Лекарь из Пустоты. Книга 15 - Александр Майерс

Схватил стрелка за куртку и швырнул в сторону. Тот с хрустом врезался в стену и осел на землю.

Караев опустил взгляд. В куртке появились три дыры, а на коже под ними остались синяки. Даже крови не было.

Он оскалился и пнул дверь. Та слетела с петель, и Олег ворвался в помещение.

Люди внутри суетились между стеллажей. Кто-то бежал к дальнему выходу, кто-то занимал укрытие. На сей раз огонь открыли сразу с нескольких сторон. Пули ударили в плечо, в ключицу, в живот.

Караев скривился. Всё-таки больно, но не настолько, чтобы остановиться.

Он рванул вперёд, выхватил у одного мужчины автомат и им же разбил ему голову. Бросился к другому и одним движением свернул ему шею. Схватил тяжёлый ящик и швырнул в третьего.

Сбоку вспыхнула магия. Быстрый лиловый сгусток ударил Олега в плечо, и его развернуло. Плечо онемело.

Караев взревел, схватился за стеллаж, который высился до потолка, и потянул. Металл заскрипел, паллеты и ящики повалились вниз, а следом рухнула и сама конструкция, погребя под собой мага, который не успел закончить второе заклинание.

Олег рассмеялся. Он чувствовал себя так, словно расправил плечи после долгого сидения в тесной клетке.

Теперь никто не заставит его отступить!

Раздался выстрел, и Караев ощутил горячий тычок между лопаток. Он повернулся и увидел мужчину с пистолетом. Тот был бледен, как смерть, но нашёл в себе силы выпустить ещё одну пулю.

Та ударила прямо между бровей. Зрение на миг пропало, а потом вернулось, покрытое красной пеленой ярости.

Олег с рёвом бросился вперёд, схватил противника и впечатал в стену. Бросил на пол и принялся топтать его. Одного удара хватило, но Караев не остановился, пока не превратил человека в месиво.

Командир отряда ухватил Олега за плечо.

— Хватит! Мы закончили.

Караев резко обернулся. Едва не ударил своего, но вовремя одумался.

— Это что, всё? — тяжело дыша, спросил он.

— Да. Ты в порядке?

— Конечно!

— У тебя пуля в голове, — командир показал на его лицо.

Караев нащупал пулю. Она даже не пробила кость, просто застряла в коже чуть выше переносицы. Он бросил её на землю и фыркнул.

Когда они вышли на улицу, Олег остановился возле машины и глубоко вдохнул. Адреналин отступил, и теперь он чувствовал, как болят те места, куда попали пули. Во рту пересохло, язык казался шершавым куском наждачки.

Он взял протянутую бутылку и осушил целиком.

— Ещё!

Ему дали вторую.

Позади раздался хлопок. В окнах склада появилось пламя. Боевики касты один за другим выходили во двор.

Олег хотел усмехнуться, но лицо почему-то плохо слушалось.

— Покажи руку, — велел подошедший лекарь.

— Какую?

— Левую.

Олег поднял руку и вдруг понял, что запястье выгнуто под неправильным углом. Надо же. Когда он успел её повредить? Даже не почувствовал.

— Пошевели пальцами, — велел лекарь.

— Не получается, — нахмурился Олег.

Повреждение оказалось серьёзным. Кости предплечья были сломаны, а Караев, поскольку не заметил травму сразу, продолжал драться этой рукой и только сделал хуже.

— Исправляй, — сказал он, и вдруг голова закружилась.

Караев едва не рухнул. Он медленно сел на землю. Перед глазами помутнело и всё вокруг закружилось.

— Что со мной? — прохрипел он.

Его начали трясти судороги. Пальцы здоровой руки сжались в кулак и никак не хотели разжиматься. Олег попытался вдохнуть и не смог.

Лекарь достал ампулу с густой жидкостью, наполнил ею шприц и ввёл эликсир. На теле Караева оставалось несколько крошечных точек, о которые игла бы не сломалась. Их оставили специально.

Олег ощутил противное жжение, которое растеклось по телу, но судороги вскоре прекратились. Он ещё некоторое время сидел, скрючившись, пока лекарь следил за дыханием.

Обратно ехали молча. Караева уложили на разложенное сиденье. Руку зафиксировали, к груди прикрепили диагностический артефакт. Лекарь время от времени проверял показатели и вводил ещё какие-то составы.

Олег смотрел в потолок. Перед глазами снова и снова возникал тот человек с пистолетом.

Выстрел в голову — и ничего. А сколько пуль он получил до этого? Не верится.

— Увеличьте дозу, — сказал Караев.

Лекарь поднял взгляд.

— Чего?

— Эликсира. Того, который снимает судороги. Давайте больше перед боем.

— Это не так работает.

— Значит, сделайте, чтобы работало!

Командир повернулся с переднего сиденья и хмуро велел:

— Помолчи. Это не тебе решать.

Караев зло посмотрел на него.

— Ты видел, на что я способен⁈ Они ничего не могли со мной сделать! Дайте мне нормально восстановиться и отправляйте к Сереброву!

— Нет, — ответил командир.

— Почему?

— Потому что ты пока не умеешь даже оценивать собственное состояние. Ты даже не понял, что сломал руку. А потом тебя скрутило так, что дышать не мог. А если это случится в бою? Сначала научись выполнять приказы и останавливаться вовремя. Потом поговорим, — командир отвернулся.

Олег выругался про себя и закрыл глаза. Да, торопиться не надо. Сегодня была только проверка сил в реальной схватке, и она прошла успешно.

Он научится владеть собой, станет ещё сильнее.

А рано или поздно доберётся до Сереброва.

Российская империя, город Новосибирск, «Ренессанс-Академия»

На встречу пришли не все из тех, кто вышел на сцену во время выпускного. Несколько человек заранее сообщили, что передумали. Один извинился и объяснил, что семья против. Ещё двое просто не появились.

Я не обиделся. Это в порядке вещей. Даже хорошо, что они отказались сейчас. Лучше так, чем если бы они принесли клятву, а потом обнаружили, что не готовы выполнять обязательства.

Всех пришедших собрали в одном из лекториев. Некрасов подробно объяснил условия службы, отдельно остановился на сохранении родовых тайн и ответил на все возникшие вопросы.

Потом я поговорил с каждым лично. Оценки в Академии и происхождение меня не интересовали. Сила и особенности дара — только во вторую очередь. Для меня было важнее, почему они решили стать целителями и как собирались строить карьеру до того, как оказались здесь.

Ответы порой удивляли. Один парень минут десять рассказывал, как много готов трудиться, но так и не смог назвать ни одной своей ошибки или слабой стороны. По его словам выходило, что во всех его неудачах были виноваты преподаватели, неудачные задания или слабые партнёры на практике.

Я посоветовал ему ещё раз подумать, подходит ли ему обучение у меня.

Другой, наоборот, почти сразу признался:

— Ваша светлость, я хотел усилить дар. Ходили слухи,