Лекарь из Пустоты. Книга 15 - Александр Майерс

— Эти документы ничего не значат. Собирайте своих и уезжайте, — велел я.

— Мне приказано вывезти оборудование, ваша светлость, — нахмурился офицер.

— А я приказываю вам покинуть территорию, которую охраняет моя гвардия. Можете позвонить своему князю и сообщить, что я лично запретил трогать имущество мастера Громова. И передай ещё кое-что. Следующий такой визит я расценю как объявление войны моему роду и буду отвечать соответствующе. Передай слово в слово, — железным тоном заявил я.

— Вы угрожаете князю Ладыгину? — офицер, судя по виду, не на шутку удивился.

— Предупреждаю, — ответил я.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга. Потом он отвернулся и приказал своим садиться по машинам.

Я дождался, пока последний чужой гвардеец покинет двор. Один заметно хромал, двоих поддерживали товарищи. Нашим тоже досталось, но, к счастью, серьёзных травм не было.

Я осмотрел бойцов и помог тем, кому требовалось лечение. Ничего серьёзного — ушибы, одна рассечённая бровь и два выбитых пальца. Мелочи.

Мой дар работал нормально, хотя проверять его именно таким образом я не планировал.

Потом зашёл к семье Громова. Убедился, что все целы, хотя и слегка напуганы, пообещал усилить охрану и только после этого вернулся домой.

Некрасов подготовил официальное требование к роду Ладыгиных в тот же день.

Содержание было простым: прекратить давление на Савелия Игнатьевича, возместить ущерб, нанесённый его мастерской, и расходы на лечение пострадавших. Выдать организаторов нападений для разбирательства.

Вячеслав Андреевич отдельно указал, что попытка силой забрать имущество совершена людьми в форме Ладыгиных. Тут князю уже не удастся сказать, что он ничего не знает о каких-то бандитах.

Записи с камер мы сохранили. Показания охраны тоже.

Ладыгин на требование не ответил.

Зато через некоторое время выяснилось, что подготовленное до этого Некрасовым заявление в суд не приняли. Юрист сообщил об этом таким тоном, что я сразу понял: обычной ошибкой в бумагах дело не ограничилось.

— Причина? — уточнил я.

— Формальные замечания к подаче. Часть документов якобы требует дополнительного подтверждения.

— Якобы?

— Всё необходимое приложено. Я пытался выяснить, что именно их не устраивает. Внятного ответа не получил, — развёл руками Вячеслав Андреевич.

Я хмуро кивнул. Похоже, столичный князь привык решать такие вопросы без особого труда. Человека запугать, имущество объявить спорным, жалобу остановить ещё до рассмотрения. Его связи, видимо, позволяли отбиваться от подобных трудностей без проблем.

Теперь предстояло понять, насколько далеко он готов зайти.

Мне этот конфликт был совершенно не нужен. Магистры Гильдии и без того считали, что вокруг меня слишком много опасностей. Если к покушению прибавится ещё и противостояние со столичным родом, Ракитину останется только принимать поздравления.

Наверняка Ладыгин тоже это понимал и рассчитывал, что я вскоре дам заднюю.

Я посмотрел на копию отправленного требования. Можно было посоветовать Громову уехать подальше. Или предложить ему самому договориться с князем. Сказать, что у меня сейчас достаточно собственных проблем.

Вот только я уже дал ему слово. К тому же люди Ладыгина приехали не в пустой дом. Они знали, чья охрана стоит у ворот, и всё равно полезли внутрь. Если спустить такое — чести рода Серебровых будет нанесён непоправимый урон.

Я закрыл папку и позвонил Шраму.

— Охрану у Громовых усилить. И предупреди наших в Петербурге: пусть будут внимательнее. Пока Ладыгин молчит, расслабляться рано… Что там у твоих пацанов?

— Работают. Уверен, скоро услышим о результатах, ваша светлость, — ответил Богдан.

Российская империя, город Санкт-Петербург

Нужных людей нашли в старой конторе при автобазе.

Место подсказал бывший контрабандист. По документам здесь размещалась охранная фирма, но ни вывески, ни посетителей не было. Только время от времени приезжали машины и сновали крепкие мужчины в кожаных куртках.

Витёк и пацаны наблюдали за зданием два дня.

Лысый, которого описывали ученики Громова, появился в первый же вечер. Вышел из машины, постоял у крыльца и скрылся внутри.

На следующий день увидели ещё двоих участников нападения.

— Ну что, братва, готовы побазарить с плохими парнями? — спросил Витёк.

Костян проверил пистолет и кивнул.

— Готовы, — ответили остальные.

— Сколько их там? — спросил кто-то.

— Вроде семеро, — ответил Витя.

— Блин, а нас всего четверо.

— Справимся, если что. У нас княжеские приколюхи есть, — Витёк постучал по спрятанному за пазухой защитному амулету «Бастион».

— Они тоже на князя работают, и он у них артефактами занимается…

— Да не ссы. За нами правда, так что и победа будет за нами, — заверил Витёк и хлопнул водителя по плечу. — Поехали.

Он завёл микроавтобус на территорию автобазы. Пацаны вышли из машины и направились к зданию, в котором горели окна. Постучали в дверь. Её открыл толстый мужик с дымящейся кружкой.

Посмотрел на гостей, задержал взгляд на Костяне и нахмурился.

— Вы к кому?

— К начальству. По поводу культурного мероприятия в мастерской Громова, — с улыбкой ответил Витёк.

Толстый сразу побледнел и попытался закрыть дверь. Костян придержал её ладонью.

— Чё торопишься? Мы ещё не поговорили, — пробасил он.

— Кто там? — раздался голос из глубины здания.

— Посетители! — громко ответил Витёк.

Он протиснулся мимо толстяка и прошёл внутрь. Остальные последовали за ним.

Шестеро мужчин сидели за круглым столом, на котором были разложены карты, еда в пластиковых контейнерах и стояли несколько бутылок пива. На большом телевизоре транслировали смешанные единоборства.

— О, Ян Петров дерётся. Классный боец, — Витёк указал на экран.

— Вас кто пустил? — лысый встал из-за стола, сведя брови.

— Да мы сами вошли. Побазарить надо.

— Вы вообще понимаете, куда припёрлись? — спросил лысый.

Остальные тоже встали из-за стола. Оружие пока никто не доставал, хотя Витя не сомневался, что оно у них имелось.

— Разумеется, — кивнул он.

— Говори, чё надо.

Витёк достал телефон.

— Предложение простое. Сейчас ты и твои ребята спокойно рассказываете на камеру, как ходили к мастеру Громову. Кто отправил, что приказал сделать, кому доложили потом.

— Ты больной? — усмехнулся лысый.

— На здоровье не жалуюсь. А вот у парня, которому один из твоих быков руку сломал, теперь проблемы. Работать теперь тяжело. Жалко, молодой совсем.

В комнате стало тихо. Только комментаторы из телевизора восторженно описывали ход поединка.

Витёк продолжил:

— Только давайте без глупостей. Всё расскажете на камеру, и мы уйдём.

— Может, вам ещё поклониться? — прорычал лысый.

— Не обязательно. Но