Два босса для Снегурочки - Tommy Glub

Едва я оказалась на его коленях и уже была в плену его губ, рук. Мужчина нетерпеливо ворвался языком в мой рот, смял губы, поднял юбку, сжал ягодицы. А после я услышала треск — он порвал колготки.

— Позволяешь? — хрипло стонет Алан, когда его пальцы давят на мои мокрые трусики. Господи, что со мной… Почему всё так…

Царапает меня своей щетиной, облизывает кожу на шее, кусает мочку уха и у меня вырывается стон прямо ему в ухо.

— Да, пожалуйста, — прошу я, всхлипнув.

— Мать твою, детка... — не нужно просить дважды, он быстро освобождает свой член и довольно садит меня на него, заполняет полностью и сквозь блузку сжимает мою грудь. Я начинаю двигаться, опираясь о плечи мужчины и не слыша, что творится вокруг. Куда мы едем? Где мы сейчас?

Волосы путаются, я их распустила еще в офисе и теперь именно их путает пальцами мужчина. Алан прикусил губу, рассматривая, как я двигаюсь и в его глазах отражается всё его желание.

Он остановил меня, впился пальцами в мои бёдра и ускорился так яростно, так жарко, так, что я скоро уже ничего не соображаю и просто цепляюсь за его рубашку, кусаю его губы… Его член размашисто проходится по моим чувствительным стеночкам, и меня выгибает в мучительно сладком оргазме. По всему телу проносится такой ураган, что мне не хватает сил сдерживаться. Я же быстро встаю и опускаюсь губами к его органу и помогаю ему кончить, прямо внутрь, глубоко, с хриплым стоном и откинувшись на спинку сиденья.

Проглатываю все до последней капли, поднимаюсь и встречаюсь с затуманенными глазами.

Облизнула губы и смущенно улыбнулась.

— Ты порвал мне колготки.

— Я бы порвал не только колготки, крошка, — пряча упавший член и застегивая ширинку, произнес он.

— Это всё шампанское… Прошу, больше не поддавайся на мои…

— Тебе не понравилось? — он закурил, выдыхая прямо в салон горький дым.

— Ты женат, — тихо шепчу.

— Женат? — мужчина растерянно смотрит на свое кольцо. Усмехается. — Это не то, как ты думаешь, малышка. Я… В процессе развода.

— Тогда почему тогда на Новый год его не было? Это ведь сразу отпугнуло бы меня, — ой сомневаюсь, что я вообще соображать могла тогда.

— Все сложно, малышка. Простишь, если я не стану отвечать? — мужчина провел пальцами по моей шее. Я прикрыла глаза.

— Прощу. Я тебе никто. Секс без обязательств и всё такое, — и почему я постоянно несу этот бред? Никогда не верила в секс по обязательствам, а тут только им и занимаюсь…

— Да, это хорошая формулировка, — он облизнул губы. — Беги домой и выспись.

Я осторожно приближаюсь к его губам и улыбаюсь.

— Ты тоже отдохни. Я ещё ни разу за месяц не видела тебя таким расслабленным… Как сейчас.

— Я же тебя сейчас увезу и буду трахать всю ночь, — жарко отвечает он, а я вся вновь задрожала от желания.

— О, господи... — вырвалось у меня.

— Беги, умоляю, крошка, — стонет он, задышав чаще и дернув меня за волосы. — Сладких снов.

Желает он, когда я спрыгиваю с сиденья на асфальт. Я обернулась, улыбнулась и закрыла не сильно дверь.

Бегу к подъезду и внутри уже тяну юбку вниз, пытаясь скрыть порванные колготки. Кажется, не важно — в чём я. Они оба порвут всё, что мешает им овладеть мной при удобном случае.

Грех отказываться от подобного приключения. Я хочу побыть немного аморальной, чтобы самой себе доказать, что я могу… Быть интересной таким мужикам.

Глупая, глупая Тая.

— Ты где была? — с порога спрашивает брат. Я усмехаюсь на его нарядец. В передничке, майке и шортах, мешает что-то в таерелке и прищуривается, рассматривая меня.

— Я была… На работе, — усмехнулась. — Где Тёмка?

— Они с Таней режут зажарку. Ты ёбнулась? — это спрашивает тише. — Быстро снимай колготы!

— А что ещё снять?

— Тая! Иди быстро, — он толкает меня в ванную. — А потом расскажешь, кому ты позволила трахнуть себя. Холодная королева, бля!

— Ты как со старшей сестрой говоришь? — возмутилась я.

— Да за тобой надо следить ещё внимательнее, чем за Танькой! — шипит брат. — Иди давай.

Душ немного отрезвляет. Я улыбаюсь, выдыхая и думая, что с ними мне всё же повезло. С семьёй. Они не говорили ничего плохого, когда я залетела. Это же настоящий залёт! От первых встречных, непонятно где и непонятно куда при этом смотрела я сама.

Хотя я тогда слепла от жарких губ и рук на себе. Дааа…

На кухне хаос. Тёмка весь в морковке, Таня хохочет с хозяюшки Тошки. А сам брат, кажется, и руководит всем процессом.

— Голодная? — улыбнулась сестрёнка.

— Нет, — качнула головой. — Спасибо.

— Тогда помоги Тёмке. А то морковку мы так и не увидим, — смеётся она.

Я быстро подхватываю сына, усаживаю его рядом и сжимаю.

— Мама соскучилась, пара минут, — шепчу. Сын спокойно улыбается и вздыхает, терпя прилив нежности. А то как с Тошкой повёлся, сразу стал “мужиком”! Тоха даже уже показывал как бриться. Пока я закатывала глаза и ждала своей очереди.

Ужин готов уже через пол часа. Тёмка ест, рассказывает как они провели день. А после убегает в гостиную, чтобы час позалипать в приставку.

— Что это вообще ты творишь? — Тоша начинает сразу, но, благо, плескает мне немного ромчика. Я чокаюсь с ним и немного пью.

— Перестань меня отчитывать, как маленькую, — отмахиваюсь.

— Чья тачка?

Вот чёрт, всё же видели.

— Босса моего.

— И что же ты там так долго делала? — хмыкнул Тоша. — Доки подписывала?

— Даже если и то, что ты так хочешь услышать, что дальше?

— А то! — Антон хмыкает. — А то, что ты, дорогая моя, за эти десять лет не была уличена с мужиками. Нет, ты на свиданки даже ходила! Не спорю! Но чтобы ты заваливалась домой вся… Вот такая счастливая…

— Отстань, а? — хмыкаю. — Ну, да… И что?

— Это же хорошо! — Таня смотрит на брата, лупит его по руке и после улыбается мне. — Ты только осторожно, хорошо? Он же не обидит тебя?

— Он… — я понижаю голос. — Он, возможно, отец Тёмы… Так что тут не понятно, — хмыкаю.

Двойняшки переглянулись и выдали:

— Что?

— Так это был твой босс?! — Таня, кажется, не верит собственным ушам. Она моргает, таращась на меня, как на внезапно заговоривший тостер.

Тошка, который до этого просто внимательно слушал, кладёт локти на стол, переплетает пальцы и медленно качает головой:

— То есть… ты не просто оказалась в машине какого-то мужика. Ты… с ним… — он не договаривает, но его