Леонид Могилев - Был тот странный предутренний свет

Я возвращаюсь по колее к вычищенному лесу и выхожу к заводской окраине. Я ищу газету. Вот киоск, и он работает, как ни странно.

Так я узнаю, какое сегодня число. Потому, что иногда я не попадаю после в свой день.

Я не знаю, почему это происходит, хотя сегодня я вернулся в свой день и час. Так же я не могу знать, как мне удается выкидывать подобную штуку. Я сажусь в трамвай номер двадцать пять и еду одиннад­цать остановок.

Костюм пропах дымом. Дома будет укоризненный и недоуменный завтрак, переодевание в служебные одежды и сама служба до семнадцати часов. Потом я вернусь домой и буду ужинать, смотреть телевизор и спать с женой.

Этот свет по утрам приходит очень редко. Иногда его не бывает по году. Я жду его со смятением и грустью. Я не знаю, как это у меня получается, только каждый раз я могу паутину свою, свою сеть закинуть только в одно и то же место, в этот приморский город, где ниспадает с небес вечная влага, а потом я каждый раз возвращаюсь в лес, возле разрушенной станции. Стоит только мне произнести, сев в «Икарус»: «Я возвращаюсь»,— как я оказываюсь здесь, в лесу. Может быть, это могло бы стать огромным открытием, но я никогда никому ничего не скажу. Потому, что тогда я потеряю этот дар. Я знаю, что тот, кто дал мне его, лишит меня этой способно­сти, если я проболтаюсь. Я засыпаю и слышу во сне, кратком и трамвайном: «Житель, ведь это так про­сто…»