глоток и поставил бокал на стол.

Следующие минут пятнадцать разговор крутился вокруг места, в котором мы оказались. Лейла с Данте по привычке цеплялись друг к другу по мелочам, Миа то смеялась над ними, то сама влезала в спор, а пару раз под раздачу попадал и я. Мы обсуждали знакомые места в Икаре, смешные случаи из обычной жизни и совсем бытовые вещи, которые через час никто из нас уже не вспомнит. В какой-то момент я поймал себя на том, что уже давно не смотрю на время и вообще не думаю о том, сколько ещё дел предстоит.

Потом принесли ужин. Себе я заказал запечённую рыбу. Она оказалась настолько нежной, что легко разделялась вилкой и буквально таяла во рту.

Я только успел заточить первую половину порции, когда Лейла, сидевшая рядом, внезапно протянула вилку и ловко стащила кусочек прямо с моей тарелки.

Она отправила его в рот и довольно прикрыла глаза.

— М-м-м. Какая вкуснятина. Надо было тоже её заказать.

Я хмыкнул.

— Так закажи сейчас. Мы же никуда не торопимся.

— Не хочу наедаться. После полёта мы сходим ещё в одно интересное место.

Потом она посмотрела на Мию и подмигнула ей:

— Ты тоже много не пей, а то пропустишь всё самое интересное.

Миа заинтересованно подняла брови. Данте рядом тихо хмыкнул, но ничего не сказал. Судя по его лицу, он прекрасно знал продолжение плана и явно наслаждался тем, что я пока ничего не знал.

Я прищурился и перевёл взгляд с довольно улыбающегося и молчащего Данте обратно на Лейлу:

— И ты, конечно, не скажешь, куда мы пойдём?

Лейла посмотрела на меня так, будто вопрос был совершенно лишним, и усмехнулась:

— Ты что, мысли читать умеешь?

— Конечно. Могу сказать, о чём ты думаешь прямо сейчас, — с самым серьёзным видом ответил я.

Она заинтересованно изогнула бровь, отложила вилку и чуть подалась вперёд:

— А ну-ка, удиви.

Я сделал максимально сосредоточенное лицо и слегка прищурившись, пару секунд смотрел ей прямо в глаза, будто действительно пытался проникнуть в голову.

— Ты думаешь о том, что я могу догадаться, куда мы пойдём дальше. Верно?

— Неа, не угадал. — Лейла хитро улыбнулась. — Наоборот, я хотела сказать, куда мы пойдём прямо сейчас. Плохой из тебя экстрасенс.

Я вопросительно посмотрел на неё. Улыбка девушки стала шире, а в голубых глазах появились задорные огоньки.

— Мы идём в караоке!

Моя улыбка исчезла настолько быстро, что Лейла сразу довольно рассмеялась и с явным удовольствием откинулась на спинку кресла. Я недоумённо посмотрел на неё.

— Ты же шутишь, да?

Данте тут же усмехнулся. Судя по лицу, он ждал именно такой реакции и теперь явно наслаждался моментом.

— Ты чего так резко посерьёзнел? Неужели стесняешься?

Я покачал головой, уже понимая, что отступить мне всё равно не дадут:

— Я переживаю за сохранность вашего слуха. Когда я пою, у людей из ушей идёт