Юрий Леляков - Великая тайна Фархелема

— Тем более, наконец мы одни, — продолжала Фиар. — Едем в Кераф, как решили, и к ночи рассчитываем быть там. Вот я и спрашиваю: каков план действий? Ведь всё, что до сих пор обсуждали — и у меня в подвале, и сейчас — просто несерьёзно…

— А что сейчас обсуждали? — переспросил Минакри. — Как размножить и распространить запись — чтобы, если случилось такое, люди хоть знали, из-за чего? Что тут несерьёзного? Пусть все знают, на что так среагировала власть!

— Но разве мы точно знаем, на что она среагировала? И где и как собираетесь это делать? О чём только что говорили? Горные жрецы, аномальные зоны — где нас не будет искать полиция… И реально надеетесь как-то перезаписыватъ там кассеты? В аномальной зоне, где происходят малоизученные явления?.. Нет, всё это — планы отчаяния, для практических действий не годятся…

Джантар вдруг вспомнил, что уже слышал в подвале сквозь полусон обрывки подобных разговоров — но тогда не придал значения. Хотя речь и шла о «взрослых» документах, подполье; «загадках, не раскрытых наукой»: тайных обителях, горных жрецах, аномальных зонах (где, по легендам, обитают люди с разными необычными свойствами, которых отвергло «обыкновенное» общество, но зато там сама природная энергетика благоприятствует им); о каком-то полуразрушенном родовом замке в Центральной Лоруане; о переходе государственной границы… И всё это словно дошло до него лишь сейчас… И — обсуждалось уже не отвлечённо, а в практическом плане? Впрочем, Джантар помнил и такое: «всё это по слухам, реально ещё неизвестно, кого, где, как искать…» И ещё: «Мы всё равно люди современной городской цивилизации, а не те древние и дикие, к чьим идеалам нас без того уже призывают вернуться. И для нас смысл и содержание жизни — здесь, в городе, а не в дикой природе…»

— Да, но речь уже не только об этом, — ответил Итагаро на слова Фиар. — А как нам быть вообще. Если особый режим фактически ликвидирован…

Мгновенная дурнота встряхнула Джантара… Правда? Они уже точно знают? Что… каждый, кто отличается от других, и не может нести повинность «как все», непременно должен быть определён в интернат — как бы ни был уникален со своими особенностями? И это уже представлено как очередное восстановление справедливости к «простому человеку»… страшно подумать, но по логике событий иначе не выходит — по всей Лоруане? Такие меры не могут касаться лишь части страны, одного города… И надо срочно искать выход, который позволил бы продолжить достойную человека жизнь? Возможный уже… лишь за пределами лоруанского общества?..

Но… какой? Неужели и будет — аномальная зона, в отрыве от цивилизации, среди дикой природы, наполненной таинственными силами и явлениями? Или — обитель горных жрецов, известная из легенд и преданий, но которую непонятно где и как искать реально? Но — дошло уже до того, чтобы всерьёз рассматривать такие варианты?

Или всё же — более реально представимое… бегство в Чхаино-Тмефанхию? Но даже если бы и удалось — что может означать для родных и близких, остающихся здесь? И… как же сам Каймир? Нет, бежать может — тот, кто не надеется на свои силы в борьбе со злом, кому осталось лишь спасать себя. А они — не такие…

А тот полуразрушенный замок? Чей, какой? Наверно… родовой замок Аларифаи — Лартаяу когда-то упоминал о нём? Но и то — отрыв от цивилизации. Ведь замок далёк от населённых мест — да и многое ли от него осталось? Для физически здорового отшельника, беглеца от цивилизации, возможно, и выход — но не для них, людей с современными научными интересами…

Или уж — просто глубокое подполье, жизнь по чужим документам? Но тоже: сколь глубокое, как это будет на практике? Хотя верно: те давние сны, где он жил под чужим именем в незнакомой наяву квартире, работал ночным сторожем в также незнакомом наяву учреждении… И это теперь сбудется? Как сбылся уже и тот кошмар, и другое давнее видение — с автобусом, полным людей, прикованных наручниками? И… вообще, если сбылось одно — на очереди уже и другое?..

Нет — надо сперва понять, что происходит! А они (что вдруг понял Джантар) — как раз этого и не знают. Иначе и разговор шёл бы конкретно, а не так — вообще…

Да и мог ли быть ликвидирован особый режим учёбы школьников — всякий и для всех, без малейшего возможного исключения, по всей стране? И главное: зачем, по какой причине? Что собралось делать лоруанское государство с теми, для кого просто нет, не может быть специализированных интернатов по причине их уникальности — и кому наименее обременительно для них самих (и для того же государства) жить и учиться дома, не создавая ни в какой школе или интернате лишних проблем себе и другим? Хотя, учитывая пересказанные Донотом слухи, что ходили по больнице — вовсе предположить страшно. Но это — слухи…

А, с другой стороны: многих ли и коснулось прямо или косвенно? Много ли людей с такими проблемами, многих ли затронет — как их родных, близких, связанных с этими вопросами по службе? И многим ли из остальных будет до этого дело, многие ли усмотрят несправедливость, решатся открыто выступить против? Да и опять же: против чего именно? Каких, чьих конкретно решений, несправедливости каких масштабов?..

Все эти мысли как-то почти одновременно пронеслись, всколыхнув сознание Джантара новой волной тревоги, подавленности, неизвестной угрозы, неестественности, почти нереальности происходящего… А автобус мчался почти под самой стеной горного леса, продолжая путь куда-то в эту новую неизвестность. Ведь они не знали о происходящем сверх того, что составляло собственные впечатления за прошедшие сутки — и что могли решать, не зная? А решать надо было…

— Но мы до сих пор не знаем, что произошло, — ответил и Талир на слова Итагаро. — Что и как изменилось на самом деле, что ликвидировано, а что нет…

— И конечно, какие из нас отшельники в аномальной зоне или полуразрушенном замке, — согласился Итагаро. — А в отрыве от цивилизации — нам и кассеты не перезаписать. Пока просто едем домой к Джантару, как решили.

— И это мы только на полдороге туда, — ответила Фиар. — И так и будем ехать, не зная, что происходит? И — не опасно ли для нас туда ехать?

— Но что можем узнать здесь, на дороге? — возразил Донот. — И не забудь, кто мы сейчас… Помнишь, я в Риэланте на заправочной станции рискнул предъявить эти документы, чтобы заправили без очереди — и как всех перепугал? И откуда вообще знать: какой вопрос теперь насколько подозрителен, о чём можно спросить первого встречного, а о чём — нет? А привлечь лишнее внимание — сама понимаешь…

— Хотя, пока едем, как будто не привлекаем… — сказала Фиар. — Да и сколько уже проехали от Риэланта, а вокруг всё спокойно, как обычно. И здесь, на дороге, и в самом Риэланте, и в Джокураме, и в Джалате…