Он мой Март - Евгения Ник

— Нет.

— Тебе-то откуда знать.

Подаюсь вперед, упираясь руками о столик, и шепчу у самого уха:

— Потому что я планирую задержаться в твоей жизни.

— Марат Артурович, вам никак алкоголь в голову ударил?

— Я хочу тебя, — говорю, словно в подтверждение ее слов, хотя я и не пьян. — И это... я говорю, не только о сексе. В целом.

Мы как по команде встаем и, ни слова не говоря, выходим из бара. Садимся в такси и точно так же молча, едем до моего дома.

Крышу рвет по полной от осознания того, что последует дальше...

Оля

Когда мы оказываемся в квартире Марата, замираю на пороге, оглядываюсь. Есть шанс все свернуть и не делать новых ошибок. Но…

Сазонова уже все для себя решила.

Медленно поворачиваюсь к нему лицом. Чувствую его дыхание на своей коже, ощущаю, как бешено колотится его сердце. И мое ни капли не уступает в этом забеге.

— Марат Артурович, я девушка приличная. С кем попало не сплю.

— В свете прошедших событий звучит, как комплимент. Оль, ты мне нравишься.

— Влюбился? — улыбаюсь с хитрецой.

— Не знаю. А ты?

— И я не знаю.

Он нежно касается моей щеки, большим пальцем гладит кожу, ведет рукой дальше, зарывается пальцами в волосы. Притягивает ближе, целует. Закрываю от удовольствия глаза, отдавая себя этим нежным прикосновениям, ласкам. Действуем сначала робко и неуверенно, но страсть все равно накатывает, и мы срываемся.

Одежда слетает с наших тел по пути к спальне. Чувствую, как мое белье уже промокло насквозь от необузданной похоти. Желания отдаться этому мужчине.

Жданов стягивает с меня лиф и прижимает крепче к своему напряженному телу. Его желание тоже легко считать по каменному бугру, что упирается в меня. И от этого контакта тел, внизу все до боли тянет. Кажется, если он сейчас же не овладеет мной, я просто сойду с ума. Мозг уже отключился, остались лишь животные инстинкты.

— Хочу тебя. Марат, возьми… возьми меня, — рвано шепчу вперемешку со стонами и поскуливаниями.

В его глазах вспыхивает огонь, руки скользят по моей спине, очерчивая каждый изгиб, пока мы, спотыкаясь, добираемся до кровати. Он валит меня на мягкие подушки, нависая сверху, словно хищник над добычей.

Извиваюсь под ним похотливой кошкой, требуя большего.

— Войди в меня, — мои руки тянутся к резинке его боксеров, чтобы поскорее стянуть их.

Жданов рычит от нетерпения, помогая мне избавиться от мешающего белья. Наши тела, наконец, соприкасаются, обжигая друг друга жаром.

Целует меня в шею, спускается ниже к груди, покусывает, сжимает губами сосок, сначала один... потом второй... Я стону, выгибаясь навстречу его ласкам. Черт, как же мне сейчас хорошо. Он играет со мной, дразнит, доводя до грани безумия, прежде чем, наконец, раскатать по своему члену презерватив и войти в меня одним сильным толчком.

Тянущая боль уходит от клитора, оставляя лишь приятное тепло. Обхватываю Марата ногами, притягивая ближе, чувствуя, как он заполняет меня целиком. Входит на всю длину ствола. Движения становятся быстрее, яростнее. Звуки влажных шлепков и стонов заполняют все пространство вокруг нас. От этого только больше поджигает.

— Хочу тебя вылизать. Сожрать всю, — шепчет у самого уха.

И уже от одних этих слов я взрываюсь искрами оргазма, не стесняясь в выражениях эмоций криками.

Марат выходит из меня, обхватывает за бедра и притягивает к себе. Касается набухших складочек губами, втягивает их, посасывает клитор, не прекращая водить рукой по эрегированному члену.

Откидываю голову на подушку, с ума схожу. Ловлю вторую волну оргазма.

— Сладкая, — давит хриплым голосом.

Дышу часто, ощущая, пульсацию во всем теле. И в этот момент Марат останавливает ласки и вновь входит в меня. А я уже не могу, кажется, что любое его движение уже заставляет меня дрожать всем телом, сжимать его член стеночками влагалища. Прогибаюсь в спине и, закусив губу, сама стискиваю свои соски пальцами. Подмахиваю бедрами, мычу.

— Оля, Олёнок, что ж ты творишь? — выдыхает он с трудом.

Ощущаю, как член увеличивается еще больше и становится совершенно каменным, после чего Марат со стоном кончает.

Выходит из меня, стягивает резинку, завязывает ее в узелок. Падает сбоку от меня. Обессиленный и удовлетворенный. Поворачивает голову, целует меня в лоб, переплетая наши пальцы.

— А может, и влюбился… — говорит он, с улыбкой и прикрывает глаза.

Ныряю под его руку и практически мгновенно засыпаю.

* * *

Мое утро повторяется.

Открываю глаза и понимаю, что нахожусь в спальне одна.

— Да ну на фиг! — шиплю разгневанной кошкой. — Жданов ну ты и гад…

Бросаю взгляд на тумбу. Даже записки в этот раз не оставил. Да, чтоб его черти драли. Влюбился он… Как же!

— Вчера влюбился, а сегодня протрезвел и испарился, — ворчу вслух, вылезая из-под одеяла. Подхватываю с пола плед и кутаясь в него, выхожу из спальни.

— Марат? — зову в пустоту.

Тишина. И почему я не удивляюсь?

На глаза моментально слезы от обиды набегают. Быстрым шагом иду в ванную и наспех принимаю душ. Возвращаюсь в спальню, одеваюсь. В этот момент раздается щелчок дверного замка. Замираю. Вернулся?

Быстро смахиваю слезы и выглядываю из спальни.

Жданов, стараясь не шуметь, аккуратно снимает ботинки, держа в руках огромную корзину с белыми тюльпанами.

— Словно корзина подснежников из мультика “Двенадцать месяцев”, — говорю с улыбкой.

— Ох, ёпт! — вскрикивает Марат и вперивается в меня взглядом. — Напугала меня. Проснулась?

— Угу.

— Опоздал, — роняет с досадой. — Первым делом машину от бара забрал. И хотел тебе сюрприз сделать. Восьмое — завтра, но я решил… в общем, вот, — протягивает мне корзину.

— Красивые, — забираю и сразу же утыкаюсь носом в маленькие бутончики. — Нежные... Мне никогда таких не дарили, — говорю смущенно. — Некому было.

— Теперь есть.

Марат подходит ко мне и целует в губы. Недолго. Потому что замечает, что я полностью одета. Осталось только пальто и обувь накинуть.

— Почему одета? Хотела смыться по-тихому?

— Я думала, это ты сбежал.

— После твоих откровений про куклу вуду как-то боязно теперь необдуманные поступки делать, — смеется он.

— Вот и правильно. Бойся моего праведного гнева.

* * *

Всю субботу мы провели в постели, смотрели боевики, ели блюда из доставки и занимались… любовью? Ну конечно ею, не сексом же! Любовью.

В воскресенье, неожиданно для меня Жданов решил познакомить меня со своими родителями. Сказать, что меня охватил шок и паника? Это очень сильно преуменьшить. Но в итоге я согласилась.

Владелец “Малинов” и, так сказать, по совместительству, отец Марата, в домашней