Приют для миллионера (СИ) - Микс Александра

— Когда ты успел?

— У меня было достаточно времени, поверь. Пока женщина в примерочной, можно переделать кучу дел.

— Это далеко не комплимент, — толкаю его кулаком в плечо.

Глаза Элиота блестят на солнце, отражая полную безмятежность. Я невольно краснею, а он смотрит слишком откровенно, походя на влюбленного мальчишку. У меня не выходит игнорировать свою реакцию на него, и я сразу одергиваю себя мыслями о Мартине.

— У меня есть просьба, Элиот.

— Проси, я весь твой, — смеется мужчина.

— Мне нужно в приют.

Охранник меняется в лице, его явно не радует то, о чем я прошу.

— У тебя есть телефон, Эйва, пользуйся.

— Элиот, пожалуйста, мне нужно туда попасть.

— Мы не можем так рисковать. Ты сама видела, что вышло из нашей поездки.

Я набираю номер Тэвы. Долгие монотонные гудки в трубке прерываются сигналом автоответчика.

— Не отвечает. А если что-то случилось?

— А почему должно что-то случиться?

Мы неминуемо подобрались к правде, рано или поздно пришлось бы рассказать, но я до последнего оттягивала этот момент.

— Сток сказал, что лишит меня приюта, если я…

— Если что? — нетерпеливо напирает Элиот.

— Если я не достану информацию об активах Росса.

Мужчина кривится, становясь излишне серьезным. Для него эти слова значат намного больше, чем для меня. Они с Россом в одной лодке и еще один за бортом — тот, что подстраховывает их братские спины.

— Мартин знает?

— Нет.

— Почему ты молчала? Почему не сказала?

Он не кричит, лишь меняет интонацию голоса на более важную. Мягкость Элиота подкупает, такому хочется признаваться всегда и во всем, не боясь его бурной реакции.

— Пойдем, — командует он.

Мы обнаруживаем Мартина в одиночестве: Руперта и след простыл. Все-таки перемещение людей происходит здесь со скоростью света. Каждый занят своим делом и точно знает, какую роль играет.

— Есть разговор, — кидается с места в карьер начальник охраны.

— Слушаю, Элиот, — вальяжно развалившись в кресле, отзывается Росс.

— Сток не только протянул руки к нашим делам, он уже засунул их туда по локоть.

— Что ты имеешь ввиду?

Элиот косится на меня, и более красноречивого намека Мартину не надо.

Росс встает и с тенью недоверия смотрит мне в глаза. Я уже слышу его вопросы, испытывающие меня на прочность.

— Эйва?

— Он угрожал мне, Мартин. Информация взамен на мою спокойную жизнь, — мой голос дрогнул.

— О какой информации речь?

— Твои активы.

Мартина словно током бьет от моего ответа, желваки на его скулах оживают с новой силой.

— Элиот, позвони Кайлу, назначь встречу. Пусть подъезжают в клуб Павильон.

Начальник охраны подчиняется, нехотя оставляя нас наедине.

— Значит, активы, — усмехается Росс, когда мы остаемся одни.

Как только речь заходит о предательстве, Мартина накрывает яростная волна. Кажется, даже глаза меняют цвет и полыхают огнем.

— А способ достижения цели он не уточнял?

Росс приближается ко мне и весьма осторожно притягивает за талию. Свободной рукой он проскальзывает между бедер, через ткань сжимая ладонью чувствительную кожу.

— Этим? — рычит он.

Я резко вдыхаю воздух от его грубого прикосновения, но не шевелюсь.

— Так я и думал.

Он фыркает, будто уже знает, что я его использую в своих корыстных целях. Но это все же напускное, ненастоящее, он просто так злиться, ведь по-другому не умеет.

— Почему ты не сказала мне? Или ты уже начала действовать?

— К чему ты клонишь, Мартин? Ну же, говори прямо.

— Может, ты и трахаешься со мной по указке?

— Не смей! — я срываюсь на крик.

Меня моментально заводят его подозрения, выворачивая наизнанку. Хочется влепить пощечину, чтобы остался след моей обиды на его щеке. Яркий, зудящий, такой, чтобы отпечатался в душе.

Он отходит от меня, понимая, что погорячился. Не может найти слов для извинений, строя из себя безразличного мужлана, но не удается. Я вижу, что он и сам не верит в свои обвинения. Жестокая реальность толкает его на дурацкие заявления.

— Прости, я не должен был.

Я подхожу сама и обвиваю его талию руками. Прижимаюсь к стальному торсу в попытке наткнуться на нежность.

— Зачем все это, если считаешь, что я могу предать?

Он зарывается носом в мои волосы.

— Ведь ты со мной, да?

— Я с тобой, — твердо соглашаюсь.

Мартин начинает покачиваться из стороны в сторону, словно убаюкивая меня в своих сильных руках. Ему и самому нужно успокоить зарождающуюся внутри него паранойю. Невозможно подозревать всех вокруг, но, видимо, так устроен их мир. И это я отчетливо начинаю понимать: здесь нет друзей и партнеров, есть только момент, который решает все и всегда.

— Мне пора, — Росс делает шаг назад, освобождаясь от моих объятий.

— Я тоже еду.

— Тебе там делать нечего.

— Если я с тобой, то везде.

— Хочешь с головой окунуться в обратную сторону бизнеса?

— Просто хочу понимать.

— Не сейчас, милая.

Он дарит мне легкий поцелуй и уходит, оставляя одну. В этот раз он забирает даже Элиота, который, как и его босс, по жизни пренебрегает отдыхом, испытывая пределы своего организма.

Но я рада, что сегодня остаюсь без присмотра, не считая десятка бойцов охраняющих территорию.

Что нужно сделать женщине, которой требуется помощь? Обратиться к мужчине? А если он ей не может помочь…

Достаю телефон и снова набираю номер Тэвы. Дозвониться так и не удается, что только повышает уровень тревожности. Я могу набрать номер Лиама, но не вижу в этом никакого смысла. Нужно ехать!

Знаю, что поступаю очень глупо, но это необходимость, а не каприз.

Я выбираю один из черных джипов, в котором удачно нахожу ключи в зажигании. Завожу мотор и плавно подъезжаю к выезду.

Охранник, что красуется на фоне ворот тут же подходит к водительской двери:

— Мисс Хилл?

— Мартин разрешил поехать с ним, сказал нагнать их, — кидаю я безразлично через открытое окно.

— Указаний не поступало, — недовольно чеканит боец.

— Так для тебя указаний и не было, а у меня время идет. Мистер Росс будет крайне недоволен моей задержкой.

Мужчина мнется, не зная, как поступить, и хватается за рацию, сводя мою поездку к нулю.

— Я оправдываться ни перед кем не буду, скажу, что это твоя тупость меня задержала, — надавливаю я.

Боец скрепя зубами решается и открывает ворота, но рацию не убирает. Если он все же свяжется с Элиотом, у меня будет не больше пятнадцати минут, чтобы добраться до города и затеряться в потоке.

Я выскакиваю на дорогу и несусь с максимальной для своего стажа вождения скоростью. Стрелка спидометра замирает на отметке сто двадцать километров в час. Машина максимально резвая и отзывается даже на легкий нажим педали газа.

Проходит несколько ничтожных минут, как экран моего телефона демонстрирует входящий вызов. Очевидно, Мартин уже в курсе моей выходки, раз его имя красуется на экране смартфона.

Я игнорирую звонок, зная, что очень скоро меня вернут обратно.

Добираюсь я относительно быстро и без приключений.

На территории приюта тишина, хотя, условно, еще рано для отбоя.

Дверь оказывается запертой, приходится открывать ключами.

В приемной пусто, свет погашен и за стойкой никого нет. В кабинете тоже ни души. Иду по коридору в сторону зала с вольерами для собак, ускоряя шаг.

Как только вхожу, собаки поднимают оглушительный лай, и на шум из-за последних клеток выходит Тэва. По девушке видно, что она обеспокоена и даже ждала моего появления.

— Эйва, как хорошо, что ты приехала.

— Что случилось? Почему двери закрыты?

— Приезжали трое, здоровые такие, серьезные, про тебя спрашивали. Терлись долго здесь, — взволнованно тараторит девушка. — Еле выпроводили их, заперли все двери, погасили свет. Во что ты ввязалась?

— Я и сама не до конца понимаю, Тэва. Но знаю точно, что это люди Стока, он пугал меня приютом, положил глаз на землю.