История глупых совпадений… - Дара Бояринова

* * *

Знаете, то самое поганое чувство, когда ты всеми удобными способами оттягиваешь момент, если нужно сообщить крайне нехорошую новость. А уж если эту новость нужно сообщить своему непосредственному начальству, сверлящему тебя тяжёлым взглядом.

– Таркс, мягко говоря, я не в восторге.

– Господин полковник, я понимаю, и мне вся эта ситуация тоже не нравится. У нас нет ни одной зацепки по этому делу, в компьютерах Закарии Ренсом, в обоих, и в рабочем, и в домашнем, пусто. У нас только два трупа, вероятное похищение, которое может стать ещё одним убийством, а это появление трупа, в перспективе… У них в плену молодая девушка…

– И это вывод вы сделали из–за трупа мелкого жулика, вероятного похищения компьютерного гения, рассказов около–криминальных элементов про капитанский журнал пиратского корабля, некой карты…

– И тела Хитрого Бивера в нашем морге, – закончил Винс.

– Не стоит играть со мной в ваши штучки, лейтенант, – поднял бровь Сандэрс. – Всё управление знает о вашей «милой фишке» заканчивать фразы друг за друга. Мне весело на это смотреть, но не участвовать. Ясно?!

– Так точно, господин полковник. Простите, – понурился Винс.

– Хорошо, допустим, только допустим, что версия рабочая, но у нас нет времени для внедрения…

– Господин полковник, позвольте мне внести одно предложение, – поднял руку Грасс.

– Да, любые хорошие предложения нужны. – кивнул Сандэрс.

Дверь кабинета распахнулась, и в кабинет вошел Фрэнк Грасс… ещё один Фрэнк Грасс.

– Внезапно… – пробормотала я, внимательно осматривая обоих Грассов. – Хм–м… близнецы. Очень интересно. Я так понимаю, Фрэнк номер один, именно вы были на месте преступления у эллингов и провели с нами остальное время. А вы, Фрэнк номер два, в доме моего дяди.

– Как определили? – спросил Фрэнк номер один.

– У вас более темный оттенок глаз, и голос… лёгкая хрипотца. И так, кто из вас Фрэнк?

– Мы оба, – улыбнулся Фрэнк один.

– Франклин и Фрэнсис? – подняла бровь.

– Да. Я Франклин – кивнул Фрэнк номер два.

– Отлично, ты Фрэнк, – ткнула я в первого, – а вы Клин, – перевела палец на второго, – чтобы не путаться. С этим разобрались, – почесала я бровь. – У меня есть пара ребят, они профи, запустят информацию, о том, что есть некий доктор наук, специалист по Черному Буревестнику Сэму… Нам нужно только подыскать нужную легенду и кандидатуру…

– Как насчёт доктора археологических наук Франклина Грасс? – спросил Клин Грасс.

– У вас докторская степень по археологии, Грасс? – удивилась я.

– Не только. Ещё у меня есть настоящий журнал с «Уиды», корабля Черного Буревестника Сэма, очень хорошую копию которого украли два дня назад, – ответил Клин Грасс.

– А карта? – спросил Грон.

– Карта расшифровывается ключом, зашифрованным в оригинале журнала, – сказал Клин.

– Вы смогли расшифровать? – спросила я.

– Не совсем, но я работал над этим много лет, ну кроме всего прочего, – пожал плечом Клин.

– Как я понял, не только кража копии журнала привела вас к нам? Видимо, вам сделали предложение? – спросил Грон.

– Да, – кивнул Клин. – Вчера прислали вот это, – он выложил на стол конверт.

– Это серьёзно. Это очень серьёзно, – сказал Сандэрс, ознакомившись с содержимым конверта. – Кто ещё знает об этом?

– Никто, – ответил Клин. – И я намерен принять предложение.

– Может вы нас просветите? – подняла бровь.

– Доктору Грасс предложили поработать на одного загадочного и очень богатого бизнесмена, – ответил полковник. – Этот джентльмен готов спонсировать экспедицию доктора Грасс. И раз доктор Грасс готов принять предложение, у нас есть возможность выйти на след тех, кто может быть замешан в нескольких убийствах и похищении.

– Господин полковник, вы считаете, что это хорошая идея, отправить доктора наук в логово искателей сокровищ, которые могут быть замешаны в убийствах и похищении? – поинтересовалась я. – Не уверена, что это…

– Таркс, у тебя есть идея лучше? – выгнул бровь Сандэрс.

– Ну уж точно не впутывать гражданского в это дело…

– А если у гражданского будет помощница? – прервал меня Клин Грасс. – Вы, например…

– Это хорошая идея… – потёр подбородок Сандэрс. – У тебя куча дней отпуска… это не должно вызвать подозрений, а для пущей убедительности, Клаус потрётся с ребятами несколько дней. Девочке пойдёт на пользу. Думаю, недели хватит… Таркс, ты с этого момента становишься тенью доктора Грасса.

– Но, господин полковник, – возмутилась я. – Почему именно…

– Или так, или ни как. Я всё сказал! – хлопнул ладонью по столу Сандэрс.

* * *

Затонувшие сокровища всегда привлекали внимание людей. Жажда наживы, стремление заглянуть за кулисы чужой беды – такие чувства характерны для любого человека, окунувшегося в водоворот морской истории. Воображение моментально представляет тяжелогружёные и неповоротливые галеоны, порой едва державшиеся на плаву из–за перегрузки. Парусники торговых компаний с минимальным набором удобств, изъеденные червями и насквозь промокающие из–за частых штормов. Пароходы с набитыми золотом трюмами и суровыми старателями на палубе. Все эти корабли стали в наше время объектом пристального внимания. Всякий раз, когда в средствах массовой информации появляются сведения об обнаружении очередного галеона, в воображении рисуются картины трюмов, набитых золотом и серебром, драгоценными камнями, фарфором, шелком, пряностями, каменным деревом, и прочими несметными богатствами.

Каждый раз морская катастрофа очередного корабля с ценностями на борту вызывала жесточайший ажиотаж и стремление к наживе. В настоящее время всё это превратилось в мировой разветвлённый бизнес, в котором работают сотни фирм и тысячи людей. За последнее время существенно расширилась география, всё чаще люди проникают на ранее недосягаемые глубины Мирового океана. Развитие подводной техники – аквалангов, минисубмарин, батискафов, эхолотов, подводных магнитометров, не говоря уже о улучшенной магической технике, сделали досягаемым практически любой уголок морского дна, а это в свою очередь привело к исследованию всё новых и новых затонувших кораблей. В ряде случаев со дна были подняты бесценные исторические артефакты, часть из которых была продана на аукционах, часть попала в музеи.

Уникальность затонувших судов определяется в значительной степени тем, что они являются своеобразной временной капсулой, сохранившей ценнейшую информацию о различных сторонах жизни в тот или иной период времени. Даже сухопутные археологические исследования и архивные материалы не способны дать столько информации, сколько одно