Елена Лебедева - Путешествие в прошлую жизнь
И все же что-то в его поведении смущало, что-то было не так. Девушка мучилась этим и хотела рассказать о своих мыслях Никите, когда тот вернется. Да, конечно, она была единственной юной барышней здесь, среди стольких мужчин и естественно была в центре внимания, хотя без особого удовольствия для себя.
Офицеры старались ей угодить, как-то помочь, особенно сейчас, в отсутствие Никиты, ибо когда он был рядом, в его глазах слишком явственно полыхали ревностные огоньки. А Серж, он был каким-то другим, Никита строго поговорил с ним по поводу цветов, вольного поведения по отношению к ней и с тех пор все изменилось, Никита успокоился относительно друга, но девушку все же подсознательно что-то беспокоило. Однако ей не удалось рассказать об этом любимому, потому что ее ожидала совершенно потрясающая новость, которая заставила забыть обо всем на свете.
Никита вернулся в полк к вечеру второго дня, Елизавета увидела его скачущим во весь опор по лагерю, не долго думая она бросилась ему на встречу и через секунду упала в его объятия.
— Никита, милый мой, драгоценный, — тихо шептала она, уткнувшись лицом в его грудь. Он тихо гладил ее по спине, по волосам, потом осторожно поцеловал в висок.
— Как я соскучился, ангел мой, нам никогда нельзя разлучаться. Но Елизавета, я весь в пыли, мне нужно искупаться.
— Какая глупость, мне все равно, я… я так волновалась, зачем ты ездил? Ты обещал все рассказать мне, помнишь?
— Конечно, радость моя, сейчас, я только к Арсению Петровичу забегу, а потом сразу к тебе.
Через полчаса они уже спускались к реке, это место манило своей тихой красотой и возможностью побыть наедине. Солнце уже почти зашло, окрасив небо в яркий пурпур. При виде такой красоты не хотелось ни о чем говорить. Девушка осторожно присела, попробовала рукой воду.
— Какая теплая.
— Вечером всегда так, — серые глаза блеснули озорным блеском, — пойдем купаться?
Она посмотрела на него с легким недоумением и немым вопросом.
— Но, Никита, я не думаю… хотя ты конечно весь пропах лошадьми и дорожной пылью, но я…я лучше воздержусь.
— Глупышка, ты думаешь я воспользуюсь сложившимся положением?
— Нет, но это… в конце концов просто неудобно.
— А может просто Ее сиятельство не умеет плавать? — он продолжал игриво улыбаться.
— Я умею плавать, детство в Крыму на море очень располагает к этому. У нас был свой небольшой пляж и Андре учил меня.
— Ну хорошо, ты можешь посидеть на берегу, хотя, не вижу причин для беспокойства, уже совсем темно и…
— Никита, что с тобой, что за странное путешествие, куда ты ездил и почему сияешь от счастья?
— Потому что рядом со мной самая волшебная девушка в мире. Я обо всем расскажу тебе чуть позже, хорошо?
И не дожидаясь ее ответа, молодой человек поспешно сбросил китель, и расстегнул рубашку. Елизавета не смогла отвести взгляда от широкой мускулистой груди, сильных плеч, но тут же смутившись, поспешно отвернулась, через пару минут легкий всплеск дал ей понять, что Никита уже в воде.
В душе она страшно завидовала ему. Искупаться под лунным небом, что может быть прекраснее, но его близость пугала, девичье смущение брало верх. Эта внутренняя борьба длилась недолго. «Чего я боюсь, я же знаю, что он не обидит меня, и действительно совсем темно, даже луна спряталась. Не обманывайся, Лиза, ты боишься саму себя и тех эмоций, что захватывают тебя, когда он рядом».
В мыслях девушки в мгновение ока всплыл охотничий дом и их страстные поцелуи у камина, это было так давно, но те волшебные моменты по-прежнему заставляли ее трепетать, и все же она решилась. Быстро, пока Никита нырнул, она расстегнула платье и смело в одной рубашке шагнула в воду. После вечерней прохлады вода показалась такой теплой мягкой и нежной. Елизавета с наслаждением поплыла, как давно она не купалась, сейчас даже трудно вспомнить а впрочем лучше вообще не вспоминать, приказала она сама себе, нельзя омрачать это мгновение тягостными воспоминаниями.
Молодой человек уж не надеялся, что уговорит ее, в мыслях Никиты не было ничего предосудительного, просто ночное купание и ничего больше. Поэтому он невольно удивился, когда вынырнув увидел ее совсем рядом.
— Здорово, правда? — он тактично держался на расстоянии, боясь смутить ее, — у тебя отлично получается. Но милая, пожалуй, я не буду тебе мешать, наслаждайся, а я пока разожгу костер, только не заплывай далеко, договорились?
Она молча кивнула в ответ, в душе благодаря его за такое поведение. Вскоре на берегу разгорелся небольшой костер, Никита успел постирать и повесить сушиться свою одежду, а девушка все плавала и плавала.
— Лиза, пора выходить, я не хочу, чтобы ты заболела.
— Но мне так нравится, я не хочу.
— Тогда придется вытаскивать тебя силой. Быстро выходи, снимай все мокрое, я не смотрю, честное слово. Но, если ты задержишься мне придется повернуться.
Угроза подействовала, девушка вышла на берег и сразу мелко задрожала под ночным ветром, а платье все никак не хотело натягиваться на мокрое тело. Волосы тоже порядком вымокли, хотя она предусмотрительно подняла их на затылок, пришлось распускать запутавшиеся мокрые пряди.
— Ты можешь поворачиваться, я готова.
Никита в восхищенном оцеплении уставился на нее, на худенькую фигуру, точеную на фоне лунного света, на распущенные по спине волосы.
— Что-то не так? — она с опаской взглянула на пуговицы платья.
— Нет-нет, иди сюда.
Она осторожно опустилась рядом с ним на поваленное дерево.
— Ты дрожишь, иди сюда, он привлек ее к себе, она уткнулась в широкое плечо и вздрогнула еще сильнее.
— Я же говорил, замерзнешь. Это же надо столько просидеть в воде, на мне уже выстиранная рубашка высохла.
— Нет, это не от холода.
— А от чего? — он внимательно взглянул в ее глаза, в неярком свете догорающего костра они казались нереально огромными и совсем темными.
— Я…я не знаю, — девушка отвела взгляд, — ты… ты такой, сильный, мужественный, красивый, — неожиданно сама не отдавая себе отчета, Елизавета слегка дотронулась пальчиками до его груди в глубоком вырезе рубашки. От нежного прикосновения Никита вздрогнул, но девушка не убрала руку, а продолжала нежно гладить ямочку под ключицей, плечо, грудь.
Она почувствовала как под ее рукой бешено забилось его сердце. Елизавета подняла глаза и прочитала в его взгляде и восхищение и восторг и что-то еще, чему она пока не знала названия, но от чего ее бросило в жар, как тогда в охотничьем доме.
Девушка уже готова была, смутившись отдернуть руку и отвернуться, но он не позволил, а только ближе привлек ее к себе и поцеловал. От его поцелуев она теряла голову, земля вокруг поплыла, сердце, словно птичка в клетке колотилось в груди. Елизавета потеряла счет времени, ей хотелось только одного, чтобы это продолжалось вечно и его теплые нежные губы никогда не отрывались от нее. Но неожиданно Никита остановился, она смотрела на него затуманенными глазами, тяжело дыша.