Резидент. Часть 6 - Никита Киров
— Пока погоди, Вадим… — Холодов задумался. — Ты же говорил с Корнеевым перед тем как уйти?
— Да, — в очередной раз сказал я. — Как раз об этом самом. И он дал мне добро искать того шпиона, которого вы взяли. Очередного с моей помощью, кстати…
— Это же ты тогда взял того зелёного берета, — вдруг догадался он. — А я думал, кто ему вломил… так это ты мне его нашёл и караулил, чтобы он не свинтил. А когда свалил, ты его догнал. А для чего? Про него даже никто не знал тогда. Он тебе угрожал?
— Я его увидел и сразу узнал. Сработала чужая память. Вот и сдал, шпион же, недоброе замышлял.
— И всё? — с сомнением спросил Холодов.
— А что? Я ещё не видел шпиона, который меня в покое мог оставить? Ждать у моря погоды. Так вы меня знаете, я на месте не сижу. Помните Паука? А вот Туман его не помнил, и вышло вот так хреново с ним. А вы что, против были того, что я помогал? — я почувствовал раздражение в собственном голосе. — Вся сеть Ланге разбита, он новую создаёт с нуля. И явно кто-то его прикрывает, для кого-то он очень полезен.
Холодов посмотрел на меня иначе. Я обратил внимание, что оружие у него рядом. Стрелять он не любит, предпочитает действовать иначе, но умеет, что уже доказывал.
Но сейчас он не собирался палить или задерживать.
— А если ты врёшь? — спросил он. — Мне нужно твёрдое дока…
Майор замолчал, снова о чём-то думая. Даже не закончил фразу.
— У всех были слабые места, — сказал Холодов. — А знаешь, на чём я тогда тебя подловил?
— Вы не меня подловили, — отрезал я. — А вот Туман вас боялся до усрачки. Но мне-то зачем бояться? Я вас узнал получше.
— И насколько?
— Вы тогда застрелили человека, который был вам нужен, чтобы спасти другого. То есть спасти меня. Я не забыл, меня папа учил, что людям надо быть благодарным.
— Угу… короче… Он бабником был… Туман, то есть, — майор засмеялся. — Постоянно со всеми спал, я десять женщин насчитал только в твоём городе. Не помнишь их?
— Нет. Почти ни одной.
А как вспомнишь? Сколько этих портретов с голыми женщинами во дворце памяти? В каждом зале висят.
— А ты всё с одной и той же, — закончил мысль Холодов. — И всё спрашиваешь про неё.
— А зачем мне много? Я свою нашёл.
Он шумно выдохнул через нос и заметно расслабился.
— И что собираешься делать дальше? Этим «Ментатом» воспользоваться?
— Туман бы оставил всё как есть, и забрал бы прототип, чтобы продать. А за ним сейчас будут охотиться, потому что эта штука нужна им больше, чем весь ИИ Корнеева. А мне… не хочу я быть британским шпионом. Мне и так хорошо.
— А потом? — спросил он.
— Найти, кто грохнул Корнеева, чтобы от меня отстали. И найти Ланге с Епископом, и кто там им помогает. Это Ланге прислал? — я кивнул на телефон.
— Один мой старый информатор, — неопределённо сказал Холодов.
— Вот и пробейте, как с ним доктор связан.
— А ты что об этом знаешь?
— А я бы знал — уже бы помог взять. Этого нет в памяти. Ну, раз вы меня не задержали, то не верите, что я убил.
— Да я и не верил. Там очень странное дело. А вот с этим надо было разобраться один на один. Потому что сомнения меня мучали. Потому что Стивенсона я знал хорошо, и он помогал людям, только если это было выгодно ему самому. Ну и ну, — протянул он, прикурив новую сигарету, ещё пока старая дымилась. — Цифровые личности, надо же. И током тогда тряхнуло…
— Не забуду. Куда вы поехали? — спросил я, когда он завёл двигатель.
— Надо разобраться со всем. Но если ты говоришь мне правду, лучше пока посиди в одном месте. Домой не езди… а вот завтра…
* * *
Всё необходимое у меня было. Конечно, кроме докторов, аппарата МРТ и длительного наблюдения за состоянием, но как говорили документы, если пережил первый перенос, то остальное уже не было проблемой.
Да и мне надо это сделать, иначе в любой момент Туман становится главным и валит отсюда. Не факт, что у меня есть хотя бы месяц. Порой так и тянет подумать на английском.
Для активации «Периметра» сначала ставили инъекцию с имплантом, затем вещество, чтобы пробудить мозговую активность и снять её с помощью импланта.
Для «Ментата» же было наоборот, и дозы совсем другие, как и их состав. Но что характерно, состав уже был готов. Будто Корнеев ещё вечером решил, что тянуть не надо, и Сикорский сразу подготовил инъекции. Неизвестно же, когда Туман мог вернуться. Поэтому Фокс смог найти то, что уже было подготовлено для транспортировки.
Можно сказать, сейчас я обновлял нейронные связи, а имплант сохранял встроенные чужеродные воспоминания, как резервную копию, чтобы мозг чётко понимал, где я, а где Туман, но при этом мог пользоваться всем осознанно, и не забывать, кто я, собственно, на самом деле. А имплант будет работать, как своего рода флешка для других воспоминаний. Но уже не для личности, всё лишнее должно убраться, останутся только воспоминания и, скорее всего, навыки.
Правда, мало того, что укол больнючий, так было ещё немало побочных эффектов.
Через полчаса меня бросило в пот, причём настолько сильно, что мне казалось, будто матрас подо мной промок насквозь. За ночь я выпил почти пятилитровую бутылку воды, а потом просто пил из-под крана. Лежал, потом шёл в туалет, потом опять пил, так и не поспал толком.
Мысли смешивались в кучу, мне-то вспоминался детдом, то наоборот, дом где-то в Англии, и раковина с двумя кранами, где холодная и горячая бежит отдельно.
То ел манную кашу, то английский пудинг. То ездил где-то в Европе, скрываясь от погони, то бегал на физре, то рассматривал залы