Секс - наставник по соседству - Любовь Попова

— Ладно, остальное ты потом сложишь, ладно?

Я даже не отвечаю, просто жду, когда он возьмет свой ноутбук, наушники и сложит коробку со всякой мелочевкой.

— Оксан!

— Ты уходишь? Уходи, давай.

Олег просто растворяется в пространстве, оставляя меня одну. Ах, да, не совсем одну. Я смотрю на спальню, которую когда-то мы обставляли вместе. Вот этот шкаф собирали по инструкции часа три. А теперь все. Теперь у него новая любовь.

Я сижу так, не знаю сколько, просто смотрю в одну точку и не могу поверить, как за один день моя жизнь так резко изменилась. Просто перевернулась с ног на голову.

Телефон на тумбочке начинает трезвонить, и я бегу к нему.

— Олег?

— Тупая дура! Я же говорила тебе! И что думаешь, долго ты протянешь без денег моего сына? Думаешь, я буду помогать тебе?!

— Я верну его. Он вернется в семью, — обещаю себе и ей. Так жестко, что свекровь даже замолкает.

— Ладно, делай что хочешь, но мужа верни.

— Ладно, — вырубаю телефон, бросая его на кровать. Он еще в ногах у меня валяться будет. — Ладно, что ты там говорил о горизонтальных упражнениях. Я готова.

Тимур вылезает, встает ровно, смотря на меня тяжелым, внимательным взглядом.

— Это потом. Пошли бегать.

— Но ты же говорил…

— Я передумал. Хочешь вернуть этого придурка? Тогда давай заниматься делом, а не хуйней.

— И ты поможешь?

— У меня отпуск. Ты убираешься у меня дома и кормишь, я тебе помогаю привести себя в форму и вернуть мужа в семью.

— Про готовку речи не было.

— Считай, что я внес этот пункт в наш договор, давай, не буем тянуть.

Оксана

Что-то изменилось. Тимур больше не лезет, не пытается меня задеть или флиртовать. Словно услышанное что-то переключило в нем. Словно я для него перестала быть женщиной.

Нет, я, конечно, не обиделась. Наоборот, была целиком в своих мыслях, пока мы спускались по лестнице на улицу, пока шли до стадиона. Он у нас рядом с домом. Я частенько на него поглядывала, но так и не прошла эти сто шагов. А может, все дело в теть Свете, которая считала, что потеть приличным женщинам не положено. Постоянно говорила, что от меня несет, как от свиньи. Мужу не понравится.

Даже в тот вечер, когда Олег мне предложение делал. Я отмывалась почти сорок минут, потому что знала, что должно произойти. Теть Света обрадовала меня, что теперь я буду как у Христа за пазухой, поэтому должна быть благодарной и послушной. А мне восемнадцать только, я верю всему, как маленькая.

И радовалась всему. И свадьбе, пусть и с платьем, взятым на прокат. И подружкам школьным.

Где они все? Почему я так резко осталась совсем одна? Ну, разве что Алла, которая вчера полвечера мне объясняла, что с новым соседом мне не бегать нужно учиться, а просто потрахаться и отомстить мужу.

— Так, делаем приседания, — сквозь шум мыслей слышу мужской голос. Из астрала не выхожу, просто принимаюсь выполнять команды. Правда, на третьем приседании я начинаю ощущать каждую мышцу.

Их как будто кипятком облили.

— Не могу.

— Не ной. Нам же нужно вернуть твоего мужа.

— Ага, — делаю еще несколько приседаний, чувствуя, что мышцы просто немеют. Ноги отказываются работать, и я падаю. Тимур подхватывает меня, глаза закатывая.

— Понял. Пойдем тогда, побегаем, — тянет меня в сторону. Я сначала вообще шевелиться не могла, потом вроде побежала, но надолго меня не хватило. Это сильно раздражает Тимура, я прямо вижу, как ему хочется рвануть вперед и оставить меня умирать на этом стадионе.

Вот прямо вот так лечь и просто смотреть в небо.

— Не могу больше.

— Вставай, давай. Жир сам собой не растопится.

— Оставь меня, старушка, я в печали, а ты так себе тренер, — отвожу взгляд от этого гневливого лица, ощущая, как ветерок волосы колышет, как вдалеке сигналит машина, стучат строители, лает собака. Не люблю их. Всегда стороной обхожу.

— Так себе, значит? Просто ты сама своих возможностей не знаешь.

— Единственная возможность сейчас — это умереть прямо тут.

— Сейчас проверим, — куда-то он отходит, возвращается спустя минуту, когда я вроде уже сажусь и встряхиваюсь от травинок, что прилипли к новым штанам. Нет, бегать я не готова, разве что пройтись спортивным шагом.

Тут вижу рядом кроссовки и поднимаю голову. Нет, он все-таки хорош… Мужик с обложки «Плейгерл». Как я вчера и сказала подруге.

Он вдруг дергает меня за руку, словно оторвать ее хочет. На мой возмущенный вскрик он, того больше рассекая воздух рукой, шлепает меня по заду.

Я отталкиваю его, возмущенно пыхтя.

— Совсем дебил? Зачем?

— Чтобы узнать, на что способно твое тело.

— Что? — не понимаю и вдруг слышу лай собаки. Меня, как током. Сердце сначала замирает, потом в грудь набатом бьется… Голову поворачиваю на звук и шаг назад делаю. Нет… нет….

Сначала пошевелиться не могу, а потом вижу обнаженные зубы овчарки, срываюсь с места.

— Вот! А говоришь, бегать не умеешь! — хохочет Тимур, но я уже клянусь себе, что больше не заговорю с ним.

Меня страх, как иглами, пронизывает. Бегу быстро, как в детстве, когда за мной летела бродячая собака, напугав до полусмерти. И вот снова. Я даже ног не чувствую, просто бегу, просто вперед. Дальше. Дальше…

Дерево! Сама не знаю, как забираюсь на нижнюю толстую ветку. Собака довольно высокая, почти достает до моих ног.

Я убью этого придурка и засужу за его жестокие методы тренировок! Сволочь! Слезы градом, перед глазами только пасть и острые зубы, с которых обильная слюна стекает. Меня трясти начинает, руки вцепляются в кору, царапая кожу.

Только бы не упасть, только бы не упасть, только бы ветка под моим весом не надломилась.

— Оксана, — зовет этот уголовник, но я головой качаю. — Оксана, чего ты…

— Да пошел ты! Придирок! На себя собак натравливай!

Подбегает, задыхаясь, хозяин, пытается извиняться, ругаться с Тимуром, а я не слушаю, просто трясу головой, почти не соображая. Перед глазами снова эта пасть, свет фонарей и голос папы: «Оксана, беги».

— Оксана, блять, прости. Очнись.

— Отвали!

— Давай, давай, котенок, слезай оттуда, — обхватывает он меня под талию и почти силой отрывает от дерева. Ловко спускается на землю. Тут же толкаю в грудь, от отдачи падая на траву.

— Собак боишься?

— Бинго, гений! Такие вещи спрашивать надо, перед тем как использовать свои противозаконные методы! Если ты их использовал,