Проект Алиса Громова - Алёна Май

Нет, Алиса точно заболела, раз стала думать, что Матвей — идеальный. Он же эмоционально ограничен, или нет?..

— Какие у тебя симптомы? В аптечке одни только спазмолитики.

Алиса простонала что-то нечленораздельное.

— Говори. Я схожу в аптеку.

— Не надо. Сгинь, — прогоняла его Алиса, уже пролистывая каналы на ТВ.

Матвей закатил глаза. Надо же, у Алисы научился.

— Горло болит и слабость, — сдалась она.

— Понял. Не смей закрывать дверь, или я вызову МЧС.

— Иди уже, — она махнула ему вслед в надежде, что он уже перестанет ее доставать. Она не привыкла к такой заботе.

* * *

Матвей не то что удивился, а был возмущен тем, что аптечка Алисы не спасала от обычной простуды. То есть в ней не было ничего похожего на ибупрофен, парацетамол или хотя бы леденцов для горла. Зато была гора таблеток для живота. Неудивительно, она же поглощала нездоровую пищу в промышленных масштабах.

С аптекой он разобрался быстро, и вернулся спустя минут двадцать. Матвей застал Алису уже рыдающей над какой-то мелодрамой.

— И что ты смотришь сейчас?

— «500 дней лета».

— Ты даже не дошла до того самого момента, — Матвей знал эту мелодраму.

— А мне уже грустно! — Алиса зашлась рыданиями.

Матвей обреченно вздохнул и сел на кровать поближе к Алисе и потрогал её лоб, она поёжилась.

— Прекрати реветь. Я просто уже не знаю, как на это реагировать.

Алиса протянула к нему руку, он нехотя вложил свою ладонь в ее и крепко сжал. Рука Алисы была ледяной.

— Я ждала лекарство, а не… это.

Матвей прокашлялся и даже смутился.

— Да. Сейчас.

Алиса не отрывалась от киноленты. Он оставил ее одну, уйдя на кухню, чтобы налить воды и поставить чайник. Сделает ей позже чай с лимоном и имбирём. Его мама всегда так делала.

На памяти Матвея Алиса ни разу не болела. Чувство вины не отпускало его. Большая часть болезней от нервов, а они слишком уж перенервничали прошлым вечером. И снова они совсем одни в замкнутом пространстве.

— Держи, — Матвей протянул Алисе таблетку ибупрофена, перед этим смерив ей температуру. Градусник показывал 38 градусов. Хреново. — Воду мелкими глотками.

Алиса оказалась послушным пациентом. Еще бы. Лежать в кровати и смотреть без остановки кино — ее Римская империя. Так простодушно и… Блядь, даже в ее уязвимости Матвей видел очарование.

«Какого хрена⁈» — возмущался он про себя.

— Хозяин, — протянула Алиса из комнаты.

Кажется, ей стало лучше, раз она вернулась к этому дебильному обращению.

— Что такое?

— Я хочу в туалет, — она спряталась по самый нос в одеяло, но видно было как раскраснелись ее щеки.

— Я тут причем?

— Кажется, я не дойду, — смущенно произнесла Алиса.

Матвей попросил вселенную дать ему сил, но в итоге помог Алисе дойти до уборной. Он вышел за дверь, но не стал ее закрывать — Алиса была как кипяток.

— Кайф! — удовлетворенно издала Алиса под недвусмысленное журчание. — Я все.

Просто… прелесть. Матвей сжал челюсти, и помог Алисе вернуться в кровать. Она сжала его запястье со всей силы, если в этом больном теле вообще была какая-то сила.

— Полежи со мной, — вдруг жалостливо попросила Алиса, хотя до этого гнала его прочь.

В какой-то степени он ее понимал. Стоило Матвею заболеть — и он превращался в беспомощного котенка, которому не хватает ласки и заботы. Но с учетом прошлого вечера, любой контакт с Алисой воспринимался им как вызов.

— Хорошо.

Он принялся раздеваться.

— Что ты делаешь? — удивилась Алиса, когда он уже почти остался в одних трусах.

— Мне залезть в кровать в грязной одежде? — удивился Матвей.

Алиса лишь прикрыла глаза рукой. Ее не заботило, что она сама в одном нижнем белье, но смутил полуголый Матвей. Весело. И волнительно. Особенно после того, как она вчера светила перед ним своей голой грудью.

Матвей сглотнул. Возможно, слишком громко, но она не заметила.

Он потеснил Алису на кровати, забираясь под одеяло и обнимая. Она устроилась на его плече, и было ощущение, что так должно быть всегда. Матвей действительно, черт возьми, ощутил, что так правильно. Правильно, что Алиса с ним в одной постели. Правильно, что он ухаживает за ней в болезни. Все правильно. Сколько раз он произнес в своих мыслях слово «правильно»?

— Ты холодный, — поежилась Алиса, но прижалась сильнее, закидывая на него ногу. Все усилия были направлены на то, чтобы не возбудиться в такой неуместный момент. — Какой кайф.

— Тебе надо поспать, — внутри Матвея все сжалось. Алиса была еще ближе, чем он мог себе представить, но она была больна, а он… он просто гребаный изращенец, если думал о том, что они почти голые в одной постели. И в какой момент все начало катиться в пропасть?

— Нет. Я еще не досмотрела фильм.

— Сколько раз ты его смотрела?

— Не знаю…. — просипела Алиса ему в шею. — Пять?

— Спи. Пожалуйста, спи.

Со стороны кухни раздавалось шкворчание, шипение, грохот, следом мат, а потом все по новой. Алиса приподнялась на локтях, пытаясь понять, где она, что она и когда она. Вспомнила. Она заболела, а Матвей привез ее домой. И кажется, теперь уничтожал ее кухню.

Алису всю знобило, ломило кости. Она попыталась позвать его, но за шумом Матвей ничего не услышал. Алиса поняла, что лежит в одном белье, и к ее щекам прилила краска. Это был иного рода жар — она вспомнила, как уснула у Матвея на плече и как чувство безопасности накрыло с головой. Стоило заболеть ради того, чтобы он добровольно разделся и оказался в ее кровати. Алиса слабо улыбнулась своим мыслям, а затем потрясла головой из стороны в сторону, отгоняя наваждение.

Бред. Разве она когда-либо думала о чем-то большем с Матвеем? Ей же просто не хватало секса, а не…

Из кухни снова полился отборный мат. Алиса схватила первое, что попалось под руку — джемпер Матвея, — и надела на себя. Он едва прикрывал ей бедра, хоть и был на несколько размеров больше. Она втянула носом его запах и едва не застонала. Волна теплоты и нежности окатила ее с ног до головы. Она побила себя по щекам — долой призрачные надежды, хоть её сердце и дрогнуло на