Лекарь из Пустоты. Книга 15 - Александр Майерс

Тимофей попытался подняться, но получил удар по затылку. Перед глазами поплыло.

Лысый схватил артефакт, который они не успели закончить и швырнул в стену. Его сообщники разбили витрину, за которой хранились образцы деталей, и расшвыряли инструменты. Тимофей отметил, что они не пытались громить самое дорогое, просто устраивали беспорядок.

Когда закончили, главный наклонился к Тимофею и схватил его за ворот.

— Слушай внимательно. Мастеру своему передашь, чтобы хорошо подумал над предложением.

— Над каким предложением?

— Он поймёт.

Четверо направились к выходу. Последний переступил через лежавшего охранника и оглянулся.

— Слово в слово передай, понял?

Тимофей кивнул. Дверь закрылась.

Несколько секунд в мастерской слышалось только тяжёлое дыхание и приглушённые стоны.

Потом Тимофей вытер кровь с лица и подполз к младшему ученику.

— Ты как?

— Он мне руку сломал, — простонал тот.

— Не двигайся. Сейчас лекаря вызову. Охраннику тоже помощь нужна…

Тимофей отыскал среди разбросанных вещей свой телефон. Экран треснул, но вызвать полицию он смог. После этого набрал номер Савелия Игнатьевича.

— Привет, дорогой. Как вы там? — почти сразу ответил Громов.

— Мастер… Беда. К нам только что приходили какие-то люди…

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Савелий Игнатьевич пришёл без предупреждения.

Я как раз закончил очередную попытку восстановить повреждённый дар на имитации. Результат снова не порадовал, и появлению артефактора я даже обрадовался. Будет повод отвлечься.

Но стоило взглянуть на его лицо, как я сразу понял — он явился не по радостному поводу.

— Что случилось?

— На мою мастерскую в Петербурге напали. Ворвались, избили охранника, устроили погром. Ученикам тоже досталось. Младшему руку сломали.

— Где они сейчас?

— В лечебнице. Жить будут. Юрий Дмитриевич, я знаю, кто это устроил. Князь Ладыгин, — серьёзно произнёс Савелий Игнатьевич, взглянув на меня из-под бровей.

— Почему вы так уверены, что это он?

— Эти бандиты велели передать, чтобы я хорошо подумал над предложением…

— Давайте-ка с самого сначала, — попросил я, жестом предлагая мастеру сесть.

Оказалось, после публикации об артефакте имитации ауры Громову предложили поступить на службу едва ли не во все крупные мастерские столицы. Князь Ладыгин сделал самое щедрое предложение. И хуже остальных перенёс отказ.

— Почему вы сразу не рассказали? — спросил я, когда Савелий Игнатьевич закончил.

— О чём? Что мне нахамили по телефону? Я не думал, что он до такого опустится!

— В полицию заявили?

Громов фыркнул и махнул рукой.

— Да. Они приехали, приняли заявление. А толку? Уличные камеры возле мастерской именно в это время не работали.

— Надо же, какое совпадение, — хмыкнул я.

— Вот-вот. А наши камеры эти люди сломали и забрали с собой. Записей не осталось, — закончил артефактор и вздохнул.

Я немного помолчал.

Нападавшие подготовились основательно. Значит, это была не просто попытка запугать, наскоро придуманная после неудачного разговора. Такой вариант Ладыгин предусмотрел заранее.

— Есть ещё кое-что, — продолжил Громов.

Он открыл на телефоне письмо и передал мне.

Это оказалась официальная претензия от мастерской рода Ладыгиных. Савелия Игнатьевича обвиняли в незаконном использовании чужой разработки.

— Вы с ними работали? — уточнил я.

— Даже несколько раз. Создавал отдельные узлы, помогал с настройкой. Но то, о чём они пишут, разработал сам ещё до нашего первого договора. У меня записи сохранились.

— Они утверждают, что вы получили доступ к их документации.

— Получал. Только эта схема к ней никакого отношения не имеет! — решительно заявил Громов.

К претензии прилагался проект соглашения, подписание которого должно было уладить все претензии между сторонами. Я открыл его и быстро просмотрел основные пункты.

Ладыгины предлагали не доводить дело до суда. Взамен Громов должен был согласовывать с ними будущие разработки, передать право на их коммерческое использование и принять ещё несколько обязательств.

Проще говоря, все его работы по этому соглашению оказывались под контролем Ладыгиных.

— Не вздумайте это подписывать, — сказал я.

— Я и не собирался.

— Хорошо. Перешлите все документы моему юристу. Он разберётся.

Савелий Игнатьевич устало потёр лицо.

— А эти бандиты? Если они снова придут?

— Мастерскую и всех людей, включая вашу семью, перевезём сюда. Здесь вам предоставим жильё и защиту, — пообещал я.

Громов недоверчиво взглянул на меня и спросил:

— На каких условиях?

— Савелий Игнатьевич, я ничего не пытаюсь вам навязать. Оставаться в Петербурге опасно. Я не заставлю вас ничего подписывать, и не прошу взамен бесплатные артефакты или что-то ещё. Вы останетесь независимы. Я просто хочу помочь, слово чести, — заверил его я.

Мастер пожевал губами и кивнул.

— Хорошо. Простите, Юрий Дмитриевич, не хотел вас оскорбить.

— Всё в порядке. Позвоните своим, чтобы собирались, а я передам приказ гвардейцам в Петербурге, — сказал я и взял телефон.

Шрам выслушал меня, уточнил адрес мастерской и попросил контакты учеников и членов семьи Громова.

— Если сегодня успеют всё собрать, вечерним порталом можем доставить их в Новосибирск. Я позвоню Альберту, чтобы составил для нас грузовую заявку, — пообещал он.

— Вот и правильно. Пусть бойцы помогут всё собрать и перевезти. Если появятся люди Ладыгина — в конфликт не вступать и сразу доложить мне.

— Так точно.

— И выясни, кто именно приходил в мастерскую.

— Без проблем. Отправлю Костю и остальных, — пообещал Шрам.

Следом мы переслали Некрасову претензию от Ладыгиных и проект соглашения. Он перезвонил через десять минут и возмущённо сказал:

— Очень наглый документ, ваша светлость!

— Это я заметил. Как можно ответить?

— Мне нужны записи господина Громова. Если подтвердится, что разработка существовала до сотрудничества, их требования можно будет оспорить.

— Савелий Игнатьевич всё предоставит, — сообщил я, взглянув на артефактора, который успокаивал по телефону свою жену.

Дальше пришлось решать вопрос с размещением. После недавнего семейного разговора я точно знал, что выделить ещё несколько комнат в усадьбе мы не можем. Поэтому позвонил Дмитрию и объяснил ситуацию.

Он быстро нашёл подходящий дом неподалёку от наших владений. Просторный, с флигелем, где можно разместить мастерскую и хозяйственными помещениями. Я оплатил аренду на два месяца вперёд и сразу велел отправить туда усиленную охрану.

Как мне успели доложить между всеми этими звонками, Ладыгин был весьма влиятельной фигурой. Ссориться с ним не хотелось, но бросить артефактора на произвол судьбы я тоже не мог.

Пострадавших после приезда направили в мою клинику. Столичные лекари