Его безумие - Эми Лия

— Я-я не понимаю о чем ты. — мои глаза, в какой-то момент заслезились и я поняла, что довольно долго не моргала. Тело налилось свинцом, и мне непреодолимо захотелось пройтись, размяться и желательно как можно дальше отсюда, около дома, например, чтобы не чувствовать уплотнившийся воздух, что никак не хотел проникать мне в лёгкие.

Вика, что она наделала? Что ему наплела?

Я судорожно выдохнула. Глаза забегали по предметам мебели, метаясь от одного к другому, будто в них я могла найти решение.

Нет, она не могла ввести Кира в заблуждение — это просто невозможно!

Вика дорожит отношениями с Марком, а следовательно, должна соблюдать правила, а именно не связываться с Вороном. То самое условие, которая я посмела нарушить. Чего сестре не занимать, так это мотать на ус чужие ошибки.

Почему же Кир тогда здесь? Что за бумаги расположились между нами и почему мой ребенок выставлен как товар на чёрном рынке? Как такое вообще возможно?

Я пыталась найти ответы в холодных глазах напротив, но там наткнулась только на непроницаемость и решимость.

Он что-то задумал и теперь ждал пока я дам ему те ответы, которые приведут меня в тупик, из которого он милостиво предложит выход.

Черт, я виделась с Киром всего пару раз, но уже подкоркой чую как вокруг меня оплетается липкая, белая паутина и как бы я не пыталась извернуться, прилипаю к её стенкам, затягивая петли уже на своей шее.

— Моя сестра, просила сделать для неё тест ДНК, который она хотела подсунуть Марку и выдать моего ребенка за своего. — я ждала от Кира хоть какую-то реакцию, но он не спешил меня перебивать или задавать новый вопрос. Молчание затягивалось и я не выдержав напряжения, продолжила: — Я отказала. Она ушла и больше мы с ней не виделись. Черт, зачем я тебе все это рассказываю? Ты и так все знаешь!

Кир скривился на последних словах так, словно ему под нос сунули тухлую рыбу и потянулся к папке, из которой отлистал пару бумаг, вытащив на свет лист с круглой печатью.

— Договор о сур-ро-гатном материнстве. — почему-то начала заикаться я, вчитываясь в заглавные буквы, выведенные большим шрифтом. — Не понимаю, причем здесь мой ребенок и этот договор?

Я нахмурилась, как вдруг меня осенило. Я стукнуло ладонями по столу, на радостях, что этому нашлось логичное объяснение.

— Ах… Стойте. Кажется припоминаю, Вика просила принести в клинику биоматериал Марка, возможно как раз для подсадки эмбриона. Хотя Маров вылил содержимое баночки в раковину. Не понимаю… — ладони соскользнули вниз, уже бессознательно теребля собачку на моей куртке, издавая шаркающие звуки.

Быть может, Вика соскаблила немного с… да нет, этого не может быть. Все должно быть стерильно. А Марк бы не дал ей ещё одной возможности воспользоваться своим семенем. Но все равно что-то не вяжется. Даже если бы сестре удалось заполучить его материал, то она бы подсадила его себе, и являлась бы настоящей матерью, а не суррогатной.

Я почувствовала, как от лица отхлестнула краска. Поддалась назад, как от удара, ощущая как узкая спинка стула соприкоснулась с лопатками.

— Уже догадалась? Это твой договор, Алина. Ты суррогатная мать Софии. Биологические родители — Марк Маров и Виктория Морранова.

— Нет, это подделка. Я проходила обследование, я наблюдалась у гинеколога. Все зафиксировано и уж точно, я не подписывала никаких бумаг. — уложила локти на стол, сцепив руки в замок. Это абсурд какой-то. Как вообще это понимать?

— Да, подделка и очень качественная. Подкупили твоего врача, который вёл твою карту в родном городе, так, словно ты вынашиваешь ребенка для других людей, пересылая твои анализы и данные о здоровье, биологическим родителям. Пока ты думала, что Он от тебя отстал, твоя сестра провернула за твоей спиной нехитрый трюк.

— Марк видел меня в той клинике вместе с Викой и мог догадаться, что я беременна.

Кир как-то разобрал мое бормотание, ответив:

— Вот именно. Он стал задавать вопросы, интересоваться тобой. Но разве твоей сестре это было на руку? Она его окучивала, соблазняла, подкладывалась ещё до того, как вы завели отношения и все равно он выбрал тебя. Ты действительно думаешь, что она не предприняла попыток переубедить его?

— Значит, частную клинику оплатил Марк? — безжизненным голосом произнесла я. Мои догадки все же подтвердились.

— Да. Побоялся за твое здоровье. Ты была такой слабой, изнеможённой. Он наблюдал издалека, беспокоясь за тебя. За вас. Должен сказать, твоя беременность выбила его из колеи, позволив мне увести из под его носа ресторан, выиграв тендер.

Что? Какой тендер? Ах-да, пока моя жизнь встает с ног на голову, для Ворона это прежде всего бизнес.

— Зачем ты это мне говоришь?

— Потому что это правда. Ты важна для него. Даже спустя столько времени.

Тише Алина, не время для слез. Не время для чертовых слез!

Нижняя губа предательски задрожала и я впилась взглядом в идеально выглаженную рубашку, обводя взглядом пуговицу у его солнечного сплетения. Я не могла смотреть ему в глаза, они словно обжигали, когда я чувствовала его пристальное внимание на себе, но мне нужно успокоиться.

Он высасывал из меня здравомыслие, оставляя на его месте притупляющий страх.

— Марк не поверит, что моя София имеет отношение к Виктории. — мои губы растянулись в кривой усмешке. Я затрясла головой как болванчик, не веря в происходящее. — Если он понял, что я была беременна и как ты говоришь, оплатил мое пребывание в частной клинике, то и сроки он легко мог посчитать. Он не идиот…

— Не забывай, что на фоне стресса, ты родила восьмимесячного ребенка. А следовательно, ты могла нагулять его от кого угодно. Или же согласиться на крупную сумму, предложенную сестрой.

Из меня вырвался полусмех-полустон.

Я лихорадочно сжалась, ощущая расплавленный металл в моих венах, который лился по моему телу, оголяя нервные окончания.

Медленно, пуговица за пуговицей, я позволила себе посмотреть на него. Глаза в глаза. Мои, полные слез и отчаяния и его, пустые, лишь с тлеющим дьявольский огнём в глубине, отражающие его мысли.

Именно он произвёл на меня ошеломительное впечатление, заставляя отодвинуть эмоции и дать себе время подумать, прежде чем он заведет меня не туда.

Разве Марк не предлагал мне денег? Не сулил все, что у него есть? Он хотел свадьбы и был готов разделить со мной все. И кому как не ему знать, что деньги не помогли ему сблизиться со мной. А значит, он понимает, что сестра не смогла