Ева Никольская - Достать василиска!

И все-таки любимых нарядов у меня было только три. Первое недавно порвал василиск, и руки пока не дошли до его починки, второе сушилось в душевой после водно-магической стирки, а третье было на мне. Привычная к черному цвету, я напоминала себе в нем сказочную принцессу, а не ведьму. Слишком светлое, слишком воздушное и слишком открытое для меня. Полупрозрачная голубая юбка длиной в пол, широкий рукав и узкий лиф с ненавязчивой вышивкой по краю глубокого выреза, нить которой была всего на пару тонов темнее, чем ткань. Нижняя же юбка с разрезами по бокам была в цвет узора.

Волосы после купания я не заплетала, и от этого сходство с принцессой лишь усилилось. Не хватало только короны для полного счастья. Ну, или острых ушек для ассоциации с эльфийкой. Форму мне еще не принесли, хотя вахтерша обещала решить этот вопрос до ночи. Вот и пришлось довольствоваться тем, что есть, надеясь, что меня никто на крыше в сумерках не увидит, ведь мы с Учандром собрались гулять там, где нормальные люди и нелюди обычно не ходят. Заодно и ведьмовское транспортное средство опробую, его мне выдали при заселении, сказав, что оно, мол, бесхозное, а я вроде как ведьма, значит, мы с ним, то есть с ней, друг друга поймем.

— Полетаем? — с улыбкой спросила я метлу, стоящую в шкафу, и, не надеясь на ответ от волшебного предмета, принялась искать ленту, которую повесила туда перед купанием.

Вот только не было ее, и все тут. Полупустой шкаф, моя остроконечная шляпа с пряжкой на верхней полке и… метла в углу, странно перебирающая прутьями. А под ними знакомый клочок черного шелка. Я присмотрелась, чуть склонив голову к плечу, затем медленно наклонилась и потянулась к искомой вещи, но метла, шустро растопырив веточки, спрятала от меня пропажу.

— Отдай, — попросила я. В ответ шебуршание веток, явно несогласное. Отлично! Как чувствовала, что получить в личное пользование настоящую летающую метлу без подвоха нереально. Что ж, стала счастливой обладательницей метлы-клептоманки, хорошо хоть не маньячку-убийцу подсунули. Хотя последнее утверждение пока не проверено. Хм, а может, она просто девочка? Нет, понятно, что не мальчик — все метлы женского рода, но вдруг эта конкретная еще и модница?

— Дай, пожалуйста, ленточку, — решила проверить теорию я. — Не буду отнимать, честно. Завяжу тебе бантик. Краси… — И запнулась, когда с тихим шелестом мое транспортное средство выдало мне заначенный лоскут.

Пришлось под тихое хихиканье ставшего невидимкой привратника завязывать ей бантик. Черный, шелковый — все как полагается. Ну, кроме ведьмы в голубом, которая планировала лететь на этой метле на крышу. Вообще-то могла бы и без нее обойтись — левитацию еще никто не отменял, но так хотелось почувствовать себя настоящей ведьмой! Бант и имя Метланиэль, которое я предложила деревянной моднице, судя по прилежному поведению и осторожному полету, пришлись ей по душе.

На крышу нашей башни меня доставили, как хрустальную вазу. Плавно, бережно, аккуратно — так, чтоб и мои волосы не растрепались, и ее бантик (не приведи ветер!) не развязался. Учандр материализовался рядом, как только моя босая нога коснулась сизой черепицы, нагретой за день и потому теплой, но уже не горячей, как бывает днем. Туфли я с собой не взяла — намеревалась вернуться в комнату, не успев ступить на землю. Гулять по крышам, пусть на невысоком, но каблуке было не очень-то удобно. А таскать с собой обувь мне не хотелось.

— Пройдемся? — предложил привратник, пригласительно махнув хвостами, и по-кошачьи бесшумно зашагал вдоль невысокого ограждения, кольцом огибающего уходящую в небо крышу. — Ров у нас большой, глубокий, населенный рыбрариями, охраняющими АРиС. Выходить за стену без спецразрешения и провожатого не советую. Насмерть, может, и не загрызут, они у нас вообще-то человечиной не питаются, такими уж их создательница сделала, но покусают точно, если в воду свалишься, — с важным видом рассказывал мне «кот», на носу которого поблескивали круглые очки в золотой оправе.

Я же, обняв метлу, шла за ним, не забывая при этом наслаждаться видом того самого полигона, который, как оказалось, находился не под моим окном, а за рвом вместе с другими тренировочными площадками. По небу разливалась темно-синяя акварель, на ней серебристыми точками зажигались первые звезды. Вечерний пейзаж напоминал полотно талантливого художника, но все сходство с картиной портили две женские фигурки, кувыркавшиеся в воздухе. Присмотревшись внимательней, я поняла, что это ведьмы. Одна выделывала странные кульбиты, сидя в ступе, а вторая летала вокруг нее на метле, пытаясь что-то втолковать первой. М-да, похоже, нескучная тут у некоторых жизнь. Даже жаль, что свободных комнат в соседней башне не оказалось. Ведьмы — народ веселый, глядишь, я б и подружилась с кем-нибудь из них.

— Краса неописуемая! — вздохнула, глядя, как идут на снижение странные подружки.

— И не говори, — хмыкнул усатый спутник. — Это место — средоточие магических потоков, оно просто обязано быть совершенным. Где-то восхитительно прекрасным, а где-то и отвратительно ужасным. Например, там, — подняв переднюю лапу, Учандр указал на дальний полигон, очень походивший на зловонное болото, которое чавкало, хлюпало и шипело.

Впрочем, нет, шипело не оно, а она — девушка в остроконечной шляпе и в форме ведьмы с факультета разрушений. Еще одна! Ну надо же! Везет мне сегодня на соратниц, что ни говори. А может, это судьба? Подумав так, я внимательней присмотрелась к незнакомке. Она сидела верхом на метле в нескольких шагах от нас и что-то нашептывала, теребя пальцами висящий на шее амулет. Я хотела тихо понаблюдать за ней, а потом заговорить, но внезапный вопль, раздавшийся снизу, заставил меня вздрогнуть, оступиться и в попытке удержать равновесие уронить Метланиэль, стук которой привлек внимание ведьмочки.

Где-то возле входа в наше общежитие продолжали орать на весь двор, вопрошая пьяным голосом, какого хрена хозяйку этого самого голоса поселили не в ту башню. Дальше следовал спор двух девиц, но разобрать я смогла лишь отдельные слова и словосочетания, такие как «бабушка», «пить меньше надо», «рыбам скормлю» и «Ёжик лапочка». Мы с ведьмой, коротавшей время на крыше чужой общаги, какое-то время прислушивались, после чего она вздернула черную бровь, вопросительно посмотрев на меня. Я соответственно на нее. А привратник на нас обеих, причем сделать это он пытался одновременно, поэтому глаза его начали заметно косить. И так бы мы друг на друга и пялились, не стукни поднятая с крыши Метланиэль по несчастной черепице повторно. Причем на этот раз исключительно по собственной инициативе.