Заберу тебя себе - Анна Гром

Ну что ж. Я тоже. Несмотря на то, что Сталев внушал мне страх. Потому что я ничего плохого не сделала. А на обвинения у меня, благодаря Роману, уже открылась аллергия.

– Мне не нужна про вас никакая информация. Ребёнок пришёл сюда, потому что ему не с кем поговорить. У неё травма психологическая, она переживает, а вы даже внимания на неё не обращаете!

– Я сам решаю, как мне заботиться о своём ребёнке. Даже её собственная мать этого не сделала, а уж вы…

– Вы меряете всех женщин по своей жене? Как удобно, правда? И очень дальновидно. Кстати, ваша дочь ведь девочка. Внезапно, да? Вы её тоже, наверное, ненавидите? Подсознательно.

У меня задрожали колени и губы. Я была в одном купальнике, только что из воды. Полотенце лежало где-то на скамейках. Прохлада помещения пронизала меня так, будто я мокрая выбежала на мороз. Надо мной Дамокловым мечом висела угроза увольнения, и лезвие уже почти касалось моей макушки. Я дерзила, потому что мне было жаль этого ребёнка. Я лезла на рожон от страха…

У меня не было детей, даже у близких мне не предоставилось возможности понянчиться. Я не знаю, какой бы я была мамой. Но за эту девочку мне хотелось рвать глотки.

– Послушайте меня…

Он сделал шаг ко мне. Навис огромной чёрной глыбой. Я провалилась в эти ледяные глаза, в которых стремительно расширялись чёрные бездны зрачков. Он был взбешён. Я куда-то надавила ему. На очень болючее место. Со всей силы дёрнула дикого зверя за усы. Сталев открыл было рот, но у меня резко зазвонил телефон.

Снова эта душераздирающая баллада о материнской любви. Да что ж я забыла мелодию-то заменить?!

– Арина, ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! – мама кричала ультразвуком, так что даже не требовалась громкая связь. Я отодвинула трубку от уха, чтобы не оглохнуть.

– А что происходит? – севшим голосом уточнила я. Она здорово меня напугала.

– Я ехала мимо твоего дома, решила заскочить в гости, проверить, как вы там. А там КАКАЯ-ТО ЧУЖАЯ БАБА!!! Роман сказал, что вы разводитесь и он плевать на меня хотел! Что это значит, Арина?!

– Мы разводимся, – тяжело сглотнув ответила я.

Это уже ни в какие ворота. Роман должен был приехать и забрать свои пожитки, но никак не гнездоваться там со своей кассиршей снова! И ещё так подставлять меня перед матерью. Зная, какой у неё характер и как я от неё порой огребаю!

Можно было лишь только представить масштабы скандала, который произошёл там в моё отсутствие. А я здесь, сейчас, словно сторонний наблюдатель. Будто пришла в цирк и смотрю представление, которое мне не нравится. Но встать и выйти почему-то не могу.

Что же меня держит?

За какие такие ниточки меня продолжают дёргать?

– Вы разводитесь? Он тебе изменил и таскает в мою квартиру какую-то бабу?! Что-т как-то жирно, не находишь?! Я вызвала полицию, сказала, что в моей квартире чужие люди.

– А полицию зачем?!

На потеху соседям, наверное.

– Потому что по закону она не имеет права там находится! – взвизгнула мама.

– Я приеду и выгоню их оттуда.

Я старалась выдерживать спокойный тон, не поддаваться на провокации, не втягиваться в мамину истерику.

Я и так знаю, что в моей жизни произошла катастрофа. О которой матери я рассказывать не собиралась. Потому что вместо поддержки я снова и снова буду слушать крики, оскорбления, угрозы, истерики.

Это её натура. Она всегда была такой и сдерживаться не считала нужным. Потому что считала, что я никуда не денусь и кругом от неё завишу. И что моё замужество лишь попытка доказать, что я могу принимать решения сама, без её участия. А то, что попытка оказалась провальна, лишь добавила бы ей ещё больше поводов для того, чтобы третировать меня.

Я понимала, почему она такая. Но никто не хотел понимать меня.

Моё терпение не может быть вечным.

– Арина, ты в своём уме? Ты же размазня! Кого ты собралась там выгонять без полиции! Я говорила, тот ещё типчик этот твой Роман. А ты меня не слушала! Я в твоём возрасте такой дурой не была! Ох, не в меня ты, не в меня!

– Я знаю. В отца, которого ты ненавидишь.

– Да как ты со мной разговариваешь! Я ведь и тебя оттуда выставить могу!

– Как скажешь, – сухо ответила я.

Мама снова решила показать, кто тут главный. Снова решила посамоутверждаться об меня. Я отключила телефон и добавила её в чёрный список.

С меня хватит.

Я бросила трубку. С ужасом понимая, что Сталев слышал весь разговор. Слышал весь мой позор и стыд.

Слышал, как обращается со мной моя же мать.

И что творит мой почти уже бывший муж.

Я оперлась на поручень, чувствуя, как подкашиваются ноги. В голове крутились мысли о том, как всё рушится в одночасье. Как будто карточный домик, который я так старательно выстраивала все эти годы, вдруг рассыпается на глазах.

У меня оставалась одна тренировка. Одна тренировка, и я побегу решать вопросы. Нырну в чудовищный скандал с головой, как в ледяную прорубь. В бойню, в которой никого не на моей стороне. В которой против меня действуют два фронта.

Пора всё это прекращать.

Сталев смотрел на меня так пристально, и я не могла понять, что там за мысли прячутся за этим стальным взглядом. Я ожидала чего угодно, но больше – увольнения.

Тогда это точно будет поворотная точка в моей жизни. Точка невозврата. Полное падение и крах.

У меня абсолютно ни к черту нервы. Но это объяснимо. Правда, обычно всем плевать.

– Кира, пойдём, – строго сказал Сталев в сторону поникшей девочки. – С вами мы позже договорим, Арина Вадимовна.

Я ехала домой с трясущимися руками, абсолютно не представляя, что меня ждёт там.

Едва не попала в аварию, хотя было солнечно и дождя не ожидалось. Вела машину, как попало. Концентрации никакой, в голове шумело, тревога зашкаливала.

Я не сменила замки в тот же день, глупая. Надеялась на то, что у Романа сохранились ещё остатки совести и, даже если он вернётся, то просто заберёт вещи и уйдёт.

Если бы я знала заранее, каким это будет страшным упущением с моей стороны!

Я просто закрылась от всего, ушла в себя, залезла под одеяло и уснула тяжёлым