Мегаварево. Вдохновленная алкоголем антология экстремальных ужасов. - Рэйчeл Нюссбaум

- Не оставляй меня сегодня одного, - прошептал я.

- Конечно, нет, - пообещала Джанет.

∿

Джанет, Арин и я закончили учёбу три года назад. Мы плохо знали друг друга - иногда оказывались за одним столом за обедом, но то же самое происходило со всеми, когда в вашем выпускном классе сорок человек. Мне всегда было интересно, почему они не уехали отсюда в лучшую жизнь. Те, кто остаются в ловушке, чтобы гнить здесь, их родители либо управляют бизнесом в этом городе, либо выращивают травку в больших масштабах. Ты должен остаться, чтобы унаследовать дело, которого ты никогда не хотел.

Я хотел уехать - просто не смог найти колледж, который бы меня зачислил. И тогда меня это сильно задело. Я очень быстро перешёл на алкоголь. Заглушая печаль, которая нарастала каждый раз, когда я вспоминал, что всё ещё здесь.

Долгое время я думал, что я проклят.

В каком-то смысле я был прав.

Моя рука пришла в движение через день. Джанет сказала, что она, вероятно, будет как раньше, как и её отсутствующие зубы (и, очевидно, моя украденная почка), но она не знала, сколько времени это займёт.

Я выпил за те несколько дней больше, чем после выпуска. Алкоголя едва хватало, чтобы заглушить боль заживления, но я был так пьян, что мне было всё равно.

- Ты же не думаешь, что они пойдут в полицию? - спросил Арин, когда мы закончили закапывать тело.

- Ни единого шанса, - Джанет чиркнула спичкой. - У них ещё есть работа.

- Кто они? - спросил я. - Такое случается в больших городах, но в этой глуши?

Джанет подняла косяк.

- Это же Изумрудный треугольник. Ты знаешь, сколько здесь людей принимают на работу нелегально? - спросила она.

Я кивнул. Летом я сам подрабатывал.

- Ты знал, что здесь пропадает больше людей, чем где-либо ещё в штате?

Блять, я же видел плакаты с пропавшими людьми, но не думал, что всё так ужасно!

- Так это дела местных фермеров? - спросил Арин.

- Нет, но проще похоронить рабочего-мигранта, чем заплатить ему, - сказала Джанет. - Это что-то вроде Дикого Запада, копы закрывают глаза. Никто никого не видит и никто ничего не слышит. Вот такое это хорошее место.

- Ублюдки, - сказал Арин. Он плюнул на могилу.

Я тоже сжал кулаки и плюнул. Джанет ухмыльнулась и бросила косяк, прежде чем втоптать его в грязь.

∿

Я пытался уснуть после своего последнего похмелья, когда в мою дверь постучали. С затуманенными глазами и в неизменной одежде я распахнул дверь и прищурился от солнечного света.

Джанет.

- Арин сказал, что ты бросил работу, - сказала она. - Ты в порядке?

Я поморщился. Да, я бросил - я проводил всё время дома, деньги мне были не нужны.

- Я тоже боялась выходить на улицу после того, как меня застрелили, - тихо сказала она.

Мы опустились на ступеньки моего крыльца.

- Ружьё дало осечку и наполовину отстрелило мне челюсть, - сказала она. - Мой дядя чуть не умер, когда я села и начала ругаться.

Джанет усмехнулась.

- Он параноик с гор, убедил меня молчать. Сказал, что правительство захочет провести опыты со мной.

- Наверное, так и сделают, - сообразил я.

- Я знаю. Я думала, что это только я, пока с Арином это не случилось. Однажды ночью я возвращалась домой, когда заметила, что с моста съехала машина. К тому времени, когда я спустилась вниз и нашла его, он был скручен, как крендель, и всё же сумел оттащить себя от места крушения на тридцать ярдов. Парень даже не понял, что произошло.

Я пнул грязь.

- Ему повезло, что у него есть ты, - сказал я.

- Знаешь, теперь ты тоже наш друг, Дерек. Что-то подобное нас объединяет, понимаешь?

Джанет полезла в карман и протянула мне бумажный пакет.

- Это была идея Арина, - сказала она. - Он подумал, это поможет тебе чувствовать себя в бóльшей безопасности.

Я взял его из её рук и полез внутрь. Карманный нож. Было очевидно, что Арин выбрал его - лезвие и рукоять блестели и переливались всеми цветами радуги. Трудно было не улыбнуться. Я уже давно не чувствовал себя в безопасности.

- Хочешь пойти с нами сегодня вечером? - спросила Джанет.

Я крепко держал нож.

- Да уж. Звучит неплохо.

∿

Потребовался месяц или два, чтобы всё снова стало нормально. Я вернулся на работу, по выходным ходил выпивать с обычной бандой. У меня всё ещё были приступы паники, но Арин научил меня дыхательным упражнениям, а Джанет иногда держала меня за руку под столом, когда я успокаивался. Общаться с ними стало намного легче.

Единственное, что отличало меня - это боль и то, как она повлияла на меня.

Это началось, когда я наступил на гвоздь в мастерской. Он прошёл прямо через мою обувь и вышел почти с другой стороны моей ступни, но мне пришлось действовать спокойно. Если бы мой босс увидел, он бы вызвал скорую. Прошло полчаса, прежде чем я смог сделать перерыв, чтобы вытащить его и перевязать, и всё это время боль возрастала и возрастала внутри меня. Без дозы алкоголя это было так остро. Больно так долго, так сильно, что это начало царапать в моём мозгу, будто бы говорило: «Ведь это так хорошо».

Я перестал так много пить дома. Просто… чтобы проверить. Моим ножом. Наверное, я пошёл бы дальше, если бы не открыл глаза и не увидел, как сильно я истекаю кровью.

НЕТ. Я не готов пойти по ЭТОЙ дороге.

Я похоронил это и сосредоточился на своей новой жизни, на том, чтобы проводить время со своими странными новыми друзьями. Пока однажды ночью в баре улыбка Джанет не исчезла, а глаза не потемнели.

- У двери.

Я посмотрел на троих неряшливых мужчин, которые только что вошли.

Арин ахнул.

- Чёрт побери, - прошептал он. - Это они.

Сразу же мой желудок, набитый пивом, скрутило. Они молча сели в углу, бегая глазами по залу. Ища жертв.

Я стискиваю зубы. Я чувствую себя более чем злым.

- Дерек, ты…

- Я убью их.

Джанет моргнула.

- Тебе не нужно мне помогать, - сказал я, сжимая нож. - Но я собираюсь это сделать.

- Дерек, - пробормотал Арин. - Это… в первый раз это