Стефани Бодин - Садовник

— Меня он не заметил — я спрятался за стойкой с чипсами. Потом он некоторое время толокся возле машины — разговаривал по мобильнику.

— Что было, когда ты вышел?

Джек помотал головой и снова откусил пончик:

— Я не выходил. Люсиль выпустила меня через черный ход, а ее муж подкинул обратно. Пикап я оставил там.

— Может, ревнивый муж следит за своей женой, а у нее красный пикап? К тому же, если нас и ищут, откуда им знать, что мы здесь?

Джек пожал плечами:

— Мы приехали затемно. Даже Люсиль удивилась, увидев меня, а она тут первая сплетница. Если чего-то не знает она, этого не знает никто.

— Думаешь, кто-то из Мелби-Фоллз в курсе, что девчонка с нами? — Я постучал кулаком по губам. — Откуда?

Он нахмурил лоб:

— На стоянке в «Тихой гавани» установлены камеры слежения.

Я чуть не пролил кофе.

— Значит, у них наверняка есть запись.

— У них — это у кого? — спросил Джек. — Сдается мне, ты не имеешь в виду старшую медсестру Сьюзи, мою начальницу.

— Нет. — Я покачал головой. — Думаешь, нужно переждать здесь, пока все не выяснится? А вдруг это сочтут похищением?

Джек наклонил голову:

— Мейс, разве она кричала и сопротивлялась, когда ты ее выводил из здания?

На самом деле все было почти наоборот.

— Нет, конечно.

Джек почесал подбородок:

— Мы отвезем ее назад, целую и невредимую. Вряд ли кто-нибудь вот-вот нарисуется у нас на пороге… — Он метнул взгляд на дверь, словно именно это и должно сейчас произойти, отчего мне стало не по себе.

Я попытался рассуждать вслух:

— Ладно, что мы знаем? Какие у нас есть факты? — Я начал вспоминать с самого начала: — Она сидела на диване в доме престарелых, каким-то чудом ее разбудили слова из записи на DVD. Она ничего не понимала. Может, даже испугалась. Да, точно, испугалась и выдала тираду насчет садовника.

— Так бывает, когда заснешь у телевизора и снится диктор из десятичасовых новостей.

В этом был смысл.

— Возможно, — кивнул я. — Возможно. Но есть и еще кое-что. Она буквально швырнула меня через стену! Это как объяснить?

Джек в раздумьях поджал губы:

— Итак, мы имеем девчонку, которая была в ступоре, но проснулась, услышав сказку. Она слетает с катушек и перекидывает увесистого футболиста через стену.

События предыдущего вечера пронеслись у меня в голове.

— Перед тем как лечь спать, она три часа сидела, вцепившись в бутылку шоколадного напитка.

Джек начал мерить шагами комнату:

— А как она испугалась огней «Тро-Дин»!

Согласно кивая, я хотел добавить кое-что еще к перечню ее странностей. Шрамы на ногах. Уже открыл было рот, но передумал. Мне вдруг показалось неправильным болтать об этом. Как и о той странной истории, что она мне рассказала, — которая, впрочем, скорее всего, ей просто приснилась.

— Да, чувак, ситуация… — Джек сел и откинулся назад, балансируя на двух ножках стула. — Ладно, заберу машину, и на обратном пути у тебя будет три часа, чтобы выяснить, что происходит с девчонкой.

— Или хотя бы как ее зовут, — с надеждой сказал я.

В это мгновение она вошла в комнату.

Я поднялся с дивана, а Джек с грохотом уронил стул на четыре ножки.

Она посмотрела мне в глаза и почти улыбнулась.

— Доброе утро, — сказал я. — Выспалась?

— Да. — Девочка огляделась; взгляд ее казался намного более осмысленным, чем раньше. — Но… у меня болит здесь. — Она держалась за живот.

Раздалось такое громкое урчание, что мы все его услышали.

Джек усмехнулся:

— Рискну предположить, что ты проголодалась.

Она нахмурила лоб.

Я подошел к ней и протянул руку, словно налаживая контакт с диким котенком, который норовит убежать.

— Тебе нужно поесть, — сказал я, когда она вложила свою руку мне в ладонь. — Помнишь, как это делается?

Она посмотрела на пончики.

Я подвел ее к столу и усадил.

— Вот. — Джек положил несколько пончиков на салфетку и дал ей.

Девочка увидела, как Джек закинул в рот очередной пончик, проделала то же самое и стала жевать, раздув щеки.

Мой друг смотрел на нее с отвисшей челюстью; я тоже стоял, открыв рот.

— Джек, тебе представился случай взглянуть на себя со стороны.

Она проглотила. Затем ее глаза расширились и заслезились, она закрыла рот ладонью.

Джек мотнул головой в сторону раздвижной стеклянной двери, ведущей на заднюю террасу:

— Уводи ее, быстрее! Если ее здесь вырвет, мама меня убьет.

Я схватил девчонку за руку и повел к двери. Во дворе она согнулась вдвое и выблевала все до последнего кусочка на мокрую траву.

— Подожди.

Я сбегал в дом за салфетками, вернулся и дал ей.

Она вытерла рот и выпрямилась.

Чтобы не смущать ее, я сделал вид, что интересуюсь горой Адамс. Впрочем, за облаками и дождем рассмотреть гору было почти невозможно.

— Как кушать ты тоже забыла?

Она подошла ближе, но ничего не ответила.

Повернувшись к ней снова, я сказал тихим голосом:

— Не бойся. Джеку я ничего не говорил.

Уголок ее рта пополз вверх.

— Спасибо.

— Послушай… — Как же мне признаться в том, что мы повезем ее назад и я собираюсь высадить ее в том самом месте, откуда она так отчаянно хотела убежать?

Девчонка быстро схватила меня за руку. Наклонила голову, а затем неспешно выпрямила:

— Они здесь.

У меня по спине побежали мурашки.

— Кто?

Она дошла до конца террасы и посмотрела туда, где подъездная аллея заканчивалась высокими воротами, закрывающими вид на дорогу.

— Там. — Она показала пальцем. — Поджидают за воротами.

В доме я спросил Джека, нет ли у него бинокля.

Он нахмурился:

— Что случилось?

— Просто дай, и все!

Джек помотал головой:

— Бинокля нет. У мамы есть подзорная труба, чтобы наблюдать за птицами. В кладовке за прачечной.

Я отправился в кладовку, а он крикнул мне вслед:

— Осторожнее! Она бешеных денег стоит!

Отыскав трубу, я спросил:

— Лестница есть?

Джек кивнул:

— Конечно. Что ты собрался делать?

— Проверю парадные ворота.

Он состроил гримасу:

— Так открой их.

— Не могу. Там кто-то стоит. Надо посмотреть кто.

— Тогда забирайся на крышу.

Я вручил ему подзорную трубу:

— Поэтому мне и нужна лестница.

На дворе опускался легкий туман. Джек с подзорной трубой в руках помог мне отыскать приставную лестницу и забрался вслед за мной на крышу. На трясущихся ногах по мокрой шершавой черепице мы залезли на самый верх. За воротами на противоположной стороне дороги стоял черный седан.