Когда ты не в своём теле - Елена Анатольевна Казанцева
– Хорошо, мама. Я поговорю с Максимом, – выдавила из себя Лиза, прикидывая, что маман чуть-чуть постарше её самой. Лизе было сорок два, а маме Алисы едва ли исполнилось пятьдесят.
– Что значит, «поговорю»? Надо вызвать его на серьёзный разговор, – возмутилась мать. – Мы всё с папой придумали. В этот уикенд вы едете к нам, там папа поговорит с Максимом отдельно, потом за столом в обед мы разберём всю ситуацию совместно.
Лиза закатила глаза. И тут, словно из глубин памяти, всплыла фраза: «Я лишила тебя отца, я лишу тебя и мужа, и денежки все будут наши». Больно кольнуло в груди и отдало в позвоночник – что-то тут было не так. Она хотела отмахнуться. Это была не её война, пусть решает хозяйка тела. Но тут же её посетила другая мысль: о том, что пока нет хозяйки, надо разрулить ситуацию, что бы это всё не привело к обвалу, чтобы хозяйка не вернулась к руинам.
В этот момент в ванную вошёл Максим. Лиза стыдливо скрылась под слоем пены, а мать Алисы нервно обернулась на его шаги.
– Мы с Алисой улетаем в Альпы в этот уикенд, – сухо сказал он, буравя взглядом мать.
– Какие Альпы? Доктор запретил ей пока тренировки.
– Кто сказал о тренировках? Мы летим туда дышать воздухом, прогуливаться и вкусно кушать, – усмехнулся Максим.
– Только через мой труп! – вскричала мать Алисы.
– Хорошо. Сейчас подготовлю черные мешки из-под мусора для выноса трупа, - заржал Максим.
– Дочь, ты слышишь? Он язвит, насмехается, глумиться надо мной…
– Ой, всё…
И Лиза нырнула в ванную глубже. Она не ожидала, что попав в чужое тело, попадет на чужие разборки. А тут шла война за неё между родителями и мужем.
Глава 7
Алиса
Алиса переступила порог своей квартиры, то есть квартиры Лизы. Для неё это была чужая территория. Мало того, что её из больницы не встретил муж, так ещё и дочь приехала на троллейбусе.
- Мы поедем на общественном транспорте? Почему не на такси? – удивленно посмотрела на «свою дочь» Алиса.
- Мам, ты всегда ездишь на общественном транспорте, - ещё более удивленно посмотрела её дочь.
- Нет, конечно, езжу на общественном транспорте, но сейчас я после операции, только встала на ноги, - пыталась что-то доказать Алиса.
- Мам, ты раньше никогда так не говорила, - дочь вытаращила глаза. Алиса вздрогнула. Как говорила и действовала героиня этого тела, Алиса не знала, но уже понимала, что не попадет ни в один шаблон.
- А теперь мы всё меняем, давай вызывать такси, - настойчиво попросила Алиса. Будь что будет, в конце концов, она может просто говорить всем, что это сказывается травма мозга. Терять в комфорте она не хотела.
- Мам, но папа будет ругаться, это лишние расходы, тут совсем недалеко, - дочь опустила глаза. Голос её был тихий и смущенный.
- К черту папу с его экономией, разве я не работаю?- Алиса закинула удочку, хорошо было бы вытянуть хоть частично информацию из дочери.
- Конечно, работаешь, но ты все деньги отдаешь папе, он распоряжается, - дочь вновь посмотрела удивленно.
А Алиса достала из кармана старенький и потертый телефон и открыла меню. Нашла банк-онлайн и зашла в него. В пальцах сохранилась мышечная память, они сами набрали код доступа. На экране высветилась небольшая сумма. Алиса открыла историю и чуть не заорала от ужаса, просматривая суммы, которые она переводила на карту мужа.
- Да охренеть, на что все деньги спускала? – прошипела она себе под нос.
- Мам, ну ты же знаешь папу, он очень бережливо относится к деньгам, - дочь ей что-то ещё говорила, а у Алины крутились в голове совсем другие размышления на тему денег.
- Что это за терпила то такая, свекровь ей помыкает, муж ненавидит, а эта терпила все деньги переводит им, оставляя себе крохи. Эта как надо не любить себя? Как это годами терпеть к себе такое наплевательское отношение?
- Вызывай такси, - приказала она дочери, и в этот момент думала. – Ну, суки, держитесь, вы у меня попляшите, кровавыми слезами умоетесь!!!!
Вот в таком воинственном духе она вошла в квартиру. И растерялась.
В нос ударили чужие запахи, чужая обстановка угнетала, тело скукожилось, словно боялось своей тени.
Всю жизнь Алиса жила, катаясь как сыр в масле. У неё был папа – бизнесмен. Она единственная дочь-принцесса, ни в чем не знающая отказа. Они жили в шикарном коттедже. Потом она вышла замуж и переехала к мужу в его двухуровневую квартиру, в самый роскошный дом в городе с самыми дорогими интерьерами. И вот она попала в халупу.
Для жителей этого дома их дом – это весьма перспективное жильё: центр города, пусть и старый фонд, но с ремонтом, большие квартиры, широкие парадные. Алиса прошла по темным коридорам с множеством тупиков и каких-то кладовок, вошла на кухню.
- Да, не фонтан, - протянула она, окинув взглядом кухонный гарнитур, купленный в прошлом веке и сделанный народными умельцами из говна и палок.
Алиса развернулась и толкнула одну из дверей, что была к ней ближе всего. Это была дверь в гостиную. Гостиная её тоже не порадовала. Посередине комнаты стоял диван, покрытый плюшевым красным покрывалом. Рядом примостились два громоздких кресла в зеленой обивке, а окна - лакированный стол из восьмидесятых и четыре строгих стула с прямыми спинками, на таких стульях не забалуешь, будешь сидеть с прямой спиной, как в пыточной.
Вдоль стены выстроилась стенка, полированная, блестящая. Но верхом дизайнерской мысли был ковер, а вернее сказать, два ковра. Один, огромный, темный лежал на полу, второй, красный и яркий, висел на стене. Дверь, что выходила в гостиную, распахнулась и оттуда вывалилась свекровь.
- Чу, приехала, пропажа наша, - язвительно пропела тетка, а у Алисы даже рука зачесалась, так захотелось взять в руку вилку и воткнуть гнусной тетке в глаз.
- Здравствуйте, ма-ма, - проговорила она, сдерживая раздражение.
- Чей-то ты такая напряженная? – тетка окинула её сверху донизу презрительным взглядом.
- Болею, голова кружится, - ответила она и вышла. В коридоре было темно и пусто.