Разведенка в 45! Найти любовь в сети. ( Не) Идеальный мэтч - София Брайт

— Что именно? — стараюсь сохранять спокойствие, делая глоток лимонада.

— Это быдло — твой муж?

— Слышал, Гош, а я всегда говорила тебе, что ты не принц, — усмехаюсь.

— И тебе это нравится, цыпа, — подмигивает мне бывший, посылая воздушный поцелуй.

Я ничего не отвечаю, понимая, что он сделал все, чтобы отомстить Сергею за неудачное свидание, и даже не пытаюсь как-то обелить себя в его глазах.

— Так вот, Серег! Надо, чтобы в браке всегда было место перцу.

— То есть… вы отпускаете свою женщину на встречи с другими?

— Да, а че такова? — делает вид, будто действительно не понимает, что в этом такого. — Уйдет-то она со мной. Хотя, знаешь, скажу тебе по секрету, — наклоняется ближе, понижая голос: — Если мужик ей заходит, то мы его берем третьим.

А вот тут у меня жидкость идет не в то горло и я закашливаюсь, потому что это уже чересчур.

— Куда… третьим? — становится белее скатерти Сергей.

— Ну что ты как маленький? Конечно же в постель! Будешь сегодня третьим?

Челюсть Сергея болтается где-то внизу, и его мир, кажется, только что сошел с оси. Он медленно поворачивается ко мне. Смотрит шокированным взглядом, медленно мотая головой, затем кивая, а затем снова мотая.

— Я на такое… не подписывался, — поднимается он с места.

— Зря! Она знаешь какая у меня горячая, — говорит Гоша.

Но Сергей его уже не слышит, стартуя к выходу.

— Маме привет! — кричу ему вдогонку.

А потом перевожу взгляд на Михеева.

— Ну ты и свинья, Гоша!

— Не благодари, киса, — произносит он.

И я начинаю истерично хохотать.

— Вот видишь, со мной ты сразу повеселела. Не то что с твоим… очкариком, — говорит Гоша, когда я перестаю смеяться.

— Что ты здесь делаешь, Михеев? — смотрю на бывшего, понимая, что совсем не злюсь на него за то, что прогнал этого мамкиного бизнесмена.

— Я? — псевдоудивленно спрашивает он. — Отдыхаю.

— Один? — не верю, что это лишь стечение обстоятельств и он совершенно случайно оказался здесь.

— А что такого? — разводит руками. — Думаешь, я плохая себе компания?

— Честно? Очень похоже на то, что ты следишь за мной.

— Я? Надь, ты и впрямь считаешь меня таким маньяком, что мне больше заняться нечем, кроме как следить за бывшей женой? — отпивает из бокала свой напиток.

— Ну тебе же зачем-то понадобился этот спор.

— Не зачем-то, а с вполне конкретной целью, — отвечает он спокойно, будто мы разговариваем о погоде.

— Это же глупо, Гош. Ты ушел, потому что я тебя не устраивала как жена. Так зачем хочешь обратно? Я не изменилась. Не собираюсь с тобой молодиться, рассекая на байке, бегать по ночным клубам и напиваться в хлам. Мне все это неинтересно.

— А я разве этого требую от тебя? — в голосе слышится раздражение.

— Ну… На самом деле мне уже неинтересно, что ты требуешь, — допиваю содержимое бокала. — Потому что ты сделал свой выбор, когда уходил. И вне зависимости от того, что ты там думаешь, я не сидела и не ждала тебя.

Я жду, что он взорвется, начнет спорить, доказывать. Но Георгий лишь медленно ставит бокал на стол. Стук стекла о столешницу звучит неожиданно громко в почти пустом зале.

— Знаю, — говорит спокойно. — Это-то меня и добивает. Ты справляешься без меня. Прекрасно справляешься. Карьера, внуки, подруги, тренажёрный зал... У тебя всё есть. Всё, кроме...

— Кроме чего? — не удерживаюсь я, хотя внутренний голос кричит заткнуться и уйти.

— Кроме человека, который знает, что ты спишь, только если проветришь комнату и простыни будут прохладными. Которому не надо объяснять, почему ты ненавидишь фильмы ужасов и обожаешь запах мокрой земли после дождя. Который помнит, как ты плакала от счастья, когда у Яны прорезался первый зуб, потому что до этого боялась, что наша дочь будет беззубой, — он говорит без эмоций, смотря мне прямо в глаза. — И того, кто знает, как ты не любишь впускать в свой круг новых людей. А ушел я не потому, что ты меня не устраивала, Надя. Ушел я потому, что сам себя не устраивал. Испугался. Испугался, что вот она — старость, расписанная по графику: дача, внуки, давление, таблетки. Больше не было тех ярких эмоций, что в молодости. И я наивно полагал, что сумею их найти. Испытать то, что испытывал, когда мы были молодыми.

— И как? Поймал? — спрашиваю я, чувствуя, как пульсирует в висках.

Мне не нужно сидеть напротив бывшего и слушать его откровения. Чем бы он ни руководствовался, он предал меня. Подвел…

Гоша горько усмехается.

— Поймал пустоту и одиночество. А еще знаешь что понял? Что все это, яркое, острое, оно… быстро приедается. От этого устаешь. И по факту нужно совершенно не то. А хочется чего-то теплого, удобного…

Внутри меня все закипает. Потому что мало этому подонку было меня унизить своим уходом, так сейчас он смеет жаловаться на то, как сильно устал от своей насыщенной эмоциями жизни! Ну не подонок ли?

Хочется встать и залепить ему пощечину. Но это будет слишком щедро для него, верно?

— Как у тебя все интересно выходит. Ты можешь жить в свое удовольствие, но почему-то считаешь, что там, где удобно, тебя всегда ждут, — пытаюсь я парировать, но шпилька выходит какой-то скомканной.

— Я хочу сказать, что я — идиот, — резко выдыхает он, наконец глядя мне прямо в глаза. В его взгляде нет привычной усмешки. Только растерянность.

Я молчу. Весь мой гнев, вся обида куда-то утекают, оставляя после себя странную, щемящую пустоту. Вот только он припозднился со своей исповедью.

— Это самый нелепый способ пытаться все вернуть, Георгий, — наконец говорю я, отводя взгляд.

— Знаю, — он снова усмехается, но уже как-то по-другому. — Зато честный. Шесть месяцев. Если за это время ты найдешь того, с кем тебе будет лучше, чем со мной... я исчезну. Слово Михеева. А если не найдёшь...

— Тогда я признаю, что мой поезд ушел и верну твою фамилию? — заканчиваю я за него, ирония снова возвращается в мой голос. — Иди к черту! — поднимаюсь с места. — Знаешь, Гош. Ты, может, и нагулялся. Но теперь моя очередь! Я помогала дочке, когда ей было особенно тяжело. Сейчас тоже с радостью беру к себе мальчишек, но Яне уже не так сложно с ними. А значит, теперь пришла моя очередь гулять, испытывая новые эмоции.

— Какие эмоции? — он смотрит на меня удивленно.

— Буду ходить на свидания и соглашаться на любые авантюры. И надеюсь, что это был первый и последний