5 Братьев (ЛП) - Дуглас Пенелопа

Но по ночам эта площадка абсолютно безлюдна.

Здесь только мы вдвоем.

Он паркуется и глушит мотор, погружая кабину в почти кромешную тьму.

Я чувствую, как чужие руки хватают меня за лодыжки и стаскивают вниз по сиденью, пока он встает на колени между моих ног и нависает сверху.

— Я хочу домой, — говорю я.

Он не отвечает.

Забравшись под юбку, он стягивает с меня трусики прямо через туфли, не отрывая взгляда от моей обнаженной кожи.

— О боже, какая же ты красивая маленькая сучка.

Задрав мою рубашку, он наклоняется, втягивая один из моих сосков в рот и одновременно лаская меня между ног одной рукой.

— М-м-м, — стонет он.

Обеими руками я обхватываю его запястье под юбкой, пытаясь убрать его руку от своей промежности, но под моими пальцами бугрятся стальные мышцы, которые он не собирается расслаблять. Поддразнивая сосок языком, он переходит ко второй груди, а я со всхлипами отталкиваю его в грудь, но он не обращает на меня ни малейшего внимания, продолжая получать удовольствие.

Словно он вообще меня не видит.

Словно я здесь исключительно ради его забавы.

Он прикусывает мой сосок зубами, и от живота до самых бедер простреливает электрический разряд. Я отпускаю его руку и скольжу пальцами вверх по животу, к поясу юбки.

— Да, твоя мокрая маленькая киска уже готова для меня, не так ли? — воркует он.

Да, детка.

Я сжимаю рукоять спрятанного в юбке ножа и вскидываю руку, прижимая лезвие к его горлу.

Он замирает.

Я чувствую, как чертова ухмылка зарождается где-то в горле.

Его горячее дыхание всё быстрее бьется о мою кожу, пока он нависает над моей грудью, а я приподнимаю голову и, словно в невесомости, приближаюсь к его лицу.

— Слезь с меня.

Боже, как же резко он остановился. Это просто потрясающе.

Прямо сейчас я могла бы сделать с ним всё, что захочу.

Он медленно откидывается на спинку сиденья, а я подаюсь следом, не убирая лезвие от его шеи и перекидывая ногу через его бедра.

Оседлав его, я устраиваюсь у него на коленях.

— Положи руки на крышу, — приказываю я.

Затаив дыхание, он поднимает руки и упирается ладонями над головой.

Руль упирается мне в спину, и я подаюсь вперед, прижимаясь твердыми сосками сквозь рубашку к его горячей груди.

Он задерживает дыхание, когда я опускаю свободную руку и лезу к нему в карман. Вытащив несколько сложенных купюр, я показываю их ему с легкой усмешкой, а затем опускаю в карман своей рубашки.

Я сильнее надавливаю лезвием.

— Руки за голову.

Он прожигает меня взглядом, но подчиняется.

Наверное, я могла бы сбежать прямо сейчас. Вряд ли бы он стал меня хватать или пытаться отнять оружие. Такой парень, как он — красивый и привыкший получать всех, кого захочет — скорее всего, решит, что я не стою лишних проблем.

Я могла бы просто уйти.

Но я этого не делаю.

Я меняю позу, мучительно медленно ерзая по бугру в его джинсах и скользя рукой вверх по его груди.

— С другой стороны, — дразню я, приподнимаясь на коленях так, что торчащая сквозь ткань грудь оказывается на уровне его рта. — Ты ведь просто создан для развлечений, да?

Я прижимаюсь к его губам, и он с готовностью принимает приглашение, сталкивая носом воротник моей рубашки с плеча и обнажая грудь. Он втягивает ее в рот, его горячий язык так мягко покусывает и дразнит меня, что я хватаю его за затылок, прижимая к себе, лишь бы он не останавливался.

Я наклоняюсь, целуя его в губы и шепча прямо в них:

— Расстегни джинсы и достань его.

Я трусь о него бедрами, тяжело дыша и постанывая, пока он лихорадочно дергает ремень и расстегивает ширинку.

Он пытается схватить меня за бедра, но я вдавливаю лезвие в его шею.

— Не трогай меня.

Он отстраняет руки, а я набрасываюсь на его губы, чувствуя, как твердая, горячая плоть его члена трется о мой клитор.

Я смотрю ему в глаза.

— Все еще хочешь меня? — шепчу я.

Тяжело дыша, он кивает с приоткрытым ртом:

— Боже, да.

Я медлю, вращая бедрами и дразня его, но он уже на пределе. Он ныряет куда-то мне за спину, дотягиваясь до бардачка, пока я целую его шею, поднимаясь к челюсти и виску.

Но внезапно он замирает, и в конце концов я тоже перестаю его целовать.

Оглянувшись, я вижу, что он сжимает в руке перевернутую вверх дном пачку презервативов, которая выглядит совершенно пустой.

Он швыряет ее на пол и лихорадочно роется в бардачке в поисках завалявшегося пакетика. На пол летят бумаги, салфетки и какие-то незнакомые мне инструменты, но, остановившись, он остается с пустыми руками. Ничего.

У него нет ничего, никакой защиты.

Я напрягаюсь.

— Там оставалось еще два, — говорю я ему.

Он вскидывает на меня взгляд, полный боли, и снова безуспешно шарит рукой в бардачке.

Я убираю руки с его тела.

— Трейс…

Он резко выпрямляется, откидывая голову назад и сцепляя руки на затылке.

— Дерьмо, — бормочет он, глядя в потолок.

У меня внутри всё обрывается. Мы были вместе всего три дня назад, и в той пачке оставалось два презерватива, а его братья не ездят на этом пикапе.

Я пытаюсь поймать его взгляд, но он упорно не смотрит на меня.

— Ты серьезно?

Не дожидаясь ответа, я слезаю с него, плюхаюсь обратно на свое сиденье и откладываю нож.

— Да ладно тебе, — мягко произносит Трейс. — Пожалуйста, не злись, Крисджен.

Он тянется к моей руке, но я убираю ее и застегиваю те несколько пуговиц на рубашке, которые расстегнула ранее, чтобы выглядеть как сексуальная приманка для серийного убийцы на темной глухой дороге.

Он мнется, но настроение уже безвозвратно испорчено. Он застегивает ширинку и ремень, возвращая нас из маленькой ролевой игры обратно в реальность. Мне снова восемнадцать, я выпустилась и больше не учусь в католической школе, а ему двадцать, и он пытается не нажить себе врага в лице одной из лучших подруг своей сестры, прекрасно понимая, что в будущем мы еще не раз пересечемся.

— Пожалуйста, не заставляй меня чувствовать себя виноватым, — тихо просит он. — Я ведь тоже не думал, что мы эксклюзивны. Ты же не влюблена в меня, правда? Какой я идиот.

Я закрываю глаза, едва сдерживая смех, потому что он и правда идиот.

И я совершенно в него не влюблена.

Но теперь я больше не могу врать самой себе: я для него абсолютно ничего не значу и, скорее всего, просто оказалась единственной, кто ответил ему сегодня на сообщение.

Хотя он мне действительно нравился. Он так легко подыгрывал моим фантазиям, где я беру верх над тем, кто пытается подавить меня.

Я опускаю голову и тру уставшие глаза.

— Крисджен, серьезно. — Он берет меня за руку. — Прости, я не думал, что у нас всё так.

— Не извиняйся, — говорю я, вырывая руку, потому что от этого чувствую себя еще более жалкой. — Ты прав, мы же не собираемся жениться.

Я смотрю ему в глаза, мысленно произнося его имя: Трейс Йегер.

А затем имя моего бывшего парня, Майло Прайса. Двух мужчин, с которыми я спала.

Я всегда думала, что он будет только один. В двенадцать лет я представляла, как моя настоящая любовь начнется со страстных поцелуев на прибрежных скалах, пока мое платье развевается на ветру. Он должен был быть поэтом и тайным герцогом с собственным замком — я в буквальном смысле верила, что всё так и будет, потому что витала в облаках и не брала в расчет свою отчаянную жажду внимания.

Но всё вышло иначе. Когда я училась в десятом классе, нас с подругами пригласили на выпускной к одиннадцатиклассникам, который закончился на вечеринке, где я отдалась своему парню на чужой кровати, и всё это закончилось за одиннадцать минут.

Я переспала с двумя мужчинами.

И этот счет будет расти.

Трейс явно не станет последним.

— Другие парни будут делать со мной то же, что и ты, — бормочу я.

— Точь-в-точь как я?

— Наверное, еще жестче.

Он фыркает, откидываясь на сиденье.