Адский город - Джек Хэмлин

Мы открыли огонь и сбили их, и они упали рядом со своими жертвами. И как только мы это сделали, кто-то с другой стороны улицы начал стрелять по нам. Пули врезались в обломки вокруг нас. Там были снайперы, и я заметил вспышку выстрела из окна второго этажа.

Мы отступили и ушли. Не прошло и двух минут, как мы оказались в безопасности, как с неба спустился вертолет. Он открыл огонь из пулеметов "Миниган, - засыпав двор градом пуль, уничтожая все на своем пути. Если бы мы все еще были там, нам некуда было бы спрятаться.

Задыхаясь, мы побежали по другой улице.

Мы увидели еще больше ночных бойцов, стреляющих по убегающим отрядам солдат АРМ. Те бежали в нашу сторону. Мы свернули в другой переулок и выбежали на еще одну улицу. Там шли очень ожесточенные бои. Я увидел десятки трупов, в основном солдат АРМ. Лужи крови блестели в лунном свете. Ночные бойцы были одеты в черное. У них было самое разное оружие - М-16, М4, АК, штурмовые ружья, чего только ни было. Насколько я мог видеть, у всех были противогазы. Это меня встревожило.

Но времени на более тщательное изучение не было, потому что мы были не одни.

Мертвецы приближались.

Вопрос, который снова и снова возвращался ко мне, словно призрак, бродящий по руинам заброшенного дома, звучал так: как долго мы сможем так продолжать? К тому моменту мы пережили столько дерьма, что оно словно вонь прилипло к нам. Мы были погружены в него, ее втирали нам в лица и засунули в носы... и эта конкретная дрянь пахла смертью - зловонно, жгуче и гнилостно. Мир, который мы все знали, мир, в котором мы выросли, жили и которому доверяли, исчез. Он был мертв. Мы день за днем пробирались сквозь его останки, все цепляясь за надежду, что как только мертвых уложат на место, а сумасшедших выживальщиков похоронят вместе с ними, мы сможем собрать его заново, как осколки Шалтая-Болтая.

В некоторые дни я в это верил.

В другие дни я в это совсем не верил.

Но именно за это мы и боролись. Именно это заставляло нас идти дальше, и мы все мечтали об этом, все мы фантазировали о том дне, когда это наступит, и мы будем в безопасности, счастливы и спокойны, кукуруза будет высоко расти, дети будут петь веселые песни, а солнце будет ярким и теплым. По мере того как дни превращались в недели, а недели - в месяцы, верить в это становилось все труднее. Жизнь, которую мы вели, жизнь, которую вели все здравомыслящие выжившие, была ужасной. Это был не дерьмовый фильм ужасов, не глупый комикс и не какая-то нелепая видеоигра - это была реальность. Мир, в котором охотились ходячие мертвецы, а выжившие были как испуганные кролики, мечущиеся из одной норы в другую.

Так и проходили дни, один за другим.

В нашей маленькой группе царила товарищеская атмосфера. Мы все старались выглядеть сильными друг перед другом, но я знал, что внутри мы были напуганы до смерти. Боялись сумасшедших, бродящих по миру, и зомби, а может, боялись и самих себя за те мрачные, бесчеловечные поступки, на которые нам приходилось идти, чтобы просто остаться в живых. Некрофаг, или "Зомпокс, - как мы его называли, был где-то там, тлея, как старые кости в кремационной яме, и мы это знали. Это была тень, которая постоянно преследовала нас. Страх заразиться им был самым страшным из всех. Все остальное бледнело по сравнению с ним. Что бы ты сделал, если бы заразился? И, что еще хуже, что бы ты сделал, если бы заразился кто-то, кого ты любишь?

Бежать было некуда.

Толпа мертвецов заметила нас и двинулась в нашу сторону - с разорванными лицами и телами, челюсти, хрустящие в поисках пищи, и протянутые пальцы. Позади нас, в переулке, бои усилились, и мы слышали грохот крупнокалиберных пулеметов и гул машин на улицах.

У нас не было выбора.

Когда мертвецы наступали отвратительной, кишащей червями толпой, мы заняли огневые позиции, прижавшись спинами к зданию. Несмотря на страх, мы открыли огонь в полуавтоматическом режиме, выбирая цели и сбивая зомби, разрывая им головы и разбрызгивая их мозги по тротуару.

Но они продолжали наступать.

Мы запрыгнули за ржавую машину, и я бросил в них несколько гранат с белым фосфором. Гранаты взорвались ослепительными вспышками света, охватывая мертвецов грибовидными языками пламени. Воздух был наполнен жаром и запахом обугленных трупов. Несколько зомби все еще пытались продвигаться вперед, белый фосфор прилипал к ним и продолжал гореть. Они пылали и потрескивали, от них отрывались куски, и в конце концов последние отставшие рухнули, когда белый фосфор расплавил плоть с их костей.

Но на этом все было далеко не закончено.

Привлеченные зловонием жареной падали, из темноты вышли новые зомби. Большинство из них набросились на останки на улице. Мужчины, женщины и дети, проклятые "зомби-оспой" и превратившиеся в кровожадных каннибалов, начали разрывать на части трупы солдат и ночных бойцов, грызть конечности, вырывать органы из брюшной полости и разбивать головы, чтобы добраться до маслянистых складок мозга.

Более предприимчивые набросились на горящих мертвецов, разрывая их на части и хрустя, грызя почерневшее мясо. Звуки хрустящего хруста были почти невыносимы для любого из нас.

Мы двинулись дальше по улице, мимо горящего остова выведенного из строя LAV-25, разорванного на три части. Его, должно быть, поразил бронебойный снаряд или противотанковая ракета. Тело бойца ARM свисало с обломков, пронзенное четырехфутовым осколком металла. Обнаженный подросток-зомби жевал его горло, издавая слюнявые, жадные звуки.

Он обернулся, когда мы подошли, ухмыляясь нам своим испачканным кровью лицом. У него отсутствовали целые участки кожи, словно его очистили от нее. Он вернулся к своей трапезе, а мы убрались оттуда так быстро, как только могли.

После этого нам постоянно приходилось уворачиваться от зомби, патрулей ARM и преследующих нас ночных бойцов. Каждый раз, когда мы находили место, где можно было передохнуть, нас вынуждали уходить оттуда. Мы были до костей измотаны. Нам крайне нужен был отдых.

Мы свернули с проспекта в жилой район, думая, что уходим подальше от боевых действий, но в итоге снова наткнулись на поля смерти. В квартале было темно, нигде не горел огонь, но вокруг нас витал запах смерти. Хуже того, мы видели движущиеся силуэты.

Мы включили тактические