Черновик для Эффы 5 - Владимир Алексеевич Ильин
Ну а занимать трон без поддержки местных элит — действительно, путь к гражданской войне…
Остался только один момент — свербел, грыз душу.
Король Харрита подошел к столу и перевернул фотографии дочери, вновь разглядывая спящую неизвестно где девушку.
«Сарги-2» — это тоже на границе. И там тоже проходят практику студенты.
Портал или жизнь дочери. Корона Империи или жизнь дочери. Пятьдесят лет жизни или…
— Уважаемые господа! — Обратился он совсем скоро к своему малому совету, разглядывая сосредоточенные лица верных людей. — Моя дочь, Аллита вон Харрит, мертва. Жестоко убита. Улики скрыты, и только случай позволил выявить след. Друзья. — Мрачно бросал он слова. — Они заигрались. Они перешли черту. Люди, которые принимали титулы из моих рук. Люди, что наследовали их от славных предков! Все они предали меня! Те, кто совершил. Те, кто промолчал. Те, кто мог знать, но не проявил решимость услышать и доложить! Я хочу, чтобы к утру вы узнали все имена — виновных, причастных и сочувствующих. Я хочу, чтобы к утру из имущества у них осталась только приставка «вон». Я требую, чтобы к утру в королевстве было только одно сословие — честный гражданин! Никаких больше привилегий для мерзавцев! Поднимайте полки. Блокируйте столицу. Занимайте имения и будьте безжалостны. Как безжалостен отец, мстящий за свою дочь!
Глава 1
«Плохо быть мной», — толкнулась мысль в голову и была принята безоговорочно.
Как иначе, если под ногами — ржавый настил крыши дома, рядом — банка с серой краской и засохшая с вечера кисть, а в небе парят две «Авроры»? Серебристо-жемчужные, в переливах, созданных отсветами солнца, спарка ударных гравилетов выполняла фигуры высшего пилотажа над воинской частью — благодаря особенностям светомаскировки то пропадая из вида, то проявляясь вновь, то задваиваясь на глазах, как отсветы солнца на воде. Это пилоты-экспедиторы баловались — или, если говорить протокольным текстом, проверяли доставляемые в часть борта на соответствие тактико-техническим характеристикам до сдачи под отчет. Высокая комиссия из офицеров и местного летного состава не возражала — толпилась внизу, на взлетке, и смотрела в небо.
Скоро «Авроры» поставят рядом с еще шестью сестрами и восемью новейшими «Барракудами» — не чета старым, что сторожат тут небо. После чего экспедиторы отправятся домой на другой технике, а местные вновь станут обсуждать, кому и какой борт достанется. Пока что все новинки, поставленные в освобожденный от древнего барахла угол, стояли под замком. И это, безусловно, местных расстраивало — как детей, стоящих перед запертой витриной со сладостями. Эффа узнавала — то ли пилоты под эту технику будут другие, и пока не переведены из других частей в «Сарги-2», то ли местным понадобится дополнительная аттестация для допуска к современным истребителям. В общем, зря они облизываются — быть может, все сладости предназначены для гостей… Обидно, наверное — но что поделать.
Техника новенькая, чуть ли не с завода после обкатки, и доверять ее не самому благонадежному персоналу — вряд ли сходу будут. Уж больно плохая у воинской части репутация — паршивая, я бы сказал. И местные пилоты — те еще залетчики, угодившие на южную границу не за мастерство и дисциплину, а вовсе даже за противоположные качества. Но да как выяснится, что хороших пилотов для Сарги-2 жалко, а плохие есть и на месте — тогда, думается, ключи и передадут. Возможно, даже торжественно и перед строем. Не будут они затягивать надолго — через неделю сдача портала, а к этому времени небо должно надежно охраняться.
Что не отменяет того, что я в этот момент буду продолжать красить крышу. Здоровенную ржавую крышу под здоровенным южным солнцем здоровенной высохшей кистью. И никаких мне полетов.
Частично в этом был виноват я сам. Совершил подвиг, разоблачил шпиона, дававшего нам до этого непыльную сидячую работу по зарядке СЭПов. Майора Лоуда забрала разведка, и задачи студентам-практикантам начал выдавать капитан Ропс — усатый мужчина лет пятидесяти с лицом и нравом закодированного запойного. То есть к переговорам не расположенного. Тем более что всю водку мы уже выпили, и раскодировать его было нечем.
А не выявил бы я майора — был бы у нас до сих пор радушный весельчак, готовый и коньячка привезти и с бытовыми вопросами помочь.
Плохо быть мной.
В общем, этот капитан Ропс заявился во вторник и сообщил, что совсем скоро у нас тут открытие грузового портала (а мы и не знали), будут важные лица и телевидение. А значит — съемка воинской части с высоты птичьего полета (ради красивого двухсекундного кадра — не иначе). Поэтому все силы личного состава, не занятого на дежурствах, направлены на покраску крыш и вообще всего, что с высоты может выглядеть неприглядно. Ну а так как к зданию, где находятся практиканты, простым солдатам подходить запрещено (и даже офицерам — только по списку), то красить крышу должны мы сами. Не все, разумеется, а только сильный пол. По состоянию на вторник, один парень у нас был в хирургии в центральном госпитале округа, второй оказался мятежником и находился в заключении, третий подрабатывал работником секретной службы и после разоблачения майора Лоуда внезапно уехал — по официальной причине у него умер близкий родственник. Из сильного пола имелся я один — мне и краску в руки.
А не проявил бы бдительность с мятежником и шпионом — и красили бы другие.
Плохо быть мной.
Девчонки продолжили заряжать СЭПы. Уже не ударными темпами, а так — из привычки. Оказывается, если не подсовывать в централизованные поставки разряженные и полуразряженные браслеты, чем майор Лоуд занимался несколько лет, то их хватает для нормальной работы воинской части. Хотя, конечно, много СЭПов тоже не бывает — поэтому нас просили продолжать. Просила в первую очередь капитан Навин — перед отъездом в понедельник. Ее пригласили на награждение аж в столицу — будет майором и при медали. Ну а так как полковника вон Хемли не пригласили, то было мнение, что Навин вызвали еще и для мягкой обработки — чтобы дала показания на мисс Эффу Сойер… Но да Эффа уже была с прежней травмой ноги, и повесить ее за самолечение и уничтожение дефицитного таллиума больше не могли. Так что будут показания, не будет показаний — ничего не изменится. Нет оснований для высшей меры, а сама капитан — не биоэнергет, чтобы разбираться, кто именно заряжал СЭПы — Эффа, или ей помогал