Джанет Иванович - Одна дамочка с пистолетом
- Я пришла сюда, как представитель государственной службы на страже закона. Пришла в поисках информации, которая помогла бы мне вернуть Джо Морелли, и не давала вам повода по-другому истолковать мои намерения. Я руководствуюсь профессиональными интересами и жду, что вы отнесетесь к ним с уважением.
Рамирез притянул меня поближе.
- Кое-что ты должна уяснить относительно этого Чемпа, - заявил он. - Во-первых, ты не указываешь Чемпу насчет уважения. И, во-вторых, заруби себе на носу, Чемп всегда получает, что пожелает.
Он встряхнул меня. - Ты знаешь, что Чемп хочет прямо сейчас? Чемп желает, чтобы ты с ним была любезна, малышка. По-настоящему мила. Даже не думай ему отказать. Выкажи немного уважения.
Его взгляд сместился на мою грудь. - Может, продемонстрируешь ему немного страха. Ты боишься меня, сука?
Любая женщина с Ай Кью больше двадцатки боялась бы Бенито Рамиреза.
Он ухмыльнулся, и волосы на руках у меня встали дыбом.
- Ты сейчас напугана, - произнес он своим шепчущим голосом. - Я чую это. Дерьмовый страх. У тебя от него трусики становятся мокрыми. Может, я засуну свою руку в твои трусики и проверю.
У меня в сумке был пистолет, при необходимости я могла пустить его в дело, пока еще не поздно. Хотя десятиминутный инструктаж не сделал из меня первоклассного стрелка. Что ж, прекрасно, сказала я себе. Я не хотела никого убивать. Я только хочу, чтобы все они отступили и дали возможность убраться из этого притона. Я стала шарить рукой в сумке, пока не почувствовала на ладони пистолет, тяжелый и твердый.
Достань оружие, приказала я себе. Прицелься в Рамиреза и смотри уверенней. Могла ли я нажать на курок? Честно признаюсь, я не знала. У меня были на этот счет сомнения. Я только надеялась, что до этого не дойдет.
- Убери руку с моей шеи, - пригрозила я. - Последний раз говорю.
- Никто не указывает Чемпу, что делать. - Взревел он, самообладание покинуло его, лицо перекосилось и стало уродливым. Хватило мгновения, чтобы открылись шлюзы, и я ощутила всплеск внутреннего «я» - всплеск бешенства, адского пламени и ненависти столь сильной, что у меня зашлось дыхание.
Он схватил подол моей юбки, и сквозь собственный визг я услышала треск материи.
В критический момент, когда срабатывает инстинкт, человек хватает, что оказывается под рукой. Я совершила то, что любая американка сделала бы при подобных обстоятельствах. Я наотмашь стукнула Рамиреза по голове своей сумкой. С пистолетом, пейджером и другими разнообразными атрибутами, сумка, должно быть, весила фунтов десять.
Рамирез отшатнулся в сторону, а я стрелой ринулась к лестнице. Я и пяти футов не преодолела, когда он схватил меня за волосы и швырнул через зал как тряпичную куклу. Я потеряла равновесие и шмякнулась на пол вперед лицом, первыми ударились руки, проехав по шершавому дереву, за ними последовало тело, удар вышиб воздух из моих легких.
Рамирез распластал меня своей массой, рукой грубо вцепился в волосы, немилосердно дернув. Я схватилась за сумку, но не смогла достать пистолет.
Вдруг я услышала треск мощного оружия, и переднее окно разлетелось вдребезги. Началась пальба. Кто-то опустошал в клубе обойму. Мужчины бегали и стреляли, ища укрытие. Рамирез присоединился к ним. Я тоже двигалась как краб, по полу, ноги не держали меня. Достигнув лестницы, я встала и рванула к перилам. Я миновала второй этаж, слишком паникуя, чтобы скоординировать свои передвижения, и наполовину проползла покрытый потрескавшимся линолеумом первый этаж, достигнув улицы. С трудом волоча ноги, я пошатывающейся походкой вышла в жару на слепящее солнце. Чулки были порваны, коленки кровоточили. Я повисла на дверной ручке, переводя дыхание, когда чья-то рука легла мне на плечо. Я подпрыгнула и завизжала. Это был Джо Морелли.
- Ради Бога, - воскликнул он, дернув меня вперед. - Только не стой здесь. Двигай задницей!
Я не была уверена, что Рамирез сейчас озабочен тем, чтобы кинуться вниз по лестнице взыскивать с меня долг, но казалось разумным прекратить тут околачиваться и что-то выяснять, поэтому я зацокала на каблуках за Морелли. Легкие горели от недостатка кислорода, юбка задралась выше бедер. Кэтлин Тернер удалось прекрасно воплотить эту картину на большом экране. Я же смотрелась менее эффектно. Из носу текло. Я мычала от боли и всхлипывала от страха, издавая ужасные животные звуки и приговаривая изобретательные обещания Господу.
Мы свернули за угол, пересекли переулок в следующем квартале и побежали по узкой тропинке между дворами. Тропинка петляла между брошенными одиночными деревянными гаражами и переполненными дырявыми мусорными баками.
Сирены завывали в двух кварталах от нас. Явно парочка «круизеров» и «скорая помощь» откликнулись на перестрелку. Прошлые ошибки подсказывали мне, что нужно держаться поближе к клубу и обратиться к копам, чтобы помогли последить за Морелли. Но в следующий момент я вспомнила, что меня почти изнасиловали и побили.
Морелли резко остановился и толкнул меня в пустой гараж. Двойные двери были отогнуты достаточно, чтобы проскользнуть внутрь, но недостаточно широко, чтобы случайные прохожие могли что-нибудь разглядеть снаружи. Пол был покрыт грязью, воздух был сперт, и воняло металлом. Я оценила иронию. После всех этих лет, снова я очутилась в гараже с Морелли. Я могла разглядеть гнев на его лице по ожесточившимся глазам и сжатым уголкам рта. Он схватил меня за жакет и припечатал к необструганной деревянной стене. От толчка с балок посыпалась пыль, и зубы мои клацнули.
В голосе его слышалось еле сдерживаемое бешенство.
- О чем, черт возьми, ты думала, отправляясь на прогулку в гимнастический клуб наподобие этого?
Он подчеркнул конец предложения, еще раз встряхнув меня, чем вызвал еще один шквал грязи, накрывший нас.
- Отвечай! - приказал он.
Боль была сумасшедшей. Я заупрямилась. Теперь вдобавок к оскорблениям и ушибам, мне еще угрожал Морелли. Это было почти также унизительно, как факт, что он меня спас.
- Я искала тебя.
- Мои поздравления, ты меня нашла. Ты также уничтожила мое укрытие, и я от этого не в восторге.
- Ты наблюдал за клубом с третьего этажа из дома напротив.
Морелли никак не прореагировал. В темноте гаража его глаза стали еще темнее. Я мысленно похрустела костяшками пальцев.
- И сейчас, считаю, остается только одно.
- Не могу дождаться, чтобы услышать.
Я сунула руку в сумку, вытянула пистолет и ткнула Морелли в грудь.
- Ты арестован.
Его глаза распахнулись от изумления.
- У тебя есть оружие! Почему же ты не использовала его против Рамиреза? Боже, ты ударила его сумкой, как девчонка. Почему, черт возьми, ты не воспользовалась своим дерьмовым пистолетом?