Философичная истерика мыслей, выраженная в справедливых затмениях «свидетеля», как неделимые частицы между нелегкими диалогами «остальных» служит ключом к мистическому происхождению. Заточение перед действиями и волей, как оказывается, далеко не свободных современных людей.
Волки-оборотни, охотящиеся на улицах крупных городов.
Единственные порождения Ночи, способные достойно соперничать с «аристократами Тьмы» — вампирами.
Сборник «Волкогуб и омела» будет интересен и старым поклонникам этих авторов — ведь в рассказах и новеллах, вошедших в него, действуют всеми любимые герои их сериалов — и читателям, только-только знакомящимся с произведениями этого нового, но уже имеющего миллионы и миллионы поклонников жанра…
«…И тут призрачно-белый, нечеткий столбик света, проворно мелькавший в тени крон, выступил вперед и, помедлив, как нерешительный ныряльщик, переместился на залитое луной пространство… Замершая на фоне сумрачных тисов, отчего все оттенки лица и платья уступили место молочной белизне, она походила не на человеческое существо, а на идеализированный образ девственницы, словно некий художник немногими штрихами воспроизвел в воске свое уже ускользавшее из памяти видение» (Дж. Д. Бересфорд. Ночь творения).
Теперь Клэр действительно может сосредоточиться на учебе, а ее подруга Ева присоединиться к местной театральной труппе. Но когда один из сослуживцев Евы пропадает без вести после начала съемок короткометражного документального фильма, Ева подозревает худшее. Клер и Ева скоро поймут, что этот фильм, который вампиры снимают сами про себя — намного больше — и намного опаснее, чем кто-либо предполагал.
Перевод — http://notabenoid.com/book/11538/
Еще одна история из жизни Гарри Дрездена…
Перевод Глушкин Е. ред. Гвоздева И.