Адский город - Джек Хэмлин

ощущение ползущего Ужаса, которое я испытывал раньше в логове каннибала или когда заглядывал через ту маленькую дверцу в кладовой. Что-то было не так, и у меня было ощущение, что за нами наблюдают. Я не беспокоился о зомби; они не отличались скрытностью. Если за нами и охотились, то это было что-то совершенно другое. На повороте коридора я остановился, и Смитти остановился вместе со мной. Я стоял там, прислушиваясь. Казалось, что пока мы шли, я постоянно слышал какие-то звуки, но когда останавливался, ничего не было слышно. Может, это были наши собственные звуки, доносившиеся до нас. Но я в это не верил. Здесь была опасность, и к тому моменту я уже столько месяцев жил на грани выживания, что ни на мгновение не сомневался ни в своих инстинктах, ни в том внутреннем сигнале тревоги, который говорил мне, что мы в опасности.

- Мы уже внутри, - сказал Док. - Будем двигаться осторожно.

- Мы тоже, - сказала я. - Не думаю, что мы здесь одни.

Пока что не было никаких следов Литтл Гана, и у меня было ужасное предчувствие по этому поводу. Я думал, что когда и если мы его найдем, нам это совсем не понравится.

- Послушай, - сказал Смитти.

Но я уже услышал это, и все мои мышцы, от шеи до ног, напряглись. Я услышал шарканье, словно босых ног, а потом... я не был совсем уверен... но что-то вроде шипения, скользящего звука. Он доносился из глубины коридора.

Мы медленно двинулись в ту сторону.

Кожа на теле у меня натянулась.

Сердце забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из горла.

Пот стекал с кожи головы по вискам.

Я почувствовал запах, исходящий от Смитти, что-то помимо засохшей на его коже крови или запаха его тела... сладковатый, но с металлическим оттенком запах, очень резкий, почти как у уксуса. Я чувствовал его и раньше: это был запах страха. Выделение гормонов, которое происходит в человеческом организме в моменты сильного стресса и ужаса.

Я снова услышал шуршание.

Там внизу по-прежнему ничего не было, по крайней мере, ничего, что я мог бы разглядеть в своих приборах ночного видения.

Теперь я услышал шаги.

Бегущие шаги. Я услышал выстрел. Мелкокалиберный, возможно, из пистолета, и я увидел вспышки выстрелов, появляющиеся из-за поворота в конце коридора. Парень выбежал из-за угла, почти испуганно оглядываясь назад.

- СТОЙ! - крикнул я, когда он оказался примерно в двадцати футах от нас. СДЕЛАЙ ШАГ - И Я ТЕБЯ, БЛЯДЬ, РАЗМАЖУ!

Он замер на месте, и я слышал его тяжелое дыхание. Он продолжал оглядываться. - Они идут, - сказал он. - Убирайся отсюда! Они идут!

По тому, что я успел разглядеть из его одежды, было понятно, что он повстанец. На нем была камуфляжная форма. У него что-то висело на поясе, и он поднял это вверх. Я снова услышал шарканье босых ног. Множество босых ног и этот шипящий звук.

- УХОДИ! - крикнул он.

И мне стоило его послушать, потому что в руке у него был электронный детонатор, и он собирался его взорвать. Смитти выстрелил раньше меня, пронзив парню грудь за доли секунды до того, как мои пули вонзились в него. Когда он упал, он включил детонатор, и раздалась яркая вспышка света и оглушительный грохот. Потом я оказался в воздухе, а стены рухнули.

Когда я очнулся, я понятия не имел, где нахожусь. Я лежал, постоянно кашляя, пытался пошевелиться, но это было невозможно. Постепенно память вернулась ко мне, и я вспомнил повстанца с детонатором, Смитти и всех остальных. Именно тогда я начал паниковать. Я обнаружил, что могу свободно двигать руками и ногами, так что решил, что остался целым и невредимым. Проблема заключалась в том, что что-то давило мне на лоб, и я не мог повернуть голову ни в одну, ни в другую сторону. Что бы это ни было, оно меня не раздавило, а просто прижало.

Убирайся отсюда! Они идут!

Повстанец попытался дать нам шанс, которого мы бы ему никогда не дали. Почему? Ответ на этот вопрос был очевиден. Какую бы угрозу мы ни представляли, она была минимальной по сравнению с тем, кто или что преследовало его. Наверное, он заложил взрывчатку в одной из комнат или под полом. Возможно, он зашел туда в качестве приманки, чтобы заманить их в ловушку и уничтожить.

Я предполагал, что это были ночные ползуны.

Все, что Монгол говорил о других на третьем этаже - от того, что скрытные фигуры отлично ориентируются в темноте, до того, что у "одноразовых" вырезали языки, - указывало на ночных ползунов. Добавьте к этому логово каннибала, которое мы нашли, и тех двоих, которых мы убили, связанных вместе. Они действительно были здесь. Я просто надеялся, что взрыв убил их или заставил вернуться в свои норы.

После взрыва и обрушения пола под ногами я уронил прибор ночного видения и винтовку. У меня остались пистолет и нож, но рация Icom была повреждена. Я не мог ничего по ней уловить.

Так что я был один.

Насколько я знал, меня, возможно, завалило горой обломков.

Я порылся в жилете, пока не нашел карман с зажигалкой. Я щелкнул ею и обнаружил, что смотрю на огромную деревянную балку, которая давила мне на лоб. Мне нужно было освободиться. Осторожно я просунул руки за затылок. Под ней лежали кирпичи или обломки. Медленно, обливаясь потом, я высвободил кусок острых камней, а затем еще один. К тому моменту я мог поворачивать голову, может быть, на один дюйм в любую сторону. Как иронично было бы, если бы я откопался, только чтобы балка раздавила мне голову. Я продолжал копать в обломках за головой, убирая то, что казалось кирпичами или обломками камней.

Там, внизу, оставался последний крупный кусок, который меня удерживал.

Я начал выковыривать его дрожащими руками, молясь, чтобы сдвиг обломков не привел к сдвигу балки. Этого не произошло. Я вытащил голову из-под балки, едва не оторвав себе при этом нос.

Я был свободен.

Или нет?

Я снова зажег зажигалку и увидел вокруг себя наваленные груды обломков, а также сломанные обрешетки и куски стен, разбитую штукатурку и расколотые доски. Я оказался в небольшой впадине, выкопанной в обломках. Это была невероятная удача. Я ползал вокруг в поисках пути к спасению, чего угодно, даже маленькой "червоточины, - которую