Академия отважных - Настя О

и рванул еще выше в небеса, к самым облакам. Мне стало труднее дышать, но наше приключение закончилось быстро. Деймон устремился к поверхности, и вскоре я увидела еще один замок, нисколько не уступающий замку Андервудов по красоте. И все же в нем было что-то нечеловеческое. Не знаю, почему мне так показалось. Камни, из которых он был сделан, казались слишком гладкими, почти зеркальными. Ров вокруг замка — слишком глубоким и правильным. Ворота и откидной мост — слишком величественными. Все в этом месте было слишком.

Когда мы приземлились у моста и Деймон вновь обратился в человека, он разрешил мои сомнения одним объяснением:

– Раньше здесь жил дед Гараэль. Здесь они заключали помолвку с маленькой Аллерией. Дед завещал замок мне, если я смогу обрести крылья. Ты со мной?

Глаза Деймона горели мягким огнем, и я без сомнений вложила ладонь в его протянутую руку.

– Конечно.

Когда мы вошли в замок, повсюду засияли огненные факелы, озаряя пространство.

– Замок был магически заморожен до прихода хозяина, – объяснил Деймон. – Мы сейчас пройдем по нему, и здесь всё будет так, будто Гараэль покинул его всего лишь полчаса назад.

Мне было интересно узнать, как жили драконы раньше, но в крови всё ещё бурлил адреналин от полета с Деймоном. Мне хотелось обнять весь мир, и я с улыбкой слушала его рассказ. В глубине души словно зазвучал маяк, требующий, чтобы мы отправились в какое-то таинственное место. Когда я поделилась этим с Деймоном, он с лукавой улыбкой поманил меня за собой.

– Пойдём.

Мы подошли к высокой двери с изящной блестящей ручкой, и я почувствовала покой и умиротворение.

– Кажется, я знаю, куда вела тебя твоя драконица, – подмигнул мне Деймон, открывая дверь.

Внутри нас ждала огромная спальня невиданных размеров. У стены, граничащей с дверью, стояла массивная кровать с высоким балдахином.

– Если переступишь порог этого места, обратной дороги не будет, – загадочно улыбнулся Деймон. – Это не просто спальня. Это колыбель. Здесь рождались огненные драконы.

– Я не огненная, – не удержавшись, я показала язык Деймону и смело шагнула внутрь.

И тут же меня захлестнули волны эмоций. Не моих, а чужих – мужских, женских – чего здесь только не было! У меня создалось впечатление, что в этой спальне побывало не одно поколение драконов. И мама, Аллерия, тоже была здесь. Но она сбежала, не выдержав накала страсти Гараэля, хотя он ей действительно нравился. Испугалась, что сгорит в его обжигающем пламени.

Аллерия совершила ошибку. Она не верила в Гараэля, поэтому и предпочла ему спокойного Рисандра. И в голову себе вбила, что любит именно его. Она испугалась быть счастливой. Не знаю, откуда это возникло в моей голове, но интуиция подсказывала, что всё это было правдой.

Была ли я похожа на свою мать? Наверное, да. Но я искренне любила Деймона. И я успела понять, каково это – быть возлюбленной огненного дракона. Боялась ли я? Ни капли.

Уж точно не того, что могло произойти здесь.

Словно почувствовав мои мысли, Деймон оказался рядом. Он обнял меня со спины, прижал к себе и зарылся лицом в мои растрепанные волосы.

– Прости, что порчу это место своим неподобающим видом, Деймон.

– Здесь не главное то, как ты выглядишь, – прошептал он мне на ухо. – Здесь имеют значение только твои мысли и намерения.

От его вкрадчивого шепота по телу пробежала волна мурашек. Я и раньше трепетала в его объятиях, но сейчас, во власти эмоций этой волшебной комнаты, я начинала сгорать в пламени Деймона. Когда он развернул меня к себе лицом, я не отвела взгляда. Я была готова ко всему, что произойдёт. А когда он подхватил меня на руки, на ходу стаскивая с ног ботинки, я только теснее прижалась к нему.

Меня бережно опустили на постель. Деймон стоял рядом, наслаждаясь моим видом.

– Маленький водный дракончик решил показать, насколько он храбрый, – поддел меня Андервуд.

– Так вот чем занимаются в вашей колыбели, – не осталась в долгу я, – шутят над храбрыми дракончиками!

– Не-е-ет, – протянул Деймон хриплым голосом, приближаясь ко мне. – Храбрых дракончиков в нашей колыбели любят. Причем нежно и со вкусом.

Он опустился сверху, и я вздрогнула от непривычного ощущения. Затем прильнул к моим губам, углубляя поцелуй и заставляя меня расслабиться. А потом, когда его руки потянулись к завязкам моих штанов и рубахи, я потеряла связь с реальностью. Помнила только, какое горячее и гладкое тело было под моими руками. С какой готовностью оно отзывалось на все мои ласки. Как заполнило меня до основания, навсегда закрепляя своё право надо мной. Мы обладали друг другом. И не было в тот момент ничего прекраснее.

– Мой самый смелый маленький дракончик, – Деймон поцеловал кончик моего носа и привлек к своей груди.

– Твой единственный смелый маленький дракончик, – произнесла я с легкой ревностью, чем вызвала глубокий смех Деймона. – Кстати, Королева отправила меня к тебе, чтобы мы обязательно поженились. Но как проходят свадьбы у драконов, Деймон? Я совсем ничего об этом не знаю!

– У драконов свадьбы заключаются в колыбели, Аллериса А-Дер-Вуу, – с легкой улыбкой произнес Деймон, с удовольствием разглядывая меня.

– А-Дер-Вуу? – я приподнялась на его груди и с удивлением посмотрела на молодого человека.

Вместо ответа Деймон бережно взял меня за запястье и приподнял его, чтобы мы могли рассмотреть нашу кожу в свете факела. Там действительно было на что посмотреть. И у меня, и у Деймона проступал затейливый рисунок-браслет, изображающий переплетающиеся между собой линии. Часть из них были плавными и напоминали ручейки, а другие появлялись стремительно, подобно пламени.

– Согласившись разделить со мной колыбель, ты уже стала моей женой, Риса, – наконец, произнес Деймон, положив конец моим сомнениям.

– Так мы что, уже поженились? – смущенно спросила я.

Деймон снова улыбнулся, явно наслаждаясь моей реакцией:

– Когда я встретил тебя впервые, я и подумать не мог, что все закончится именно так.

– Как? – полюбопытствовала я, за что получила еще один поцелуй.

– Правильно. Трогательно. Восхитительно.

Я зарделась от смущения, но это не помешало мне задать вопрос, который давно меня интересовал:

– А когда ты увидел меня в первый раз?

Деймон смотрел на меня из-под полуопущенных ресниц, и было заметно, что