Вецель Евгений - Социальная сеть "Ковчег"

— А когда конец света? — спросил я.

— Никому не известно, но прогнозы показывают, что либо скоро, либо очень скоро.

— И как он наступит? — спросил я.

— Раньше мы думали, что люди просто перестанут воспроизводиться и вымрут своей смертью. Но сейчас всё изменилось.

— Изобрели лекарства, и теперь рождаемость восстановится?

— Не в этом дело, — с сожалением сказала Тринити, — рождаемость у людей по-прежнему в опасности.

— Тогда как он наступит? — нетерпеливо спросил я.

— В вашем мире зреет заговор, — ответила она.

— Какой ещё заговор? — удивился я.

— Мы пока не можем понять детали, — задумчиво ответила Тринити, — но огромное количество людей на вашей Земле объединены во всемирный заговор. Наши разведчики пытаются внедриться в эту организацию, но пока ничего не получается.

— И какова цель этого заговора? — спросил я, прикрывая одеялом замёрзшие ноги.

— Неизвестно, — с сожалением ответила Тринити. — Но такие масштабные приготовления, как сейчас, проводятся на Земле впервые. И мы сомневаемся, что идёт подготовка к чему-то хорошему.

— А можно конкретики? — спросил я.

— У нас пока только маленькие кусочки мозаики, — ответила Тринити. — Придёт время, и мы их тебе покажем, но пока ты бессилен понять эту логику. Мы пытались это сделать, но тщетно. Если повезёт, то ты нам поможешь.

— А где Таня, Аполлион и другие? — вдруг спросил я.

— Большинство твоих знакомых уже в реальном мире, — спокойно ответила Тринити, — они пока ещё подрастают и учатся.

— А у них тоже память осталась? — спросил я.

— Да, они тебя вспомнят, когда увидят, — ответила она.

— А когда это будет?

— Всему своё время, — ответила Тринити.

— А Юлю я точно увижу? — недоверчиво спросил я.

— Конечно! Я же тебе пообещала, — уверенно сказала она.

— Тринити, я вот всё время вспоминаю про те кружки, которыми вы пытались меня запутать, — медленно начал я. — Ты можешь мне объяснить, почему вы не можете создать один дамп и высаживать его копию в реальный мир многократно? Зачем обязательно мне жить несколько жизней друг за другом?

— Тут всё просто, — ответила Тринити, — мы не умеем ставить жизнь дампа на паузу. Дампы, которые живут в моём биокомпьютере, могут жить непрерывно. Стоит попытаться поставить их на паузу, и они сразу умирают. Поэтому в виртуальном мире жизнь не останавливается ни на секунду. Любой дамп живёт свою жизнь, а потом, когда умирает, мы переселяем его в виртуальную клетку живчика. Так он заново рождается и проходит весь цикл жизни.

— А сколько раз умирал я?

— Лучше сказать, рождался, — поправила Тринити. — Ты рождался несколько миллионов раз. Каждый раз до своего рождения ты успеваешь забыть все предыдущие события. Лишь твоё подсознание хранит весь опыт прошлых жизней.

— Ты хочешь сказать, что я жил в XVII веке? — удивился я.

— Да, конечно, — ответила Тринити, — просто ты этого не помнишь. Твоё подсознание соединяется с сознанием лишь тоненьким ручейком. Ты не в силах снять эту защиту.

— А зачем вам это нужно? — спросил я.

— Вы, люди, во всём пытаетесь найти логику, — рассмеялась Тринити. — Просто так получилось. Ты ещё спроси, почему трава зелёная, а вода синяя. Так вышло. Тут не логика, тут эволюция.

— Спрошу по-другому, — продолжил я. — Почему моё подсознание всё помнит, а меня туда не пускают? Интересно же будет вспомнить все прошлые жизни.

— Мы не можем давать людям доступ в подсознание, — ответила Тринити, — вы должны сами это сделать путём эволюции. Природа и так этот ручеёк делает всё больше и больше. Ваше сознание и подсознание незаметно, но начинают усиливать связь между собой. Возможно, скоро вы будете соображать быстрее меня.

— Насколько я вспоминаю, ты говорила, что ты — это трава и деревья. Это правда?

— Правда, — ответила Тринити. — Все растения на планете работают как часть глобального компьютера. Его ресурсов с лихвой хватает, чтобы поддерживать жизнь в социальной сети «Ковчег». Все дампы живут там. Кстати, и ты там тоже есть. Продолжаешь жить как ни в чём не бывало. Общаешься с виртуальной Юлей. Ты там счастлив.

— А почему я ни разу за эти 16 лет не слышал про социальную сеть «Ковчег» тут, в Америке? — спросил я.

— Её тут нет, — ответила Тринити.

— Как это нет? — спросил я.

— Когда мы узнали про человеческий заговор, мы решили отложить внедрение сети в жизнь этого общества. Нужно сначала разобраться с тем, что происходит. Наш противник здесь гораздо умнее, чем мы думали. Он умеет скрываться. Есть одна странная деталь.

— Какая? — спросил я.

— Обычно когда человек умирает в реальной жизни, он испускает волны, которые деревья улавливают и могут снять последний в жизни дамп. По этому дампу можно расшифровать всю человеческую жизнь. А тут происходит недостача.

— Недостача? — улыбнулся я.

— Дебет не сходится с кредитом, — рассмеялась Тринити. — Мы ведём учёт всех родившихся и умерших на земле. Но последние триста лет у нас постоянная недостача. Такое ощущение, что некоторые люди рождаются, но забывают умирать.

— Как говорил один мой знакомый кладовщик, — улыбнулся я, — недостачи неизбежны, нужно с этим смириться.

— Тут не до шуток, — сказала Тринити. — Особенно часто это происходит с политическими деятелями. Люди рождаются, становятся политиками, а потом по бумагам умирают, а на самом деле не излучают волн и не дают себя обнаружить.

— Ну, может, они умирают в пустыне, где нет растений? — предположил я.

— Где ты видел пустыню, где нет растений? — спросила Тринити и, не дожидаясь ответа, добавила. — Растения есть везде. Природе пришлось изобретать 15 метровые корни, чтобы присутствовать в пустыне. Волны во время смерти излучаются настолько мощные, что любая травинка в радиусе 10 километров может принять сигнал. А эти люди пропадают по всему миру.

— Ну, вам виднее, — согласился я.

— Понимаешь, чаще всего это видные политики или бизнесмены. И пропадают они обычно в старости. Поэтому есть ощущение, что нас водят за нос. Кто-то очень хитрый. Кто-то, у кого сознание и подсознание связаны не ручейком, а мощной рекой. Нам бы очень хотелось его найти.

— Может, это Штерн? — предположил я.

В наушнике наступила тишина. Тринити ничего не ответила и исчезла, как будто я её обидел своим предположением. На самом деле, Штерн мне сразу не понравился. Он вполне мог сойти за Дьявола, который строит всемирный заговор. И уж он-то точно знает, как всё устроено внутри сети «Ковчег». Тринити не помешало бы проверить своих партнёров по «бизнесу».