Стон океана - Эмма Хамм

– Так приятно? – пробормотал он, и Алексия готова была поклясться, что почувствовала его дыхание на внутренней стороне бедра. – Скажи мне, что́ ты чувствуешь.

– Просто… великолепно. – Алексия сжала грудь сильнее, представляя чужую когтистую ладонь. – Хотела бы я, чтобы это была твоя рука.

– И что тогда?

– Хочу чувствовать твои когти. – Нет, даже не так. – Хочу чувствовать, как они впиваются в мою кожу.

Представив себе крохотные уколы, горячие капли крови, скатывающиеся по груди, Алексия тихо всхлипнула. Вот чего она хотела. Ничего маленького и нежного. Только грубого, звериного, чтобы Фортис вжимался в нее, как животное, взял все, чего захочет, не спрашивая.

– Осторожно. Я же вижу, ты оставишь себе синяки. – Ей показалось, или его дыхание переместилось на живот? Алексия поклясться могла, что почувствовала его дуновение. – А теперь опусти свою милую ручку между ног. Скажи мне, что найдешь там.

Она с трудом сглотнула. Ей и так хотелось потрогать там, но она понятия не имела, что делать дальше. Все вокруг говорили, что секс – это приятно. А что, если ей не понравится?

Но тихий рокот рыка Фортиса подтолкнул ее запустить руки между ног.

– Скажи мне, – прорычал он, словно это была самая важная информация в мире.

– Тепло и мокро, – дрожащим голосом прошептала Алексия. – И так… хорошо.

Еще один раскатистый рык.

– Раздвинь ноги шире, вираго.

Она послушалась и чуть не подпрыгнула, когда его огромная рука коснулась молнии. Фортис расстегнул костюм до конца. Она понятия не имела, как выглядела в этот момент. Знала только, что живот напряжен, чтобы удерживать ее сидя, несмотря на раскинутые ноги и руки промеж бедер. И что она чувствует себя лучше, чем когда-либо в жизни. Это было правильное чувство. Словно она на всех парах неслась навстречу чему-то, что пока не знала, как уловить.

– Проклятье, видела бы ты себя! – пробормотал Фортис. – Словно пышный банкет, накрытый для меня. Я бы так пировал тобой, вираго, если бы ты только мне позволила. Ничего сильнее я сейчас не хочу, чем попробовать тебя на вкус. Сменить твои пальцы моим языком. – Алексия точно услышала какой-то новый, влажный звук сразу после его слов. – Поглотил бы тебя целиком, если бы ты разрешила. Чтобы вообще больше ничего не чувствовать, кроме тебя.

Она не удержалась. Открыла глаза и обнаружила, что Фортис не настолько близко, насколько она думала. Ее лодыжки он держал одной рукой, а второй… скользнув взглядом вниз по рельефным мышцам живота, она обнаружила, что у него был не один, а целых два члена. Оба они полностью выскочили наружу, милейшего насыщенно-розового цвета, постепенно сливавшегося с темно-фиолетовым его тела. Сжав верхний из них в пальцах, Фортис не сводил глаз с того, что было между ее ног, и толкался бедрами в кулак.

Что-то в этой картине сломало в Алексии некий барьер. Ее пальцы оказались в верхней части ее киски, там, где было приятнее всего, и начали выводить круги – мелкие, быстрые, еще быстрее, – все это не сводя взгляда с его внушительных членов.

– Я чувствую, что ты смотришь, вираго, – прорычал Фортис невыносимо низко. – Однажды они оба войдут в тебя. Ты узнаешь, как они ощущаются внутри.

– Не уверена, что получится, – прошептала Алексия.

– Войди в себя пальцами. Я хочу тебя слышать.

Она повиновалась, и ее щеки вспыхнули алым. Звук, с которым пальцы двигались внутри нее, звучал невероятно по́шло, но почему-то становилось только приятнее от осознания, что Фортис хотел этого от нее. Основание его члена набухло, и от звука его стона Алексию скинуло прямиком в небытие, о котором она даже не подозревала.

Сквозь зубы вырвалось шипение. Перед глазами вспыхнули звезды. Вот она еще была самой собой – и уже превратилась в содрогающееся, ненасытное чудовище в клетке напряженных пылающих мускулов.

Она чувствовала, как его сперма тягучими струями шлепается на ее костюм, но от этого оргазм лишь становился ярче, сильнее. Едва разлепив веки – и когда она успела их закрыть? – Алексия увидела, как глубинник тяжело дышит над ней. Член в его руке был покрыт мерцающей жидкостью, а вот второй все еще стоял.

Поймав ее взгляд, Фортис улыбнулся.

– Преимущество отношений с моим видом, – сказал он сквозь тяжелое дыхание. – Одного раза нам всегда мало.

Он ее так и не коснулся. Как бы сильно Фортиса ни манила песня сирены, как бы заманчиво ни двигалось тело Алексии, полностью охваченное страстью. Он хотел. Хотел прижаться губами промеж ее ног и попробовать ее страсть на вкус, но не стал.

Она была ахромо. Ее вид был ему неинтересен, и точка. Но где-то в глубине души Фортис знал, что это было неправдой.

Он пропал с той самой секунды, как Алексия призналась, что хочет его. Она расстегнула молнию на груди, и он подумал, что мир сейчас взорвется. Алый румянец на коже, ярко-розовые соски, плавные движения бедер – от всего этого у него рот наполнялся слюной. Даже и не подозревал, что ее народ умеет так двигаться. Но теперь ему хотелось увидеть больше. Желательно верхом на нем. Чтобы Алексия так терлась о его хвост. Чтобы он мог запустить свои перепончатые пальцы между ее ног и узнать, какая она там на ощупь.

«Тепло и мокро», – так она ахнула, когда Фортис спросил. Теперь этим словам предстояло жить в его голове вечно.

Когда кто-нибудь будет их произносить, он сразу будет вспоминать, как Алексия терлась о свою руку. Как широко раскинулись ее бедра, как раскрылся костюм, обнажая великолепное тело. Все ее шрамы напоказ, только для него. Ему хотелось каждый из них обвести языком. Слизать и стереть все болезненные воспоминания, которые они в себе хранили.

Его члены так не ныли уже годами. Фортис планировал, что этот эпизод будет коротким. Он это себе представлял как эксперимент – просто проверить, как себя ведут ахромо, когда их захватывает похоть. Еще одна ложь, которой глубинник обманул сам себя, лишь бы посмотреть, как Алексия будет извиваться перед ним.

Фортис убедил себя, что сможет остаться в стороне от ее удовольствия, и тут его члены выскочили из-за чешуи с такой скоростью, что он даже не заметил, как верхний оказался в руке.

Проклятье, как же это было хорошо! Как же хорошо было наблюдать за ней, сношаясь в собственный кулак! Алексия открыла глаза только под конец, но он чувствовал ее взгляд на себе. Ее глаза распахнулись