Кресли Коул - Неприкасаемая

Рассмотреть подробно и не спеша.

Он поднял брови, но потянулся к полотенцу. Как только он оказался совершенно голым, взгляд Дани спустился вниз вдоль дорожки жёстких чёрных волос, которая вела к основанию его члена. Внушительное достоинство мужественно выступало вперёд, головка была упругой и распухшей. Совершенство.

- Может, поласкаешь его для меня, вампир?

На этих словах он издал гортанный звук, и на головке, словно бусины, выступили капли влаги.

Она внимательно смотрела, как он держит член в ладони, задерживая дыхание всякий раз, когда медленно перебирал по нему пальцами.

Наконец он начал поглаживать себя. От этого зрелища она вся обмякла и намокла. Её соски под его футболкой затвердели. И он это заметил.

- Покажи мне грудь.

Когда она справилась с одолженной футболкой, он резко вдохнул.

- Она прекрасна.

Он протянул свободную руку вперёд, чтобы дотронуться до неё, но девушка вздрогнула, прежде чем он смог дотянуться. Выругавшись, он убрал руку и отошёл назад.

- Так просто забыть об этом.

- Ты не можешь забывать, вампир. Если мы должны коснуться друг друга, прикосновение должно быть коротким. Иначе...

Он медленно перевёл взгляд с её груди на лицо:

- Не хочу, чтобы тебе было больно.

Сердце её вновь наполнилось нежностью, но вместе с тем пробудилось и самое сильное желание из всех, что она когда-либо испытывала.

- Я тебе верю.

- Ты дотронешься до них вместо меня.

Это был не вопрос. Не способная отказать ему, она подняла руки к груди. Пока она ласкала их, одновременно сжимая обе, глаза его все больше полыхали желанием, взгляд стал почти безумным.

- Вот так, Даниэла.

Она знала, что её грудь была небольшой, но прямо сейчас ощущала всю её тяжесть, сочность. Когда он посмотрел на соски и провёл языком по одному из своих пальцев, Дани издала слабый стон.

- Дай мне посмотреть, как ты играешь с сосками.

У Дани было много опыта в ласках самой себя. Она водила по груди большими пальцами рук, пока та не сделалась тугой.

- Даниэла! – его рука начала двигаться быстрее. - Разведи ноги.

Как только она это сделала, он скомандовал:

- Дотронься до себя.

Без колебаний она заскользила рукой в низ живота, сползая пальцами к впадине.

Его дыхание участилось.

- Ты мокрая?

- Ещё как, - прошептала она.

Ещё один стон.

- Я хотел бы попробовать тебя, облизать тебя, - голос его становился всё более хриплым, - покажи, где бы ты хотела, чтобы я поцеловал тебя.

Кивнув, она раздвинула бёдра ещё шире, затем очертила линию вокруг клитора.

- Здесь.

- Медленнее. Повтори это медленнее.

Она лениво повторила, выдохнув:

- Так?

- О Боже, да! – его глаза стали почти чёрными, пока он разглядывал её; рука работала ещё быстрее.

- Что ты хочешь, чтобы я сделала с тобой? – что понравится великому мастеру соблазнения?

Свободной рукой, подушечкой указательного пальца он дотронулся до щели в головке.

- Ты проведёшь язычком здесь, – когда ещё несколько капель украсили набухшую головку, большим пальцем он размазал их по всему пенису, - ты попробуешь меня, прежде чем высосать без остатка.

При мысли, что он хочет, чтобы она попробовала его, у Дани потекли слюнки. Она страстно желала облизать его там, а затем поймать ртом широкую головку и высосать всё до конца...

Когда её язык коснулся губ, он застонал:

- Я почти не хочу знать, о чём ты думаешь.

Казалось, он совсем потерял голову от желания, вновь и вновь лаская себя. Взгляд его остановился на её занятых пальцах, другой рукой он поглаживал отяжелевшие яички. Его мускулистая грудь в напряжении поднималась, и капли пота скатывались по напряженным мышцам – и это была самая эротичная сцена из всех, за которыми она когда-либо наблюдала. Он менял руки, когда одна из них уставала.

Явно разочарованный, он обратился к ней:

- Я хочу просто прикоснуться к твоим волосам.

Она постаралась не шевелиться, и он обернул её длинные локоны вокруг своей ладони. Поднеся их к лицу, он глубоко вдохнул.

- Твой запах сводит меня с ума, – от боли он издал хриплый звук, но так и не смог кончить.

Даниэла не хотела смотреть на его страдания. Он страшно мучился, двигая рукой так быстро, что она едва успевала следить за ней.

- Тебе будет больно.

Она знала, что как только её раны полностью заживут, она станет ещё холоднее. Прямо сейчас его прикосновение могло бы быть не таким мучительным, как обычно.

- Ты должен дотронуться до меня, вампир.

Он тряхнул головой:

- Ложись на спину и разведи бёдра. Я близок. Если ты кончишь для меня...

Валькирия кивнула, затем легла, чувственно приоткрыв блестящую от влаги вульву.

Он отдал бы всё, что угодно, только бы войти в неё. Всё, что угодно.

Когда она раздвинула бёдра, он увидел, что она готова. Её страстность взбудоражила его, как ничто прежде.

Несколько часов он держался на краю. И наконец сейчас увидеть это?

- Нуждаться войти в тебя - ужасно, Валькирия.

Она крепко зажмурилась и так тяжело дышала, что её упругая грудь почти подпрыгивала.

- Войти так глубоко в тебя, - проскрежетал он, – наполнить своим семенем... Я не смогу остановиться, пока ты не станешь умолять меня.

Когда он взял в руки мошонку и немного оттянул её, она начала быстрее ласкать себя.

- Внутрь. Медленно засунь свои пальцы внутрь, – когда она сделала это, он наклонился, чтобы прошептать прямо над её ухом: - А теперь трахай себя пальцами.

Он отступил, чтобы наблюдать:

- Приятные ощущения?

- Ах, да!

- Тогда засунь ещё один палец.

Её голос был таким сексуальным, когда она закричала:

- Я почти... кончаю.

В завод ударила молния.

- Двигайся быстрее, сильнее. Не останавливайся, пока я не скажу.

Когда она приблизилась к оргазму, спина её изогнулась, и она громко закричала. Её бёдра рухнули вниз, ознаменовав безоговорочный конец.

Взгляд его был прикован к вульве, он скрежетал зубами, мучаясь от желания. Он беспомощно сжимал член в кулаке, пока её оргазм продолжался и продолжался. Её голова металась по подушке, тело извивалось в такт движениям пальцев.

Он всё ещё не остановил её, он не смог бы. Он мучился; как должна была мучиться она!

- Мёрдок, я больше не могу! – в конце концов она перевернулась на бок, всё ещё содрогаясь и держа руки между ног.

Когда дрожь постепенно стихла, Дани подняла глаза на вампира. Пока она наслаждалась, он рычал от боли. Сейчас он был даже ещё более несчастен.