Князь Медведев. Тайна рода - Вячеслав Николаевич Уточкин

Через несколько долгих секунд боль начала уходить.

Я сделал глубокий вдох. Чудовище рвало себе лицо и горло. Серая кровь фонтанами хлестала во все стороны. Наконец циклоп дёрнулся и затих. Дыра в небе с щелчком схлопнулась. Фамильяры и Белый медведь пропали.

Туша циклопа начала разлагаться прямо на глазах. Мир вокруг застыл смазанным пятном. Со стороны Акакия пробился тягучий голос Бубна:

— Во-о-зьми-и ме-ня-я… Во-о-зьми…

Я сделал шаг в их сторону, но мир начал вращаться. Понимая, что до Бубна не доберусь, вызвал из инвентаря сигнальный пистолет. Мир вращался всё быстрей, причём в разных плоскостях.

Вскинув левую руку по дуге вверх, я нажал на спуск. Правая кисть не ощущалась совсем. Очень надеюсь, что выстрелил в небо, а не в разрушенный гипермаркет.

Последнее, что отметил краем угасающего сознания, — Акакий по-прежнему лежал на асфальте, но его уже не выгибало дугой. Шаман… храпел?

А потом всё исчезло.

Очнулся непонятно где и непонятно когда.

С «когда» вообще сложно. А «где» закрывала висящая перед глазами надпись:

Вы находитесь на Дороге Теней.

В случае невыхода в исходный мир в течение года матрица вашего физического тела в исходном мире будет признана утратившей жизнеспособность.

Текущая проекция будет подвергнута утилизации в соответствии с регламентом Дороги

Я мысленно смахнул эту неприятность. Вокруг стоял серый непроглядный туман. Лишь под ногами лежала каменистая поверхность.

На периферии зрения появилась цифра 1440.

Пока я пытался сосредоточиться, она сменилась на 1439. Понятно. Прошла минута.

— Стоп, — возмущённо крикнул я в пространство. — Тысяча четыреста сорок минут — это явно не год.

Перед глазами возникла новая надпись:

Внимание!

Вы не являетесь зарегистрированным соискателем ордена Шаманов.

В связи с отсутствием статуса соискателя

стандартный срок пребывания на Дороге Теней сокращён

— Понятно, — процедил я сквозь зубы.

Смахнул надпись. Цифра в углу зрения мигнула и стала 1438.

В несвойственной мне манере потратил минуту, сообщая серому туману, что я о нём думаю.

Новой информации не последовало. Попытался призвать фамильяров. На удивление, получилось. Дракоша, сидевшая на спине Потапыча, ближе к хвосту, сразу расчирикалась:

— Ага! Ага! Потапыч, я ж говорила, я говорила! Нас просто так обезьяньими руками не возьмёшь!

Потапыч коротко рыкнул ей в ответ. Дракоша замолчала и как-то обиженно нахохлилась. Он мысленно обратился ко мне:

— Где и с кем намечается драка?

На душе стало тепло. Как же я был рад видеть их здоровыми. Потапыч явно заматерел, Дракоша фонтанировала энергией. Я смотрел на фамильяров с гордостью родителя, чьи дети прошли сквозь трудности с честью и достоинством. Стали сильнее и не боятся шагать дальше.

— Где — пока не разобрался. Знаю название — Дорога Теней, — ответил я. — За сутки надо найти выход.

Посмотрел на Дракошу.

— Ага, как поговорить, так глохни, — возмущённо зачирикала Дракоша. — А как на разведку, так смотайся по-быренькому.

Потапыч отвернулся и молча сделал шаг в туман.

— Да ладно, — чирикнула Дракоша. — Ждите, сейчас всё сделаю!

Взмахнув крыльями, она по спирали ушла в туман.

— Где Белый медведь? — спросил я у Потапыча. — И почему вас так сильно приложило, когда появилась эта циклопоподобная образина?

— Белый ушёл в свой предел, — пробубнил Потапыч и, как собака, сел и почесал себя за ухом. — Старый он, отдыхать пошёл. А одноглазый нам ментально по мозгам въехал. Думал, голова лопнет.

Значит, мой блок против ментальных атак снова в строю, прикинул я. Это мне в плюс. А вот то, что Ухнеб и Вамп словно потеряли свою сущность, — минус.

Вспомнив, как лечил Ухнеба с помощью баллов Силы, вызвал своё оружие из инвентаря. Вамп привычно легла в левую руку. Ухнеб упал на камни у ног. Правая кисть не слушалась, попав под действие пепла «Ёлы шипомордой». Это тоже был большой минус.

Я вложил в Вамп один балл Силы. Она меньше Ухнеба, значит, должно хватить. Ржавчина сползла с клинка, освободив злой блеск красавицы Вамп. Убрал её в инвентарь и поднял Ухнеба левой рукой. Передал ему последние два балла Силы. Ржавчина, как и в прошлый раз, осыпалась сухой пылью. Металл снова стал живым.

Оставив Ухнеб в руке, попытался достучаться до Слова.

Энергетический резерв отсутствует.

Производство наноагентов невозможно.

Текущая популяция наноагентов: 10% от штатной нормы.

Выполнена консервация остаточной популяции для последующего перезапуска фабрики.

Рекомендация: обнаружить и переработать внешний источник энергии.

— Потапыч, — обратился я к задумчиво сидящему медведю. — Ты если пингвина увидишь, скажи.

Потапыч одарил меня озадаченным взглядом, но сказать ничего не успел.

— Нашла, нашла! — заголосила вынырнувшая из тумана Дракоша. — Быстрей за мной!

И тут же рванула обратно в туман. Я переглянулся с Потапычем и шагнул вслед за ней.

Старались держаться рядом. Здесь это не перестраховка, а жизненная необходимость. Сделаешь пару шагов в сторону, и туман поглотит тебя, будешь блуждать в одиночестве целую вечность.

Двигались молча. Я шёл почти на автомате. Устал. Не столько физически, сколько морально. Да и туман располагал к молчанию. Он глушил звуки и стирал краски.

— Ты чего молчишь? — нарушила покой мыслеречь Потапыча.

— Думаю, — ответил я.

Этот мир снова погрузился в вязкую тишину. Мы шли, или, вернее, плыли в тумане.

Потапыч, не выдержав, снова заговорил:

— Ты странно думаешь. Беззвучно. Я не пойму, о чём.

— Я думаю, — грустно ответил я, — могла ли Дракоша утонуть в тумане?

Потапыч фыркнул.

— В самом деле, — продолжил я. — Нельзя быть такой бестолковой. Взяла и слиняла. И вообще, может, мы идём не туда?

— Туда, — успокоила меня мыслеречь Потапыча. — Я её чувствую. Вот тебя несколько минут назад слышать перестал.

Обдумать это я не успел. Передо мной из тумана вынырнула Дракоша.

— Эй! Вы тут поаккуратней! Сейчас ступеньки вниз будут!

Я весь подобрался, делая следующий шаг. Действительно, под ногами возникла лестница, уводящая вниз. Десяток стёртых временем ступеней.

Мы спустились. Туман исчез. Перед нами открылось огромное помещение типа ангара.

— Тут и пожрать есть! — радостно сообщила Дракоша, уже что-то жуя.

Под потолком на высоте примерно пяти этажей висел шар холодного огня, заливая светом каждый угол. По всему полу вперемешку лежали рваные носки и драгоценные камни, битые бутылки и