История глупых совпадений… - Дара Бояринова

– То есть, афера не только в инвестициях, они пошли дальше, – сказала я. – Они обворовывали жертв, обирали как липку, а потом, предложив выход, зарабатывали ещё и на страховых выплатах. Уверена, что после выплаты страховок семьям, денег останется меньше, как минимум вдвое. Ведь родственники обязаны будут выплатить долги жертв…

– Итак, подставная инвесткомпания, банк, банк крови, страховая, риэлтор, медицинская клиника, авиакомпания, – наливая по четвёртой порции кофе, резюмировал Грон. – Широкий размах. Похоже на корпорацию зла.

– Или на семью… – отпивая из чашки, пробормотал Грасс.

– Клан Винзо! – в один голос, сказали я, Винс и Грон.

– Если бы я сам не видел и не слышал этого, то никогда бы не поверил в это, – сказал Томас, до этого сидевший тихо, как мышь. – Ребята, вы в курсе, что заканчиваете фразы друг за другом? Вы репетируете что ли? Нет? Ну тогда, это похоже на волшебство. Я время даже засёк. Час. Ровно один час, с того момента как вы получили дела.

– Ты что, эксперимент тут проводил? Специально подсунул дело? – нахмурилась я.

– Нет–нет! Что ты! – замотал головой Томас. – Просто столько слухов о вашем методе…

– Томас, что ты несёшь? Какой метод? – скривилась я.

– Всё управление судачит про ваш отдел. У вас раскрываемость девяносто процентов! Вы похожи на тех ребят из кино, которые за две серии раскрывают преступление века и предотвращают конец света. Все думают, что у вас тут штат медиумов или вы все поголовно провидцы. А вы просто великолепные детективы, серьёзно, ребята, это было невероятно. Вот бы и мои так работали, – сморщил нос Томас.

– Я тут подумал, а каким боком тут замешано заклинание у эллингов? – допивая кофе сказал Винс.

– Я тоже об этом думаю, клан Винзо никогда не работает с магией, – кивнул Грон. – А это значит…

– У нас подражатель… – высказался Грасс.

– Вот же дерьмо! – опять хором высказались Винс и Грон.

– Ненавижу подражателей, – уронив голову на локти, сказала я. – Я хочу в отпуск.

– Все ненавидят подражателей, и все хотят в отпуск, кэп, – сказал Грон.

– Винс, что по машине у эллинга? – подняла голову я.

– Машина на имя Закарии Ренсом. Одинока, системный аналитик в банке, в базе указан адрес, улица Северной Жемчужины, дом сорок…

– Серьёзно, у системного аналитика, пусть даже из банка, дом в одном из самых элитных районов города, и корвет последней модели? Откуда такая роскошь? – нахмурился Грасс.

– Закария Ренсом известна всему миру под именем Тэрри Шоос… – закончил Винс.

– Вот дерьмо!!! – опять разнеслось по кабинету.

* * *

Глава 4

Тэрри Шоос – девушка, в тринадцать лет нашедшая затерянную Имперскую Библиотеку при помощи компьютерного алгоритма. Несколько тысячелетий археологи всего мира искали эту уникальную библиотеку, и всё безрезультатно. А обычная девочка, увлекающаяся компьютерными программами, нашла её за три месяца. Тэрри, может и была юной, но она была гением. Она сделала сенсационное открытие и отдала свою находку Императорскому музею. Тэрри стала знаменитой. Тэрри стала богатой. По самым скромным подсчетам, доля Тэрри составила около ста миллионов золотых.

– Я тут побеседовал с несколькими ребятами, – почесал нос Грон. – В воздухе витают слухи, что появились некий интересный журнал и карта.

– Как интересно, – скрестил руки на груди Винс. – Хромой, дружок Тули, тоже говорил о карте…

– Что за журнал, что за карта? – допивая остывший кофе, спросила я.

– Говорят что–то о Черном Буревестнике Сэме…

– Да что ж за день такой?! – опять уронила я голову на руки.

– Кэп, тут ещё кое–что… – замялся Грон. – Я тут встретился со своим приятелем из межмировой миграционной комиссии… Майкл Род погиб пять лет назад.

– Та–а–ак… А кто тогда у нас в прозекторской? – подняла голову я.

– А вот это самое интересное, последние пять лет под этим именем жил Лайонел Бивер… Хитрый Бивер…

– Мне нужно ведро мороженого, теплый плед и слезливая мелодрама… – простонала я.

– Мелкий жулик, компьютерный гений, капитанский журнал пиратского корабля, карта и черный археолог… Ваша депрессия как–то связана с охотой за сокровищами? – спросил Грасс.

– Всё, ребята, я пошёл, – поднялся Томас. – У меня и так много дел. Грузиться ещё и вашими делами не буду.

– Ну конечно, снял груз с души и в кусты, – сморщила нос я.

– В этой схватке выживает хитрейший, сильнейший, храбрейший, умнейший…

– И умеющий вовремя сбежать, – закончила я со смехом известную присказку Томаса.

– И это правильно! – поднял палец Томас.

– Проваливай, – махнула рукой.

– Не забудь про ужин, – напомнил, выходя из кабинета, Томас.

Стоило ему покинуть кабинет, как телефон вновь зазвонил, Винс снял трубку.

– Старший лейтенант Винсент Кор… Угу… Да… принял, – положив трубку, он повернулся к нам с таким видом, что захотелось очутится на другом конце мира.

– Винс, – поднял бровь Грон, – с таким видом как у тебя, сообщают о том, что буквально минуту назад переехали твоего любимого щенка твоей же машиной…

– Ага, добавим, что машина была угнана из сгоревшего гаража возле отобранного за долги банком дома… – скривился Винс.

– Не томи, – сморщился Грасс.

– Двадцать минут назад произошло столкновение двух поездов метро… по предварительным данным, у одного из машинистов произошел сердечный приступ…

– Но?

– Элизабет так не считает…

– Вот дерьмо!!! – разнеслось по кабинету.

– Так значит вы обо мне думаете? – раздался мелодичный голос Лизи.

– Нет, дорогая. Мы так о тебе не думаем. Это мы выражаем восторг, – лучезарно улыбнулся Грон.

– Ну, я так и подумала, – улыбнулась в ответ блондинка.

– Ты принесла нам что–то? – спросила я.

– Угу. Что–то очень занимательное, – кинула Лизи. – По всем признакам машинист умер от сердечного приступа, но мы провели парочку анализов и обнаружили вытяжку Цебера Одоламского, она содержит коктейль токсинов, таких как атропин, гиосциамин и скополамин. Они могут вызывать чрезмерное двигательное и психическое возбуждение, беспокойство, галлюцинации и судороги, пересыхание ротовой полости, рвоту, гипертермию, расплывчатое зрение, боль в глазах, а иногда становится причиной комы или смерти. И эта вытяжка не простая, а