На краю тумана 2 - Мери Ли

Ружье не лучшее оружие для побега. Всего два патрона.

Едем достаточно быстро, скорее всего Мишель объясняет Рите, куда ехать, чтобы попасть к воротам и не заехать в какой-нибудь тупик.

Сажусь на задницу и глубоко втягиваю носом воздух.

Кай выбрался раньше времени. Скорее всего машина, которую мы увидели перед нападением на парковку, ехала к нашему бараку.

Кошусь на плечо и не понимаю, пуля прошла по касательной, застряла во мне или просто черкнула по коже? Крови достаточно много, но дождь смывает ее и полноценного прогноза по потерям я не могу составить.

Рука немеет, но я не позволяю адреналину сбавить обороты. Мы еще не выбрались. Рано раскисать.

Снова встаю на колено и наблюдаю, как желанная свобода приближается к нам. До ворот остаются считанные метры.

Рита тормозит у выезда из города. На страже, как и обычно, два брата. Не церемонясь, навожу ружье на придурка и приказываю:

– Отключи электричество.

Он смотрит на меня как на сумасшедшую.

– Ты дура, раз решила, что тебе позволят сбежать, – смеется он, стараясь перекричать дождь.

– Отрубай! – ору я и навожу дуло ему прямо в голову.

– Октавия, не делай этого, – вступает в разговор адекватный брат. Он поднимает руки ладонями ко мне и предлагает: – Мы никому не расскажем об этом инциденте. Верни машину и иди домой.

Перевожу дуло на него и упрямо повторяю:

– Отрубай, или я пристрелю твоего брата, он мне никогда не нравился.

Они переглядываются между собой, и в этот момент Мишель открывает окно и наводит на братьев дуло револьвера.

– Ладно, – соглашается адекватный и отходит к трансформаторной будке.

Треск умолкает через десять секунд. Ворота открываются. Рита плавно выводит машину за пределы города.

– Тебе крышка! – вопит недалекий.

Ничего не говорю, просто молча поднимаю руку и показываю ублюдку средний палец.

Вот так и происходит мой отъезд из места, где я жила годами. Жила и думала, что Луч станет моей могилой. А теперь это позади, но стоят важные вопросы. Надолго ли Луч остался позади? Появятся ли его жители снова в моей жизни?

Мы ехали не останавливаясь около двадцати минут. Машина прыгала по ухабам так, что мне пришлось закусить губу, лишь бы не заорать от боли, обрушившейся на многострадальную руку. Второй я цеплялась за борт, чтобы не выпасть. Луч постепенно растворился в каплях постепенно затихающего дождя, а я не могла перестать смотреть в его направлении, ждала, что вот-вот оттуда появится последняя оставшаяся на ходу машина, но ее не было.

Потом Рита резко повернула направо, я чуть не выпала за борт и в итоге села на брезент. Мы проехали еще около трех километров. В итоге Рита остановилась за кустами и заглушила мотор. Дождь не прекратился, но стал гораздо спокойнее. Он отлично передает мое состояние. В момент побега я была накалена до предела, а теперь испытываю лишь отголоски того страха.

Док выходит из машины и обходя ее, бросает:

– Пошли.

– Куда? – напряженно спрашиваю я.

– Надо посмотреть твою рану, пока Мишель не свернула мне шею, – недовольно бубнит он и поднимает взгляд в небо. – Чертова погода, спрячемся под деревом.

Не спорю с ветеринаром и спрыгиваю из кузова и тут же мычу, стиснув зубы. На мгновение заглядываю в окно и киваю Мишель, показывая этим, что со мной все в порядке. Она кивает в ответ и мягко улыбается. В ее глазах читается недоверие к происходящему.

– Ты идешь? – громко спрашивает Док, скрываясь за ближайшим деревом.

– Да, – отвечаю я, разорвав зрительный контакт с Мишель.

Шагая по мокрой траве, прогоняю в голове все, что только что произошло. Мы сделали это. Сбежали из Луча. Мне больше не придется травить Рэндалла и каждый день опасаться его воскрешения. Мне не придется бояться Кая и его кары. Мне не нужно будет возносить Барона и даже думать о нем. Отныне я лишена наблюдению за бродягами и Святыми матерями.

Я свободна.

Несмотря на боль в руке, улыбаюсь и глубоко втягиваю носом воздух. Он прохладный, влажный и чистый. Я запомню это ощущение и буду нести его до конца жизни.

Нахожу Дока под самым большим деревом и сажусь напротив, упираюсь спиной о ствол.

Мы оба промокшие до нитки. Снимаю куртку, стараюсь не смотреть на рукав когда-то серой футболки.

Док склоняется ко мне и сообщает:

– Не смертельно.

Он аккуратно трогает руку, что-то делает, но я смотрю в другую сторону. Надеюсь, что никто не нападет на нас, ведь никакого оружия с собой мы не взяли.

– Можно помягче? – спрашиваю я Дока, который обматывает мою руку оторванным рукавом. Прощай ветровка.

– Извини, – бурчит он. – Тряпка короткая.

– Спасибо, – искренне благодарю я.

– Да пустяки, – отмахивается Док. – Пуля лишь слегка задела кожу.

– Я о другом. – Поворачиваюсь лицом к Доку и признаюсь: – Без вас я бы не выбралась оттуда.

Док прекращает врачевание и садится напротив меня. Вокруг лес, а мы с ним прячемся под огромным дубом. На нас практически не падают капли. Остальные сидят в машине, наблюдают за окрестностями.

– Странный у вас городок, – произносит Док. – Мы видели разное, но Луч я точно запомню.

– Ты бывал в разных местах?

– Да где нас только черти не таскали. Подобных поселений много, люди сбились в группы и выживают как могут. Но ваш городок напомнил мне секту.

Хмыкаю и пожимаю целым плечом.

– Есть такое, – признаюсь я. – Там принято поклоняться мужику, который назвал себя Бароном.

– Дебильная кличка.

Согласно киваю и осматриваюсь. Я впервые за пределом Луча на таком большом расстоянии. Мой рюкзак остался закопанным, я побоялась остановить машину и смирно ждала, когда Рита сама найдет место для привала. Рана на руке несерьезная. Док сказал, что ее даже зашивать не надо, пуля порвала куртку и прошла по касательной. Мне повезло. Она могла попасть в голову, и тогда бы мой путь был окончен.

– Зачем ты травила того мужика? – спрашивает Док, вытаскивая меня из мыслей.

Не знаю почему, но этому старику хочется доверять. Манера его общения, открытый взгляд и прямота вопросов выдают в нем простака. Либо он таким и является, либо хорошо