Королева - Елена Александровна Тимофеева
Стражники вскочили на ноги.
– Ты слышал, Рем? – негромко спросил один.
– Слышал, да, – отозвался второй, – это рядом, поглядим, – и, обнажив мечи, они пошли вперёд, зорко всматриваясь в темноту.
Мешкать было нельзя. Гаркана подбежала к крыльцу, кошкой скользнула по ступеням, бесшумно отворила дверь и шмыгнула в дом. Ощупью поднялась по лестнице, передохнула, силясь унять бешено стучащее сердце, толкнула дверь и вошла в комнату.
Великий Инквизитор Торвальд Лоренцо сидел за столом, листая свод Законов. Он повернул голову на звук открывшейся двери, чуть нахмурил брови, увидев юного подмастерье, прервавшего ход его мыслей.
–Ч то тебе угодно в моём доме, юноша? – спросил Великий Инквизитор. На нём не было алой мантии, и золотой обруч он тоже снял, простая чёрная рубаха и штаны из оленьей кожи облегали тело, но фигура его, освещаемая красноватым светом масляной лампы, смотрелась ещё величественней, чем на нынешнем шествии. Он сжился со своей ролью и легко принял бремя Закона, волен был осудить и помиловать, и это право наделяло его столь грозной силой.
Гаркана привалилась спиной к двери, не веря, что видит его так близко.
– Что тебе нужно, юноша? – повторил Инквизитор с лёгким недовольством в голосе.– Как ты прошёл сюда?
Гаркана подняла руку, сорвала приклеенные на вишнёвый клей беличьи усы, другой рукой сдёрнула с головы берет, бросила его на пол, тряхнула головой, и рыжие волосы каскадом осенних листьев упали ей на спину. Она шагнула вперёд, сама едва держась на ногах от волнения.
Инквизитор резко встал, и так изменился взгляд его холодных синих глаз, что только ради одного этого взгляда, поняла девушка, ей стоило прийти сюда.
– Гаркана! – беззвучно прошептали его губы, а в следующий миг он метнулся к окну и запер ставни. – Это не чудится мне, не морок же это! – тихо сказал он, шагнул ей навстречу и остановился. – Это ты, Гаркана.
– Да, Инквизитор, это я, – ответила она пресёкшимся от волнения голосом. Торвальд Лоренцо сел на стул, будто разом ослабев, будто не в силах был стоять.
– Безумная, ты головой рискуешь! Если тебя застанут здесь!.. Зачем… – ему трудно было говорить, он тяжело выдохнул, облизнул пересохшие губы, – зачем ты пришла сюда, Гаркана?
– Сам-то как думаешь? – в глазах её блеснули слёзы. – Зачем я пришла сюда, головой рискуя? Зачем два дня в пути провела? Зачем ждала начала шествия, а после – окончания церемонии в храме? Как думаешь, Торвальд, – она впервые назвала Инквизитора по имени, – зачем? Или ты хочешь услышать, хочешь, чтобы я сказала тебе? Я скажу! Я…
– Тише, молчи, молчи, безумная! – Инквизитор рванулся к ней, закрыл её рот ладонью, прижал к себе, чувствуя, как дрожит её худенькое тело. Его тоже била дрожь, но голос был твёрд, когда он отстранил её от себя и сказал:
– Уходи отсюда, Гаркана. Я отошлю сейчас стражников, а ты уходи.
– Нет, – она покачала головой, – я не уйду, – повернулась, подошла к двери и заперла её на засов. Шагнула к нему и встала напротив, глядя в глаза. – Я два дня скакала верхом до твоей столицы, Торвальд, – с тихим отчаянием в голосе сказала Гаркана, – я стояла в толпе и смотрела на тебя, как ты ехал на золотой колеснице! Я стосковалась по тебе! Мы не можем быть вместе, но мне нужно было только увидеть тебя! Посмотреть на тебя!
– Увидела? – взгляд его синих глаз вновь стал холодным. – Посмотрела? Теперь уходи!
Она молчала, глядя на него, нежные щёки горели румянцем, слёзы дрожали на ресницах. Она так прекрасна была, не властная над своими чувствами, такая хрупкая и такая сильная в своей любви к нему, что Железному Инквизитору вновь стало не хватать воздуха.
– Там стража внизу, Гаркана…
– И что стража твоя? – усмехнулась она. – Я уже здесь, и что твоя стража? Теперь твоя жизнь в моих руках, Инквизитор!
– Что ты плетёшь, женщина? – его брови нахмурились.
Гаркана неуловимым движением метнулась к нему, схватила за талию, миг – и Великий Инквизитор оказался лежащим на полу, а к горлу его стальным зубом приник кривой кинжал атаманши Роны.
– Кронос Всемогущий! – неподдельное удивление послышалось в его голосе. – Кто научил тебя этому, лекарка Гаркана?
– Разбойники… – она ответить не успела, как уже сама лежала на полу, а рука её с кинжалом, придавленная его сильной рукою к деревянным половицам, разжалась и выронила нож.
– В другой раз соберёшься бить, так бей без промедления! – велел Инквизитор, поднимая её с пола.
– Благодарю за урок, Справедливейший, – Гаркана потёрла онемевшее запястье.
Инквизитор бережно взял её руку в свои, и, как тогда в подземном ходе, нежно погладил. Поднял голову, встретился с ней взглядом. Она смотрела на него и улыбалась.
– Мой чёрный ангел, – подняла руку, коснулась его тёмных волос, провела по ним ладонью.
– Я – ошибка твоего выбора, Гаркана, – тихая горечь была в его голосе, – что ты делаешь со своей жизнью, неразумная…
– В твоём доме пахнет мятой, – улыбнулась она, – и валерьяной… И каждую ночь, засыпая, ты грезишь обо мне, ведь это так, Справедливейший? Я тогда ещё всё поняла, когда там, в зале суда взяла тебя за руку, чтобы унять твою боль.
Инквизитор тяжело вздохнул, прижал её к себе, стиснул в объятиях до боли, отстранил, впиваясь взглядом в широко распахнутые серо-зелёные глаза.
– Ведьма! – выдохнул он. – Что ж, раз так настаиваешь, будь нынче гостьей моей, Гаркана. Ты устала, конечно. И голодна. Пойдём в другую комнату, окно там выходит на стену тупика улицы. Но прежде… Встань здесь, – он взял её за руку и отвёл в угол, а сам подошёл к окну и распахнул ставни, – Рем, Сила! – позвал тоном человека, привыкшего, что ему повинуются беспрекословно. – Что вы там устроили?! Что за шум?! Голова от вас разболелась!
– Справедливейший, у нас тут убитый, – отозвался один из стражников.
– Так займитесь им! Поднимите солдат, составьте протокол, ищите убийцу! Займитесь своим делом и убирайтесь вон! Чтоб ни звука мне тут! Я желаю отдыхать!
– Да, Справедливейший, – покорно отозвались снизу. Инквизитор захлопнул ставни и повернулся к Гаркане.
– Они сюда больше не придут. Будут сторожить улицу у входа в тупик. Никто не узнает, что ты здесь, а утром я