Хлоя Нейл - Завеса

— Я не сбежала, потому что ты попросил меня. Ты был честен со мной насчет агентов Сдерживающих. И я собираюсь понадеяться на твою честность сейчас.

— А если я не буду честен?

— Я скажу Сдерживающим, что ты лгал о Восприимчивых и позволю им разобраться с этим.

Он приподнял брови, явно оценив.

— Неплохая угроза. Буду считать, что предупрежден должным образом.

— Хорошо, — сказала я и пошла за ним. Потому что иногда девушка должна взять судьбу в свои руки.

У здания охраны стоял Сдерживающий, его пистолет и дубинка были заправлены за ремень. Он спокойно смотрел на нас.

Лиам казался таким же сдержанным.

— Хокинс, — поздоровался Лиам.

— Куинн, — ответил Хокинс. Он был среднего роста, с каштановыми волосами и голубыми глазами. Все в нем казалось аккуратным: квадратная челюсть, идеально подстриженные волосы, идеально выглаженная форма, под которой играли мускулы.

Лиам вытащил кожаный кошелек из заднего кармана. Хокинс провел маленькой палочкой по его удостоверению личности, и внутри его станции раздался подтверждающий сигнал.

— А кто она? — спросил он.

— Стажерка.

Хокинс посмотрел на меня.

— Она не очень-то похожа на стажера.

— Ты пытаешься оскорбить ее или меня?

— Как получится, — ответил Хокинс. — Слышал о сегодняшнем нападении духов? Какая-то девчонка из Квартала отогнала их палкой.

Я решила, что не очень хорошая идея приписывать себе эту заслугу. Но Лиам не тревожился.

— Она и есть та девчонка, — сказал он, убирая кошелек.

Хокинс приподнял брови.

— Да ну.

— Это была я, — подтвердила я. — Но веткой, а не палкой.

Лиам удивленно посмотрел на меня. Я впервые увидела, как на его лице появляется нечто вроде улыбки, и от этого на его щеках заиграли ямочки. Они изменили его лицо, оно стало менее встревоженным.

— Хочешь получить похвалу?

— Я заслужила.

— T’as raison, — пробормотал Лиам.

— Он говорит, что ты права, — перевел Хокинс с улыбкой. — Думаю, за это ты получишь свои благодарности.

— О ком из нас ты говоришь, Хокинс? — спросил Лиам.

Он улыбнулся Лиаму.

— Оружие?

Лиам приподнял рубашку, демонстрируя пистолет, прижатый к его подтянутому телу. Он достал его рукоятью вверх.

Хокинс кивнул, осмотрел его и запер в коробку под панелью.

— Правила ты знаешь. Заберешь, когда будешь выходить.

Когда Лиам кивнул, Хокинс провел пальцами по контрольной панели, и защитная сетка исчезла.

— Сейчас вы покинете Новый Орлеан и войдете на территории правительства Соединенных Штатов, — пояснил Хокинс. — Правительство США не несет ответственности за ваше здоровье, благополучие или безопасность в то время, пока вы находитесь на территории Острова Дьявола. За стенами магия запрещена. Если вы увидите применение магии, немедленно заявите ближайшему агенту Сдерживающих. А так, хорошей вам ночи и поосторожнее там.

Хокинс вернулся в здание охраны, нажал кнопку, и ворота начали открываться.

Я прошла через них за Лиамом, в место, которое раньше было районом Марини. И вот так я попала на Остров Дьявола.

Я старалась успокоить взвинченные нервы.

— Хочешь меня к чему-то подготовить?

— Ты не была в Марини с войны?

Я покачала головой.

— Теперь он выглядит иначе. Должно быть, это тяжело для тех, кто жил здесь, или сохранил воспоминания о районе, так что готовься удивиться. А с Пара смотри только вперед. Не пялься ни на кого, ни с кем не говори. Оставайся за мной. Если кто-то приблизится к тебе, позволь мне разобраться.

Солнце уже давно село.

— Уже поздно. Думаешь, у нас будут проблемы?

— Некоторые Пара живут ночью, и большинство не любит людей. Охрана расставлена повсюду, но тут и пялиться на них не станешь. И не применяй магию. Как и сказал Хокинс, она здесь запрещена, мониторы повсюду.

— Мы уже на Острове Дьявола, — пробормотала я. — Что еще может случиться?

Он, казалось, мой сарказм не оценил.

— Получишь пулевое ранение от оружия охраны, или посадят в рубашке в одиночку, — он посмотрел вниз на меня. — Ты их раньше видела? В какие они вяжут духов?

— Ага, — кивнула я. — Видела.

— И ты не станешь привлекать к себе ненужное внимание. Ты смешаешься со всеми.

Эти предупреждения успокоили меня.

— Я умею смешиваться, — уверила я его и нервно выдохнула. — Где держат духов и Восприимчивых?

— Тут есть клиника, в другом конце района. Сегодня мы туда не доберемся.

Я почувствовала себя немного лучше.

— Сделаешь, что я скажу, разберешься с этим, и все будет хорошо. Обещаю. И постарайся быть беспристрастной.

Я посмотрела на него.

— В отношении чего?

Положив руки на бедра, он рассматривал улицы и здания напротив нас.

— В отношении всего.

* * *

Марини был наиболее заселенным районом с кварталами креольских коттеджей и узких, длинных домов. Улицы располагались примерно там же, где и раньше, но половина этих зданий исчезла.

Некоторые уничтожила война. Многие убрали Сдерживающие, наверное, чтобы сделать лучший обзор с высоких охранных башен посредине каждой стены и на каждом углу. Другие сменили длинные металлические временные постройки.

На каждые пять сотен футов стояли охранники в знакомой серой форме, к ремням прикреплено оружие. А над ними в здания были вмонтированы мониторы магии.

Лиам дал мне время осмотреться, собраться с силами, а потом указал на дорожку, ведущую в глубину района.

— Сюда.

Не смотря на позднее время, было жарко, и не похоже, что Сдерживающие тратили много денег на кондиционеры. Пара снаружи маленькими группками стояли на пустой улице, в дверях зданий Сдерживающих или на крылечках случайных домов. Высокие и низкие, с рогами и копытами, в перьях и с клыками. Улица была каталогом Паранормальных, многообразия их видов, созданных магией и биологией.

У них были разные выражения лиц, но одинаково мрачные. Некоторые казались грустными, другие оцепеневшими, некоторые уставились на меня с ненавистью, будто я была причиной их заключения.

Мы прошли мимо женщины, стоявшей в дверях, одной рукой опиравшейся на раму, силуэт ее маленького тела освещал свет свечей. Она была бледной, с длинной шеей на тонком теле. Ее волосы были очень светлыми, завязанными в узел, их завитки лежали на щеках. Ее длинные тонкие пальцы были красными, по переносице шла малиновая линия, пересекая ее губы и подбородок. На ней было простое хлопковое платье в пол, подол был грязным. Она смотрела, как мы шли, ее тело было абсолютно расслаблено, на лице ни эмоции, но глаза внимательно следили за нами.