Роберт Сильверберг - Стархэвен

— В общем-то нет.

“Фруд” кивнул в сторону своей жены.

— Я и Дженифер состоим в группе публичного отрыгивания вот уже больше года. Это дало нам возможность гораздо лучше познать себя. Не так ли, дорогая?

Миссис Галубер снова жеманно улыбнулась. Она смотрела на Квеллена с такой похотью, что ему стало страшно.

— Да, это было чрезвычайно поучительно, — согласилась она. — Да…

У нее было глубокое низкое контральто.

— Любой вид общения между людьми является благом, разве не так? — продолжала она. — А здесь мы достигаем слияния душ таким способом, который в наибольшей степени удовлетворяет наши нужды.

Пышная плоть Дженифер Галубер сотрясалась от искреннего смеха. Квеллен поймал себя на том, что, не отрываясь, смотрит на уродливо торчащие горы — ее груди, и отвел глаза, чувствуя себя виноватым. Ему стало как-то не по себе. “Брак Галуберов, — подумал он, — должно быть, очень странная штука. Но я не позволю этой жирной ведьме тайком затащить меня в какой-нибудь уголок в момент слияния душ участников этого причастия. Может быть, Галубер и путается с Джудит, но мне ничего не даст, если я, в свою очередь, пересплю с его женой, так как у нас не равные роли”.

— Я уговаривала мистера Галубера, — сказала Джудит, — прийти на одно из наших причастий в течение нескольких месяцев. Но он всегда отказывался. Он чувствовал, что, пока он и я не достигнем должного успеха в моей терапии, он не может позволить себе быть вовлеченным в такое интимное действие.

— Дело было не только в этом, — благодушно произнес “фруд”. — Проблема состояла в том, чтобы ввести в группу мою жену, что требовало особой подготовки. Дженифер, понимаете ли, мутантка, лишенная галактозы. Ей нужно соблюдать диету.

— Понятно, — рассеянно кивнул Квеллен.

— Это генетический дефект, — продолжал Галубер. — Из-за нехватки ферментов она не в состоянии усваивать галактозу. Она начала бы накапливаться, и это могло привести к повреждению клеток. Поэтому ей с самого рождения приходится соблюдать свободную от галактозы диету. Отсюда проистекают другие проблемы. Поскольку у нее нехватка ферментов, она не может синтезировать галактозу из эндогенных углеводородов, и если это не компенсировать, то может произойти частичное замещение галактолипидов глюколипидами в мозгу, в крови, к ухудшению приживляемости при пересадке органов — одним словом, это чревато серьезными последствиями!

— Это излечимо? — спросил Квеллен.

— Не в смысле полной нормализации обмена веществ. Но с этим можно справиться. Наследственные дефекты галактозного метаболизма могут контролироваться с помощью синтеза ферментов. Тем не менее ей приходится все время оставаться на особой диете и воздерживаться от некоторых веществ, в частности от того, которое является существенным компонентом сегодняшнего обряда. Вот почему нам пришлось заменить его подготовленным нами самими материалами. Это является определенным неудобством для хозяина.

— Отнюдь нет, — отозвался басом Броус Кашдэн. — Сущие пустяки! Мы счастливы, что вы смогли присоединиться к нам, мистер Галубер.

Квеллен, сбитый с толку потоком клинических словоизлияний, почувствовал облегчение, когда Кашдэн объявил о том, что обряд вот-вот начнется. “Фруд” умышленно разглагольствовал об этом, — подумал Квеллен, — чтобы показать свое интеллектуальное превосходство”. Галубер предпочел ошеломить Квеллена каскадом медицинских терминов, доступных только пониманию специалиста. Квеллен беззвучно проклинал нехватку ферментов у Дженифер Галубер, ее похотливые взоры, вызванные избытком глюколипидов пышные формы и ее подпрыгивающие груди. Стараясь держаться подальше от нее, он последовал за Джудит через всю комнату к устланному ковром углублению в центре, где должен был происходить обряд.

Джудит предупредила его.

— Джо, пожалуйста, не отворачивайся так, как ты это сделал в прошлый раз. Тебе надо отучаться от дикарских привычек. Взгляни на вещи объективно: что плохого в том, что слюна немного смешается?

— Ничего, — ответил Квеллен. — По-видимому, ничего плохого…

— А желудочные соки не нанесут тебе никакого вреда. Это делается ради достижения духовного общения. Нужно отбросить прежние устаревшие воззрения!

— Потому у тебя и хватает духу появляться в обществе совершенно обнаженной? — спросил он. — Конечно, глядя на вещи по-современному…

— Я вовсе не голая, — жеманно перебила она его.

— Конечно нет. На тебе слой краски.

— И он скрывает то, что принято скрывать в соответствии с принятыми в обществе нормами приличия.

— Он оставляет неприкрытыми твои вторичные половые признаки, — подсказал Квеллен. — Что равносильно наготе!

— Но не главные же! Взгляни сам. Эта область у меня полностью прикрыта, все в рамках приличия. Почему ты не смотришь на меня, Джо? Ты временами бываешь такой смешной!

Поскольку она настаивала, он посмотрел на ее талию. Взгляд его проследовал вниз до самых бедер. Он вынужден был признать — соответствующие места у нее действительно были должным образом прикрыты. Она казалось голой, но таковой не была. “Хитро сработано, — подумал Квеллен. — Возбуждающе. Интересно, как ей удается потом снять слой напыления? Может быть, она и это покажет ему еще до того, как закончится ночь? Ее тело властно влекло его. В отличии от Хелейн, худоба которой была следствием истощения, тело Джудит было совершенным в своей гибкой, хрупкой элегантности. Квеллен охотно ушел бы отсюда с ней прямо сейчас.

Но нужно еще было выдержать предстоящую церемонию.

Члены причащающейся группы собрались вокруг углубления. Броус Кашдэн, на правах хозяина дома, принес металлическую чашку, в которую он положил тестообразную массу размером с человеческую голову. Квеллен знал, что это был гвоздь любовного пиршества: неперевариваемый продукт из морских водорослей, обладавший свойствами рвотного средства, разумеется, переработанный так, чтобы удовлетворять странностям обмена веществ миссис Галубер.

Свет притух. Галубер взял блестящую чашу из рук Кашдэна и поставил ее себе на колени. Затем торжественно отщипнул кусок теста, запихнул его себе в рот и начал методично жевать.

Существовало множество различных культов. Квеллен не был ярым приверженцем ни одного из них, но его то и дело затягивали участвовать в церемониях, главным образом, благодаря настойчивости Джудит. Она перепробовала все в поисках духовного усовершенствования. Переходила от одного “фруда” к другому, от одного культа к следующему. Квеллен подозревал, что она посещала и собрания запрещенных культов. Возможно, даже была приверженцем объявленной вне закона религии Флайминга Бесса. Он мог представить себе танцующую обнаженную Джудит — без всякого напыленного слоя, — в то время как лежащий лицом вниз пиро-кинетик создаст экстрасенсорным путем сияние вокруг ее тела и сопроводит это яростными призывами к свержению Верховного Правления. Одно поколение тому назад пирокинетики на самом деле убили несколько их руководителей первого разряда. И что бы ни предпринимало против них Верховное Правление, культ этот существует до сих пор.