Роберт Сильверберг - Стархэвен

Неожиданное обращение к нему встряхнуло Квеллена. Он все еще не знал, какую линию поведения избрать в этом споре. Да у него и не было полной ясности насчет предмета этого спора. Он кисло улыбнулся и покачал головой.

— У вас еще не сложилось собственное мнение? — уничтожающим тоном спросил Колл.

Квеллен посмотрел поверх голов сидящих за столом. Он был не в состоянии смотреть прямо в жестокие бесцветные глаза Колла и поэтому остановил свой взор на каком-то пятне на дальней стене. Он продолжал молчать.

— Значит, нет мнения, а, Квеллен? Это очень плохо. И говорит не в вашу пользу. Учтите это.

Квеллен едва смог унять дрожь.

— Боюсь, что я не в курсе последних данных в отношении прыгунов во времени, сэр. Как вы знаете, я был очень занят некоторыми проектами, которые…

Голос его стал заплетаться, он почувствовал себя полным идиотом. “Должно быть, моим помощникам что-то известно о сложившейся ситуации. О боже! Почему же тогда я не удосужился проверить, чем занимается Брогг? Но разве можно объять необъятное?” — вихрем пронеслось в голове Квеллена, но лицо продолжало хранить маску невозмутимости.

— Вам известно, что тысячи пролетариев исчезли неизвестно куда с начала года, Квеллен? — повысил голос Колл.

— Нет, сэр. То есть, я хотел сказать, разумеется, сэр. Безусловно. Только вот у нас не было возможности предпринять какие-либо эффективные действия.

Никчемность собственных слов напугала его. “Очень неубедительно, Квеллен, очень неубедительно, — подумал он. — Разумеется, вам ничего не известно об этом, если вы проводите все свое свободное время в самом прелестном уголке земного шара, по ту сторону океана. Но ведь Стенли Броггу, по-видимому, известны малейшие подробности этого. Ему нельзя отказать в добросовестности”.

— Ну так куда же, по-вашему, они подевались? — продолжал Колл. — Может быть, вы думаете, что они все попрыгали в стасис-кабины и разбежались кто куда в поисках работы? Может быть, в Африку?

Колкость была напитана ядом. Квеллен был готов стушеваться, но до него вовремя дошло, что Колл спросил наугад. Он постарался скрыть свою реакцию и как можно спокойнее ответил:

— Понятия не имею, сэр.

— Значит, вы очень плохо читали учебники истории, Квеллен! Подумайте, какое наиболее значительное событие произошло за последние пять столетий?

Квеллен постарался сосредоточиться. Что же такое произошло в мире неординарного? Дружеское соглашение между великими державами? Приход к власти Верховного Правления? Ликвидация государств? Открытие стасис-поля? Он ненавидел Колла за то, что тот выставляет его сейчас в качестве глупого школьника. Квеллен знал, что он далеко не дурак, каким бы глупым он ни казался, когда его вытаскивали “на ковер”. Он был достаточно компетентным. Но сердцевиной его существа была его уязвимость, его тайное преступление, а это означало, что внутри у него было тесто. Его стал прошибать пот.

— Не уверен, что собственно вы имеете в виду, задавая этот вопрос, сэр.

Колл небрежно повернул переключатель, добавляя кислорода в комнату почти что оскорбительным жестом доброжелательности. В комнате зашипел свежий газ.

— Тогда я скажу вам, — усмехнулся Колл. — Это прибытие прыгунов. А сейчас как раз та эпоха, откуда они появились.

— Разумеется, — согласился Квеллен. Каждому было известно о прыгунах, и теперь он досадовал, что он сам не сумел предложить Коллу столь очевидный ответ.

— Кто-то изобрел путешествие во времени в последние годы, — вступил в разговор Спеннер. — Он начинает перекачивать прыгунов во времени назад, в прошлое. Уже ушли тысячи безработных пролетариев, и если мы его не поймаем в ближайшее время, он затопит прошлое мотающимися по стране безработными.

— А я о чем толкую? — встрепенулся Колл. — Нам известно, что они уже прибыли в прошлое. Так гласят книги по истории. Теперь мы можем сидеть сложа руки, позволяя этому парню разбрасывать наши отбросы по всем предыдущим столетиям.

Спеннер развернулся лицом к Квеллсну.

— Ваше мнение? — требовательным тоном произнес он. — Следует ли нам выполнять распоряжение Верховного Правления, обложить этого парня и приостановить уход прыгунов? Или сделать так, как предлагает Колл, и пусть все продолжается, что означает не только неповиновение ИМ, но и игнорирование истории?

— Мне нужно время, чтобы изучить вопрос, — настороженно произнес Квеллен. Ему меньше всего хотелось попасть в такое положение, при котором он будет вынужден вынести суждение в пользу одного из своих начальников в противовес другому.

— Позвольте мне сейчас направить вас по верному пути, — сказал Спеннер, искоса глядя на Колла. — Мы получили инструкции непосредственно от Верховного Правления и оспаривать их бесполезно. Как прекрасно известно Коллу, сам Клуфман интересуется этим вопросом. Ваша задача — определить местонахождение незаконного узла деятельности, связанной с путешествиями во времени, и взять его под контроль государства. Если вы, Колл, возражаете, то вам лучше всего апеллировать к Верховному Правлению.

— У меня нет возражений, — хмуро произнес Колл. — Квеллен?

— Что, сэр? — съежившись, произнес Квеллен.

— Вы слышали, что сказал мистер Спеннер? Приступайте, и как можно быстрее. Выследите этого парня, который переправляет прыгунов, и уберите его, но только после того, как выведаете у него его тайну. Верховному Правлению необходимо располагать контролем над тем, что происходит. И приостановить противозаконную деятельность. Понимаете? Это все поручается вам, Квеллен!

С этим его и отпустили.

Норман Помрат холодно посмотрел на жену и произнес:

— Когда же твой брат сделает что-нибудь для нас, Хелейн?

— Я же тебе сказала: он не умеет!

— Ты подразумеваешь, не хочет?

— Не может. Ты думаешь, что он всесилен? И будь добр, не мешай мне. Я хочу принять душ.

— По крайней мере, ты вежлива, — проворчал Помрат. — Я благодарен за эти маленькие любезности.

Он отошел в сторону. Сохранив в себе крохи скромности, он не стал смотреть, как его жена снимает с себя зеленую блузку. Она скомкала одежду, швырнула ее в сторону и ступила под молекулярный душ. Поскольку она стояла к нему спиной, он позволил себе посмотреть на нее. Скромность — очень полезная штука, считал Помрат. Даже если ты женат одиннадцать лет, нужно дать другому возможность ощутить хоть какое-то уединение в этих вонючих однокомнатках. Иначе можно совсем спятить. Он грыз ногти и время от времени украдкой поглядывал на тощие ягодицы своей супруги.