Фантастика 2026-219 - Артем Бах

За мгновение до моего удара стая вновь обратилась обыкновенной кровью, которая обильным потоком устремилась вниз башни. Реймонд закрылся от моей атаки покрытой наручем рукой, и я рассёк её практически по локоть. Издав пронзительный свист, мой меч с колоссальной силой прошёл сквозь конечность вампира, а затем нанёс глубокую вертикальную рану на его груди.

Реймонд оскалил клыки, яростно зашипев, а я на полной скорости врезался в него плечом и долетел вместе с противником до противоположной стороны стены. Как только мы в неё врезались и начали падать на каменную лестницу под нами, герцог вонзил мне неглубоко в живот свои когти, а я же выронил Созывателя, обхватил голову вампира обеим руками и с размаху врезал ему в челюсть коленом. Через мгновенье мы оба рухнули на ступени, и я крайне болезненно ударился о них своими рёбрами. Мой тёмный клинок, в свою очередь, вонзился в лестницу в паре метров от нас.

Поднимаясь, герцог издал яростный рёв, выплюнув в процессе несколько зубов и один длинный клык. Полагаю, Реймонду давно не приходилось вести столь грязный бой и чувствовать себя в процессе схватки униженным. Я же сражался за свою жизнь и жизни своих друзей, а потому использовал всё в арсенале своих умений, что могло вырвать победу.

Не поднимаясь на ноги, я ударил сапогом в колено Реймонда, и то издало едва слышимый хруст, выгнувшись под неправильным углом. Вампир же устремил мне в шею выпрямленные когтистые пальцы и пробил ими одну из ступеней, когда я увёл голову чуть в сторону. Воспользовавшись заминкой Реймонда, я поспешно встал, но затем увидел, как обрубленная по локоть рука моего противника с огромной скоростью вырастает вновь и летит в меня, сжимая формирующийся кулак. Я заблокировал удар, скрестив перед собою предплечья, однако под его мощью меня отбросило назад и скинуло с лестницы.

Инстинктивно выхватив второй, топорик, я швырнул его в герцога, и тот вонзился противнику в кровавый наплечник, но серьёзного вреда не нанёс. Затем я ухватился обеими руками за каменный язык пламени внизу статуи и, смягчив своё приземление, спрыгнул вниз. Когда я достиг пола, я перекувырнулся и тут же выпрямился, посмотрев в сторону противника.

Глаза Ланге были подобны двум ярко-красным огням, пылающим во мраке башни. Он смотрел на меня столь гневно, что, казалось, вот-вот пронзит меня своим взглядом насквозь. Но и я не уступал врагу в своей ярости: моя кровь разгорячилась до того, что начала быстро испаряться, истекая из моих ран, а всё тело источало сильный жар. В это мгновение я чувствовал на себе ещё чей-то взгляд, одобрительный, но не менее кровожадный, чем у Реймонда.

Вскинув заново отросшую руку в мою сторону, вампир активировал какую-то магию, и множество капель крови взмыли со ступеней рядом с ним в воздух, а затем обратились острыми иглами. Я же выхватил со спины лук и попытался нащупать в колчане стрелы. Как и всегда, все они уже давно где-то рассыпались в ходе моего боя.

Кровавые иглы устремились ко мне градом, вынудив меня броситься бежать в сторону. Нескольким из них удалось меня настигнуть и вонзиться в ноги и правое плечо, но раны оказались неглубокими. Однако, это не заставило герцога прекратить стрелять в меня иглами.

Когда я резко остановился, герцог нечаянно увёл град дальше по траектории моего бега, а я воспользовался его ошибкой, чтобы погрузить руку в колчан. Тонкие зубы впились в мою плоть и принялись жадно насыщаться кровью, преобразовывая её в стрелу.

Завидев это, Реймонд прекратил обстрел и начал видоизменять свою броню. Её фрагменты вновь растаяли, а затем потекли к груди вампира, формируя поверх сердца массивный щит. Когда же я вытащил из колчана стрелу и натянул тетиву, этот щит мгновенно затвердел.

Я произвёл не столь мощный выстрел, какой делал прежде. Стрела с достаточно большой скоростью просвистела внутри башни и даже не зацепила кровавый щит противника. Вместо этого она вонзилась прямиком в его горло, пробила шею насквозь и застряла в ней, а затем вновь обратилась в жидкость.

Герцог всхрипнул, но затем мгновенно исцелил полученную рану. Преобразовав свой щит обратно в доспех, мой противник недоумённо на меня посмотрел.

— Ты в отчаянии, юноша, — произнёс он, сам не до конца веря своим словам. В конце концов, мой гневный взгляд не подавал даже намёка на то, что я пребывал в отчаянии. — Ты жертвуешь своей кровью, чтобы вскормить мою плоть?

— Кое-что я уловил, пока был вампиром, Реймонд, — ответил я, едва сдерживая злорадную ухмылку. — Чужую кровь контролировать не так-то просто, и я не смогу в этом с тобой посоперничать. Но вот управлять своей кровью — совсем другое дело.

Герцог недоверчиво прищурился, а затем в ужасе распахнул глаза. Я же вскинул в его сторону руку и сосредоточился на незначительном потоке моей крови в его теле. Нащупав магией свою цель, я резко дёрнул её на себя, и герцог сорвался с лестницы, после чего я приготовился нанести удар кулаком.

За доли секунды до столкновения герцог обратился в туман, и мой удар прошёл сквозь него, а мне под ноги с лязгом упал мой топорик. Реймонд материализовался прямо за моей спиной, но я, не оборачиваясь, обрушил ему на скулу обратной стороной кулак. Противника отбросило на пару метров, а я вновь сфокусировался на своей крови.

Обращение в туман действительно тесно связано с физиологией вампира, однако всё же имеет и магические свойства. Вместе с телом превращению подвергаются и предметы на теле, а это значит, что и моя кровь не должна была покинуть плоть герцога. Потому я вновь ухватился за противника магической хваткой и ещё раз потянул его к себе.

Неспособный выйти из ближнего боя Реймонд взмахнул своей когтистой рукой, но я отскочил в сторону. Затем он вновь попытался меня ударить, однако я поднырнул под его выпад и обрушил кулак на его рёбра. Уворачиваться от атак герцога было куда проще, чем от клинков Алиагосса, и, хоть те наносили куда менее существенные раны, мечей светловолосого эльфа я боялся больше.

Уворот, уворот, удар. Уворот, уворот, удар. Шаг за шагом я ломал плоть Реймонда под натиском своих кулаков. Понимая, что таким образом он проиграет схватку, герцог позволил мне отбросить его очередным ударом