Я лорд крепости. Том 2 - Максим Клинков
За стойкой стоял хозяин, а чуть в стороне устроилась парочка охотников, выглядевших ничуть не лучше нас. При нашем появлении они вяло кивнули, но говорить ничего не стали. Я ответил тем же, искренне благодарный за такую сдержанность.
Выбрав отдельный столик, опустился на стул и прикрыл глаза. Вильям тем временем дошёл до стойки, перекинулся с хозяином парой фраз и вернулся с двумя деревянными кружками.
Поставив одну передо мной, друг плюхнулся на соседний стул и тут же осушил свою. Несколько секунд он разглядывал опустевшую кружку, после чего тяжело вздохнул, видимо, поняв, что и вторая вряд ли спасёт его от жажды.
За новой порцией воды он, впрочем, не пошёл. Просто приложил холодное дерево ко лбу и замер, пытаясь хоть немного унять головную боль.
— В следующий раз, когда я захочу сделать какую-то фигню, пожалуйста, отговори меня, — многострадальным голосом попросил он.
— Это ты сейчас про охоту на секача или пьянку? — покосился я на друга.
— Ясное дело, про пьянку. Секач-то тут при чём? — фыркнул Вильям.
— Прекрасно понимаю тебя, дружище, — пробормотал я, подхватывая свою кружку.
Вода приятно охладила язык и горло, наконец возвращая хоть какое-то чувство жизни. Осушив кружку, я с сожалением отставил её и посмотрел в сторону стойки.
— Смол! — окликнул я хозяина.
Полный мужичок лет сорока с заметной залысиной поднял голову. В руках у него опять была кружка, которую он протирал тряпкой, и мне даже показалось, что за всё время нашего знакомства ничем другим он не занимался.
— Чего надо, ваше благородие? — спокойно отозвался хозяин.
— А где Маро? — хрипло спросил я.
— Взял ребят и по вашему указанию отправился разделывать секача, ваше благородие, — ответил он, продолжая протирать кружку.
— Понятно, — пробормотал я, вновь прикрывая глаза.
Какой деятельный человек. Уже успел встать, собрать людей и отправиться в лес, пока я здесь с трудом держу голову прямо.
— Рич, что это за тварь была вчера? — через несколько секунд шёпотом спросил Вильям.
— Ты про секача? — приоткрыл я один глаз и посмотрел на друга.
По его лицу стало понятно, что речь совсем о другом. Я вздохнул, вспомнив три глубоких шрама на боку монстра, и покачал головой.
— Без понятия, — устало ответил я. — Таких когтей у местных тварей я не видел ни в одной книге.
— Значит, аномалия? — тихо уточнил Вилл.
— Не знаю, — с сожалением признал я. — Сам понимаешь, что аномалия на то и аномалия, что оттуда что угодно выбраться может.
Вчера, когда договаривался с Маро, я предупредил его о шрамах и о том, что в лесу может бродить ещё одна тварь. Мужик, правда, особого беспокойства не проявил. Отмахнулся и сказал, что раз секач здесь обжился, то его противника поблизости быть не должно.
Я решил поверить ему на слово. Всё-таки Маро охотник, здешний лес знает, да и возвращаться туда предстояло ему, а не мне, так что спорить особого смысла не было.
Но сама ситуация от этого нравиться больше не начинала. Одно дело — предполагать, что неизвестный монстр остался где-то далеко, и совсем другое — знать, кто это вообще такой и почему сумел прогнать секача.
Несколько минут я пытался вспомнить, какие твари появлялись в аномалиях и могли оставить подобные следы. Очень быстро от этих попыток голова начала болеть ещё сильнее, а толку не прибавилось.
Предполагать, что именно могло вылезти из аномалии, было гиблым делом. Они и сами-то почти всегда различались, пусть на первый взгляд и казались похожими, а уж с местной живностью всё было ещё веселее.
За сотни лет исследований люди так и не перестали находить в них новые виды. Причём порой узнавали об очередной твари уже после того, как она выбиралась наружу, а вместе с ней начинались прорыв монстров и заражение территории дикой магией. И хорошо, если успевали разобраться, что происходит, до того, как становилось слишком поздно.
С Эскаром, например, не успели. Одна из величайших империй когда-то занимала обширные земли в центре материка. Ключевое слово — когда-то, потому что теперь на её месте лежали бескрайние пески.
На территории империи появилась аномалия и начала расширяться, чего от неё совершенно не ждали. С подобным прежде не сталкивались, поэтому и готового решения, как остановить происходящее, не было. И поэтому быстро решить проблему у местных не вышло.
Пустыня разрасталась, уничтожая живность и растительность. Из-за влияния маны, вырвавшейся из аномалии, появлялись твари, каких этот мир раньше не видел, и вместе с песками захватывали всё новые земли.
Когда маги наконец нашли способ остановить заражение, спасать империю было уже слишком поздно. Её поглотило целиком, а сама аномалия настолько разрослась и укрепилась в этом мире, что уничтожить её и вернуть изменения вспять было невозможно. Точнее, на это теперь требовалось слишком много усилий и несколько десятилетий, а то и столетий трудов.
Я помнил, как читал об этом и пытался представить масштабы произошедшей трагедии. Целая империя, от которой осталась пустыня, и всё из-за одной аномалии, с которой вовремя не сумели справиться.
Дверь таверны открылась, отвлекая меня от воспоминаний. В зал вошёл Маро и, заметив нас, сразу направился к столику.
Сняв с пояса мешок, он положил его передо мной. Выглядел охотник на удивление бодро, отчего я испытал совершенно искреннюю неприязнь.
— Доброе утро, ваше благородие. Выглядите неважно, — скупо улыбнулся он.
— И поэтому у меня вопрос. А почему ты не выглядишь так же? — поморщился я от новой волны боли.
Ведь он точно сидел с нами всё время. Хотя нет, не точно: этого я как раз не помнил, но почему-то был совершенно уверен. Откуда бралась такая уверенность, тоже оставалось загадкой.
— Опыт, ваше благородие, — чуть шире улыбнулся Маро. — Богатый жизненный опыт.
— Как прошла разделка? Хищники не разорвали тушу, пока мы тут «отдыхали»? — с явным сарказмом спросил я.
Назвать вчерашнее отдыхом теперь язык не поворачивался. Скорее, извращённая пытка, в которой сначала даже не понимаешь, что тебя пытают, а сидишь, радуешься и просишь подлить ещё.
— Позволите? — кивнул Маро на свободный стул.
Я отодвинул его, приглашая присесть. Мужик тут же устроился за столом и зычно