Алла Соловьёва - Затемненная серебром

Теперь я падаю вниз – ниже, ниже, ниже…

Подскочив на постели, я жадно вдохнула воздух, будто вынырнув из-под воды. Ничего себе «путешествие». Целую минуту я пялилась в стену, оклеенную голубыми обоями, пытаясь разгадать, что бы все это значило. Особенно впечатлили парящие мракауры и люди, скованные ужасом. Плюс «веселый» коридорчик. В сны я не верила. Стряхнув с себя остатки сновидения, медленно поднялась с кровати.

За окном гостиничного номера – серый рассвет. Солнце еще не поднялось. Крошечное окошко мобильника Киры показывало половину шестого. «Ох, ну почему даже на отдыхе мне не спится?» – недовольно подумала я. От переизбытка горного воздуха должна спать как младенец, а тут второе утро просыпаюсь чуть свет. Вчера хотя бы имелась уважительная причина: мы собирались на экскурсию… В голове сразу возникло красивое лицо Елизара, и я забыла, о чем думала до этого. Мне стало грустно. Интересно, уехали ли они?

Вздохнув, я побрела в ванную. Потоптавшись возле зеркала, взглянуть в него все же не решилась. Зеркало ассоциировалось с неподвижным водопадом. Приняв душ, я натянула светлый сарафан с завышенной талией и на тонких бретельках. Послонялась по номеру. Давящая тишина гнала на улицу.

Во внутреннем дворе гостиницы тихо. Конечно, все отдыхающие спят, в том числе Кира и Роман. Но ранние птицы устроили настоящую перепалку: красивое переливистое пение, сдавленный клекот, торопливое щебетание. В общую какофонию гармонично вливается шум реки, которая совсем рядом. Топая по тенистой дорожке, я решила сходить к реке, так как заняться было совершенно нечем. Через несколько минут я уже стояла у бурлящего потока, находящегося прямо за стенами базы отдыха.

Мне нравился шум реки. Он избавлял от одиночества и успокаивал. Вода пенилась, перекатывала камни, с силой бежала дальше. Присев на плоский камень, я засунула ногу в воду, которая была ледяной, затем обхватила колени руками и просто смотрела на реку.

Сначала я почувствовала его силу и только потом увидела его самого. Елизар неторопливо направлялся ко мне, покручивая на пальцах правой руки ключи от машины. На плече – мой этюдник, в левой руке – моя картина. От неожиданности я расширила глаза, которые, наверное, стали размером с блюдца. Подскочив на камне и при этом чуть не свалившись в воду, я уставилась на мракаура. Елизар широко улыбнулся и кивнул куда-то в сторону реки. Глядя на него, я решила, что все еще сплю, и замерла, боясь, что сейчас проснусь и прекрасная иллюзия исчезнет. Елизар снова показал в сторону реки. Я медленно проследила за его взглядом и… забыла, как нужно дышать.

Прямо посреди бурного потока вырос небольшой фонтанчик. «Его способности», – сразу поняла я. Фонтанчик взмыл высоко в воздух и, разделившись на две равные части, начал растекаться прямо в воздухе, образуя шар. На секунду шар завис, а затем начал подпрыгивать, словно резиновый мяч. Раз, два, три… Из воды показалась голова морского котика. Прозрачный нос водного зверька подбросил мяч высоко в воздух. Котик начал играть с мячом. Звонко рассмеявшись, я бросила счастливый взгляд на Тагашева и опять начала наблюдать за чудом, созданным из воды. Котик, прыгнув в воду, слился с горным потоком, а шар опять завис в воздухе. Секунда, и он начал делиться на тонкие лепестки: вода медленно расслаивалась, изгибалась, превращаясь в прекрасную водяную розу. Цветок немного проплыл в мою сторону и тысячами капель обрушился в реку. Елизар медленно подошел ко мне.

– Значит, изумрудными они становятся, когда ты счастлива, – глядя мне в глаза улыбнулся он.

Я быстро отвела взгляд.

– Да, это странно. Цвет глаз меняется. – Нахмурившись, я спрыгнула с камня.

– И делает тебя потрясающе особенной.

– Или пугающе необычной, – тихо сказала я.

– Злата, ты очень красива. – Он взял меня за руку и повернул к себе.

Вслушиваясь в его голос, я затрепетала, наслаждаясь каждым произнесенным звуком. Хотелось слушать его бесконечно. Сердце забилось в бешеной пляске, но неожиданно замерло. Я в ужасе уставилась на него. Руки противно затряслись.

– Что ты здесь делаешь? – Взгляд метнулся по сторонам в ожидании, что сейчас натолкнется на огромных волков. – Хранители… – начала задыхаться я, – они могли почувствовать тебя…

– Знаешь, что показалось мне странным? – Мракаур наклонил голову и насмешливо посмотрел на меня. – Странно то, что ваша охрана находится на том конце поселка, на другой базе отдыха.

Мое лицо покрылось красными пятнами, затем стало бледным. Я отвернулась к реке.

Тагашев рассмеялся.

– После ночного патруля Хранители спят и не подозревают, что маленькая дикая кошка разгуливает по берегу в обществе мракаура. Они не почувствуют мое присутствие. Я не подходил близко, – успокоил он меня, перехватив мой перепуганный взгляд. – К тому моменту, когда они проснутся, запах чужого вампира рассеется. Не расскажешь, как вам удалось… договориться и почему вы на разных базах отдыха?

– Три часа споров и истерик – и мне удалось настоять, чтобы они поселились отдельно, – смущенно призналась я.

Елизар хмыкнул:

– Что-то такое я себе и представлял. Значит, они охраняют тебя. Погуляем? – предложил он, указывая на скрытый плакучими ивами берег реки.

– Ты ведь понимаешь, что я буду задавать вопросы, – сразу предупредила я, став абсолютно серьезной.

– Я догадывался об этом. – Взгляд Елизара стал необыкновенно теплым.

Я медленно пошла по каменистому берегу, приглашая мракаура присоединиться. Елизар, приноровившись к моим шагам, шел рядом.

– Вчера ты сказал, что я не должна пытаться увидеть тебя, а Альбина дала понять, что вы уедете. Почему вы остались и почему ты здесь? – Остановившись, я вопросительно посмотрела на своего спутника, затем снова пошла вперед.

– У меня была уважительная причина появиться. – Елизар постучал по деревянному боку моего этюдника, который все еще висел на его плече. – Вчера я захватил его, но потом совсем забыл, что он в багажнике машины.

Я недоверчиво покосилась на него:

– Хочешь сказать, ты приехал только из-за этюдника?

Елизар остановился и, взяв меня за руку, удержал на месте:

– Нет. Я должен был увидеть тебя.

Сердце гулко стукнуло: раз, другой. Опустив голову, я изучала желто-розовые кусочки горной породы под ногами.

– Альбина сказала, что здесь безопасно и что вы здесь уже два месяца. Не хочешь поведать, что вы тут делаете? – Возобновив движение, я посмотрела на него.

– Наверное, мне стоит рассказать все по порядку. Вижу, вопросов у тебя много, а раз уж я решил отвечать на них, то таиться бессмысленно. – Он едва заметно улыбнулся и искоса посмотрел на меня. – Я вырос в семье Марка. Его родители – мракауры из очень древнего рода, убийцы, как вы говорите… но, несмотря на это, они любили нас.