Андрей Легостаев - Коридор Судьбы

— Андрей прав, — сказал вдруг Сергей. — Попытаться мы должны обязательно… Для самих себя должны… Но не с помощью пистолетов!

— У тебя есть план? — С показным вниманием посмотрел на него Гуго.

— Какой у меня может быть план? — ответил Сергей. — Ну-у… Попытаться предупредить Леннона, сказать, что мы из будущего…

— Он на тебя как на психа посмотрит в лучшем случае, — ответил Дельфин. — А если этого Чапмана убрать?

— И иметь дело с полицией? — издевательски спросил Гуго. — Не очень-то хочется…

— Что же придумать… что же придумать… — барабанил пальцами по столу Сергей. — Черт… что же придумать…

— Может, возьмем бутылку виски на троих? — предложил Дельфин. — Что б думалось лучше — время-то у нас еще есть… А потом мы же все равно хотели по Бродвею прошвырнуться…

Гуго посмотрел на него и поглядел на Сергея. Тот кивнул. Тогда Гуго сходил к стойке и вернулся с бутылкой виски и тарелкой сандвичей.

— Значит так, — разливая спиртное по высоким стеклянным бокалам сказал Гуго. — Решили — попытаемся спасти Леннона. Пистолеты попробуем сейчас сходить купить… Но надо придумать бескровный вариант. Если никому ничего умного в голову не придет… тогда… тогда можно будет стрелять по ногам, когда Чапман достанет оружие — но не раньше…

— За удачу, — поднял фужер Сергей. Они чокнулись.

Ночь Юрий промерз на скамейке в парке в трех кварталах от отеля «Дакота».

Где расположен отель Юрий понятия не имел, а подумав какого бы ему было на расспросах и пешком добраться в Ленинграде скажем с Купчино до Гражданки, отчаялся на дерзкий шаг. Он взял такси, а когда приехали на место, сказал шоферу просто, дружелюбно и извиняюще, что, мол, вот оказался в критическом положении, денег нет и в качестве оплаты предложил свои часы «Электроника-5» или хрустальный маленький череп, что он нашел в Коридоре. Пожилой таксист, мельком взглянув на часы, попросил в руки безделушку. Он полюбовался ей на свет улыбнулся и кивнул в знак согласия. Юрий захлопнул дверцу такси и посмотрел в сторону отеля. Такси отъехало, а потом вдруг остановилось, вернулось к Юрию, шофер открыл дверцу и протянул Юрию десятидолларовую бумажку. Юрий хотел было гордо отказаться, но шофер так же просто, как Юрий предлагал ему часы вместо денег, сказал:

— Держи, парень, пригодятся. Это за то, что ты честный — не попытался убежать… Хотя, откровенно говоря, от меня убежать нелегко! — и без дальнейших обсуждений таксист уехал.

У Юрия почему-то потеплело на душе. Не от того, что у него теперь хоть сколько-то есть денег. А от в общем-то бескорыстной помощи совершенно незнакомого человека. Кто он таксисту — один из многих клиентов. Они в пути и пятью словами-то не обменялись. А дома только и можно прочитать в газетах, что американцы жутко практичные и циничные люди… Не совсем так, оказывается…

Он весь вечер проболтался у отеля, но Леннона не увидел. Зато хорошенько изучил местность. Утром, очнувшись от кошмарной полудремы, сильно промерзший он побежал в маленькое кафе, что заприметил с вечера. Оно уже работало. Там Юрий, помывшись в туалете, скромненько позавтракал и побежал на пост к отелю. Вот теперь-то зевать нельзя!

Юрий не знал как выглядит Чапман, но зато отлично помнил знакомое с детства по многочисленным фотографиям лицо Леннона. В газетах писали, что утром рокового Дня Чапман взял у Леннона автограф у входа в отель. Значит, надо не пропустить этот момент. Юрий много размышлял, как же ему поступить, но не придумал ничего лучшего, как попытаться предупредить и убедить Леннона. Он не очень-то верил в эту затею, но пока ничего другого ему не остается. Если не получится, то он запомнит Чапмана и постарается поговорить с ним, вечером. Задержать на крайний случай, чтобы Леннон успел пройти в отель, а до следующего утра маньяк, может, и успокоится…

Речь для Леннона он приготовил заранее. Когда Чапман отошел от певца с подписанной пластинкой в руках он подошел к Леннону и бойко стал говорить. Он говорил долго и как ему казалось, убедительно. Леннон слушал не перебивая и улыбаясь. Музыканта ждала машина, он торопился — Юрий знал: в студию, на запись нового альбома — и поэтому Юрий начал говорить быстро, сбился и скомкал конец приготовленной речи. Он говорил Леннону о том, что он из будущего, что не смейтесь пожалуйста, все возможно, он бы и сам в жизни не поверил… Но это так, что Леннона застрелит сегодня тот парень, что взял автограф, что он, Юрий, любит музыку Леннона вот с таких лет…

Леннон улыбнулся Юрию своей знаменитой иронической улыбкой сказал что-то — Юрий совершенно от волнения не понял смысла сказанного, хотя должен был бы навечно занести каждое ЕГО слово в свою память, — и, видя что у Юрия нет в руках ни фотографий, ни пластинок достал из кармана мелкую банкноту и расписался на ней.

— Держи, — сказал Юрию кумир его молодости. — В качестве гонорара на память о замечательной сказке, что ты мне рассказал. Я сочиню об этом песню, — он еще раз усмехнулся, — может быть… — эти слова он говорил уже из машины.

Юрий стояла как дурак посреди улицы с подписанной двухдолларовой бумажкой в руках. Потом опомнился и пошел прочь. Пока прочь!

В общем-то он не особенно рассчитывал на успех, но… Обидно, конечно, но логично. И не все еще потеряно!

С отчаянья он зашел в телефонную будку, набрал номер полицейского участка и опустил десятицентовик.

Услышав ответ в трубке он зло сказал:

— Агент КГБ под именем Майк Чапман сегодня вечером встречается со связником у отеля «Дакота».

И повесил трубку.

Юрий увидел Чапмана на улице перед отелем, когда машины Леннона еще не было и в помине, и понял, что если он хочет попробовать уговорить Чапмана, то другой возможности не представится.

— День добрый, — сказал Юрий походя к нему. — Мне необходимо с тобой поговорить.

— Ты кто такой? — спросил Чапман и Юрий подумал, что он, похоже, действительно ненормальный.

— Неважно кто я такой, — как можно вежливее и дружелюбнее заговорил Юрий. — Зато мы оба знаем, что ты хочешь сейчас сделать. Я бы попросил еще раз как следует подумать…

Чапман засунул руку во внутренний карман. Юрий прекрасно видел что тот «на взводе» и лихорадочно соображал, что бы такое сказать. Дать бы ему по его башке дурацкой, да и дело с концом. Нельзя — он вооружен…

— Слушай друг… — Юрий говорил почти ласково, — мы же с тобой почти ровесники… Леннон нам одинаково дорог…

— Леннон — это я! — вдруг почти что не закричал Чапман. — А тут живет самозванец, который…

— Ну конечно же ты — Леннон, — сказал ему Юрий. Ох, как трудно разговаривать с сумасшедшими. — Кто спорит? Только я хочу…