Надуй щеки! Том 12 - А. Никл
Но в своём сердце вы знаете ответ!
Заходите в игру и кроме бога-хомяка вас встретит великий и несравненный!
Бонусы новым игрокам, дополнительные очки силы всем, кто с нами с самого начала. Оцените новые возможности геймплея! Включайтесь и вы будете поражены тому, как изменилась наша игра!
Количество ценных призов ограничено, так что спешите быть первыми!
* * *
— И ты считаешь, это как-то поможет нашему делу?
Тот, которого в этом отрезке времени знали, как Лабубу, смотрел на своего первожреца с обычным презрением. Но сегодня он был не так раздражён, как обычно. По шкале, выработанной самим До Кёном, можно было сказать, что его божество в хорошем настроении.
— Это должно привести к вам новых почитателей, мой господин, — До Кён, сам того не ощущая, согнулся чуть ли не в поясном поклоне.
— Должно, или приведёт?
— Приведёт, мой господин.
— Но разве в этом наша цель?
— А в чём? — До Кён в последнее время всё чаще переставал понимать своё божество, и из-за этого чувствовал себя ещё хуже.
— Наша цель, — прогремел голос, разносясь по пустынному этажу небоскрёба, — если ты помнишь, не новые почитатели! Моя популярность и так не знает границ. Я — самый популярный бог из ныне действующих! Вся энергия и так будет моя. Ты хоть помнишь, для чего это всё?
— Забрать паству у Белькьяу? — с некоторой неуверенностью в голосе проговорил До Кён.
— Это всё следствия, — по тону Лабубу было ясно, что ему очень тяжело иметь дело с идиотами и при этом стараться не выйти из себя. — Ты же помнишь причину? Ты знаешь, почему мы десятилетиями упорно вставляем Белькьяу палки в колёса, изводя его первожрецов?
До Кён стушевался. Не потому, что не знал, а потому что давление божества на него с каждым разом становилось всё сильнее и сильнее. Ему иногда казалось, что невидимая сила вот-вот подхватит его, разобьёт им же прочнейшее стекло небоскрёба и швырнёт в ночь на несколько десятков этажей свободного полёта.
Визуально эта мысль оказалась настолько яркой, что мужчина даже оглянулся на окно. Но пока ничего не говорило о том, что он разобьёт собой это стекло.
— Потенциал?
— Вот именно, — вздохнуло божество, как преподаватель, самый тупой ученик которого наконец-то правильно ответил на вопрос. — Уж не знаю, кому пришло в голову, что хомяк может стать одним из сильнейших божеств в этой части реальности. Это само по себе нонсенс. Но так сказано. А мы не можем этого допустить. Этот мир и соседние мои по праву.
— Они уже практически ваши, — До Кён попытался выжать улыбку. — Вопрос только в том, когда вы предъявите на них свои права.
— Не отвлекайся на лизоблюдство. Давай продолжим то, что мы начали. Ты полагаешь, благодаря этой игре мы сможем отобрать всех адептов у Белькьяу?
— Уверен, что это так. Я изучил всё и понял, что большая их часть действительно сосредоточена в этой игре. Ваша персона уже произвела фурор в рамках этого самого проекта. Туда стали приходить тысячи и десятки тысяч ваших поклонников. Их будет гораздо больше, чем адептов хомяка. Постепенно эта игра станет частью вашего культа, и все, кто раньше поклонялся Белькьяу просто перетекут к вам.
— Это как будто слишком хорошо, — с сомнением проговорил Лабубу.
— Да, но в этом и был мой план. Я всё сделал, чтобы полностью обессилить хомяка. Его первожрец мёртв. Его паству мы заберём себе. Его храм мы разрушим.
— Что ж, если всё действительно так, то ещё несколько тысяч лет я смогу не беспокоиться о нём, несмотря на то, что ему было суждено. Я — тот, кто изменяет саму судьбу!
— Да, мой господин! — До Кён снова склонился.
Облик бога стал мерцать и постепенно растворяться. Но вдруг снова стал физическим и почти осязаемым.
— Меня только одно беспокоит.
— Что именно?
— Почему я в этой игре антагонист?
— Всё рассчитано, — скороговоркой ответил До Кён. — Я беседовал с самыми передовыми разработчиками игр. Сейчас это самый писк моды. Вы, по сути, будете тем, кто есть. Вы же и так со своей самодостаточной атмосферой. А ваш персонаж в игре это только подчеркнёт. Тем более, мне сказали, что и в игре вы будете боссом.
— Боссом?
— Ну да. Кажется, даже финальным. Поэтому вся любовь вам обеспечена.
— Что ж, хорошо, если так. Буду ждать, пока мы полностью одолеем нашего противника. Хотя, конечно, мне привычней по старинке.
— Времена меняются, мой господин.
Божество лишь покачало массивной головой и растворилось в воздухе, оставив До Кёна одного наедине со своими мыслями.
Он же, чтобы отвлечься от слишком ярких картинок падения, подкинутых воображением, обратился к компьютеру, на экран которого выводились данные по игре.
После ввода туда нового персонажа и широкой рекламной кампании, развёрнутой по всей Корее, количество игроков постоянно увеличивалось чуть ли не в геометрической прогрессии.
Если раньше одновременно играли тысячи, то теперь десятки тысяч, сотни, и дело уже шло к миллионам одновременно играющих игроков.
До Кён довольно потёр руки.
— Финальный босс — звучит, как залог успеха!
* * *
Голова Минсу лежала у меня на груди. Я заметил, что она теперь старалась меньше смотреть на моё лицо, несмотря на то, что на ночь я от грима избавился.
— Мне так спокойно и тихо в голове, — сказала она, чертя указательным пальцем какие-то узоры на моём животе. — Давно такого не было.
— Это затишье перед бурей, — ответил я, думая в этот момент о своём.
— Что ты имеешь ввиду? — она подняла голову и заглянула мне в глаза, но тут же поспешно потупила взгляд.
— Отдыхай. Сегодня, возможно, это получится сделать в последний раз перед будущим штормом.
— Опасаешься этого самого… как его?
— Нет. Просто чувствую перемены. Как кошки предчувствуют приближение урагана и ищут убежище.
— Кошки? — губы Минсу скривились в усмешке.
— На самом деле не только кошки. Но и они тоже. Просто я чувствую идущую волну. Но всё это неважно для сегодняшнего дня. Не стоит тратить его на то, чтобы размышлять о будущем. Возможно, эти спокойные моменты и даны нам для того, чтобы отдохнуть, расслабиться перед грядущими событиями.
— Как ты интересно размышляешь, — Минсу снова спрятала голову у меня на груди.
— Почему ты избегаешь смотреть мне в глаза?
— Потому что они на твоём лице.
— И? Ты говорила, что ничего ужасного в моём гриме нет. Тем более я сейчас без него.
— Просто теперь я не совсем понимаю, где ты настоящий, — девушка пожала плечами.
— С тобой я всегда настоящий.
— Я чувствую. Но