Лето. Ласточка. Любовь. Мои три Л. - Кира Русова

Когда я вернулась к нашему столику, Марк, заметив мою перемену в настроении, забеспокоился:

— Что-то случилось?

— Знаешь… — серьёзным тоном сказала я. — А я ведь так и не объяснилась тебе за то сообщение. Думаю — это всё же нужно сделать.

И я рассказала ему всё как есть, ничего не утаивая. И о том, как была влюблена в Эдика и как оказалась в лагере. О том, как мы не поделили его с Асей. И что ждала его там на сцене в тот день, когда он уехал не попрощавшись. Как последние несколько месяцев не могла думать ни о ком другом, кроме него. И про то — что встретила Эдика на вечеринке и что он написал мне — тоже не стала утаивать. Ведь отношения строятся на честности, даже если какие-то признания сложно произнести. Когда я закончила свой рассказ, на улице уже закончился дождь и выглянуло осеннее солнце. Теперь на небе виднелась полупрозрачная радуга, как светлый знак того, что всё у нас будет хорошо.

Выслушав меня, Марк нежно провёл рукой по моей щеке, а я поняла, что заливаюсь краской, осознавая сколько всего ему только что наговорила! Надеюсь, теперь он не сбежит, решив, что я чокнутая фанатка и так же буду преследовать и его как это было с Эдиком…

Я вглядывалась в карие глаза, стараясь понять, что он сейчас думает. А Марк широко улыбнулся и, наклонившись ко мне, прошептал на ухо:

— Ты самая необычная девушка из всех, что я встречал!

И я ему верила — потому что в его глазах играл весёлый огонек, который появлялся каждый раз, когда он смотрел на меня, самую обычную девочку — Фаину Ласточкину!

Конец.

Дорогие читатели, надеюсь у вас вызвал чувства этот роман) Если есть чем поделиться, то буду благодарная вашим отзывам и комментариям об этой истории) А мы с вами не прощаемся...)

— Один! Два! Три! — за большим столом, составленным из нескольких, собрались уже хорошо знакомые лица.

Я смотрю в карие глаза и понимаю, что готова тонуть в них снова и снова.

— Десять! Одиннадцать! Двенадцать! Ура!!! С Но-вым годом!!!

Над столом разлетается серпантин из взрывающихся хлопушек, забрасывая россыпь мандаринов и попадая в миски с салатом. Наверное это самое скромное праздничное застолье из всех, что мне приходилось видеть. Никаких тебе бутербродов с икрой, селёдки под шубой или запечённой рульки. Оливье, хлеб, да мандарины — вот и всё украшение стола. Но ведь это не главное! Важнее всего то, что я впервые отмечаю Новый год не дома. Конечно мне не хватает нашей предпраздничной суеты, когда мама носится с тарелками по дому так, будто у неё забег. А папа в последний момент пытается установить ёлку без подставки, всеми инженерными способами придумывая, как именно она будет держаться при помощи подручных инструментов, которые вылёживались десять лет в кладовке и наконец-то пригодились.

— С Новым годом, любимая. — шепчет одними губами Марк, в глазах которого отражаются блики огоньков от гирлянды, развешенной прямо на стене холла.

— С Новым годом. — шепчу я ему в ответ, так и не решившись сказать ему слова, которые меня больше пугали, чем радовали.

Люблю... Разве, можно быть уверенной в семнадцать лет, что завтра ничего не изменится? Есть сегодня и мне хорошо, а что будет завтра никто не знает. И проще не привязываться, чтобы потом не было больно.

Иногда я думаю, что было бы, если тогда Маринка не встретила Марка и не поговорила бы с ним? Это моя любимая история, которую Марк и Маринка рассказывают по-разному и тут я, пожалуй, приведу версию подруги.

Ради меня Маринка договорилась о встрече с «самым невыносимым парнем на Земле», а именно Климовым. То что она оказалась одета в любимую юбку и топ с открытой спиной — чистая случайность — ведь ради этого ужа — подруга наряжаться и не собиралась. Целый день Климов мучал несчастную Маринку, пошедшую на такой благородный поступок ради меня. Собственно мучение подруги заключалось в том, что Никита сводил её в кино, после они гуляли по парку, а ближе к вечеру пошли в маленький итальянский ресторанчик. Там подруга и поведала ему душещипательную историю о том, что я и не думала водить Марка за нос. Тогда Никита предложил пойти с ним на вечеринку, но Маринка тут же отказалась, ибо — «Слишком много о себе думает этот индюк паренный!». Но, как оказалось, Климов умел быть убедительным — ну и пошла она на тусовку — потому что знала, что там может оказаться Марк, а вовсе не по той причине, что уже тогда начала понимать, что Никита ей нравится. А то — что он ей нравится — я не сомневалась. Вот только Маринка до сих пор никак не хотела это признавать.

В общем когда они пришли на квартиру к какому-то другу Климова, то Маринкин план сработал. Сладков был там в компании совершенно некрасивой, прям до ужаса страшной девушки, от которой она его спасла. Думаю это описание подруга сочинила именно для меня, потому что, зная Марка, не сомневаюсь — в его компании была крышесносная красотка. Маринка была уверена, что ей придется долго уговаривать Марка поверить в то, что я не собиралась поступать с ним как Ася. К удивлению моей подруги он сам подошел к ней и чуть ли не на коленях умолял дать ему мой номер. В это мне кстати тоже слабо верится, но зная Маринкину «романтичную натуру» без приукрашивания она не может. Когда мой номер уже был у Марка, Маринка все же сказала ему, что он сильно оскорбил мои чувства своим недоверием и поэтому трубку я не возьму. Тут уж подруга с лихвой завралась, но ей, видимо очень хотелось превратить нашу встречу в кадр из турецкого сериала, поэтому и придумала такой ход конём, так сказать. Марк должен был приехать ко мне на встречу вместо Маринки. Как оказалось, она слишком хорошо меня знает, так что план её удался на все сто процентов.

— Климов, убрал лапы от моего салата! — возмущается Маринка, ударяя Никиту по рукам.

— Я только немного — проверяю — вдруг у тебя вкуснее. — пережевывая отвечает Никита, уворачиваясь от Маринкиных ударов.

— Они одинаковые! Я брала из той же миски, что и ты! — отбирая тарелку с оливье, негодует