Наше небо на двоих - Алла Леонидовна Касперович

— Ага, — кивнул папа, дожевав. — Сундучок ей отвезли. Оль, — обратился он к жене, заглянув в пустую чашку, — сделай кофейку, а?

— Не сделаю, — проворчала мама, всё так же глядя в свою чашку, так и не решившись сделать ни единого глотка. — Сама пить эту пакость боюсь. — Мама принюхалась, взболтала содержимое чашки, снова принюхалась, поморщилась и вылила тёмную бурду, лишь отдалённо напоминавшую кофе, прямиком в мойку. — Фу, какая гадость!

— Что это? — Кристина с любопытством заглянула за материнское плечо.

— На пачке было написано «кофе», — проворчала мама. — Нормальный ещё вчера закончился, а мы с папой поленились за новой пачкой заехать.

— А эту где взяли? — спросила Кристина, взяв в руки ярко-красную упаковку и повертев её перед глазами.

— В шкафу валялась, — папа кивнул в его сторону.

— Лет десять, — добавила мама. — Короче, мы пока без кофе. Блин, даже растворимого нет!

Для семьи кофеманов подобный исход вполне можно было считать катастрофой.

— Блин, — обречённо повторил за мамой папа.

Кристина же отправила свежевскрытую пачку в мусорку.

— Мам, пап, вы про сундучок какой-то говорили. Что за сундучок?

— Так для рукоделия. Нитки там всякие, бусинки, пуговки. Ну, всё такое… Сама понимаешь. — Смирившись, что кофе ей пока не видать, а завтрак без чего-то горяченького в кружке — это какая-то бутафория, она засыпала чёрный листовой чай в заварочный чайник и вздохнула — всё равно не то.

— У Кати есть сундучок для рукоделия? Не знала…

— Так она куклы какие-то там шьёт, — сообщил папа, довольный тем, что в кои то веки это не он тот, кто что-то не знает в доме.

— И куклы, и платья для них, и украшения сама делает.

— Ого! — округлила глаза Кристина. — Она мне не рассказывала…

— Не переживай, дочь, — улыбнулась ей мама. — Она бы и нам не рассказала, если бы ей деньги не были нужны на все эти её ткани, бусинки и прочую мелочёвку. Только… — Она снова вздохнула, но на этот раз вовсе не из-за кофе. — Я-то думала, что это у неё просто хобби такое, а она шить научилась, чтобы руки были заняты и от еды чтоб отвлекало. Это нам в центре рассказали, Катю мы пока не видели.

— А зачем вы ей тогда сундучок повезли? Ей же, наоборот, есть надо нормально.

Пока мама снова не перетянула одеяло разговора на себя, папа поторопился объяснить:

— А это нам доктор позвонил. Сказал, что у них там в центре мастер-классы намечаются. Пациенты будут учить таких же, как они, тому, что сами умеют. А Катька наша куклы вот такие, — он показал два больших пальца вверх, сияя от гордости, — куклы шьёт!

Кристина вспомнила, что как раз видела очень красивые самодельные куклы в комнате сестры. Тогда она подумала, что ей их подарили или она сама себе купила, но в голову даже мысли не пришло о том, что Катя могла увлечься рукоделием. Причина, правда, получилась пренеприятнейшая, зато результат вышел прекрасный. Значит, то, что губило, теперь должно было помочь в исцелении? А почему бы и нет!

— Здорово… — в задумчивости медленно кивала Кристина. А было ли у неё хобби? Что нравилось ей самой? Кофе считается? Вряд ли… Опомнившись, она улыбнулась и поинтересовалась: — Мам, пап, а когда Кирилла в гости звать будем?

Мама с особым вниманием оглядела дорогого супруга, вытянула губы трубочкой и подвигала ими из стороны в сторону, затем поджала их и усмехнулась:

— Не раньше, чем через неделю. Не стоит его пугать красотой писаной.

Папа осклабился и гордо выпятил подбородок — о драке с физруком он нисколечко не жалел.

После завтрака родители уехали по магазинам — затариваться продуктами на неделю. Кристина предложила составить им компанию, но они отказались, сказав, чтобы она лучше провела время со своим парнем.

— Развлекайся, дочь, — подмигнула ей мама, завязывая шнурки на кроссовках. Папа же, полностью готовый к выходу, изнывал на пороге. — Что тебе вкусненького купить?

— Кофе, — хохотнула Кристина.

— Само собой!

— Ну, Оль, поехали уже… — подал голос папа. Но, получив взгляд прищуренных глаз любимой жены, стушевался. — Не, ты не подумай, я ж тебя не тороплю…

Спустя минут пять они выехали с парковки у дома. Погода не желала улучшаться, и охотников погулять под непрекращающимся дождём не находилось. Кристина выходила покормить Рыжика, но на посту по понятным причинам его не было, а на громкие призывы «кис-кис-кис» он не отзывался, поэтому лакомство вернулось обратно в рюкзак дожидаться лучшего случая.

О прогулке на улице с Кириллом и детьми не могло быть и речи. Кристина подумывала о том, чтобы напроситься к ним в гости — всё-таки воскресенье, а значит, не нужно ни в садик, ни на работу. Хотя насчёт Кирилла это, конечно, спорное утверждение.

Однако и из этой идеи ничего не вышло, потому что Анечка проснулась с болью в горле, а у Никиты поднялась температура. Невысокая, но всё же. Поэтому на ближайшие несколько дней можно было забыть о свиданиях. Кристина и хотела бы помочь, да не знала как. Сидеть с детьми ей Кирилл не разрешит — побоится, что и она заболеет. Тогда что делать?

Правильная мысль пришла, когда Кристина вспомнила, что кофе ей сегодня так и не достался. Дождь-зануда прекращаться не собирался, пешком идти в «Небо» — идея так себе, поэтому пришлось вызывать такси втридорога. Не хочешь ножки мочить в непогоду — изволь денежку заплатить. Запасы Кристины становились всё скромнее и скромнее, поэтому она пообещала себе, что в самое ближайшее время найдёт себе подработку.

В кофейне Кристина получила долгожданный капучино, выпила его на месте, пообщалась немного с Ангелиной и Михаилом — сегодня была их смена, — не забыла и с Цербером поздороваться. С собой она взяла ещё два капучино, круассаны для Кирилла и пирожные для Анечки с Никитой. Вторая поездка влетела ей в копеечку — спрос на такси к полудню повысился, а с ним и цены. Подработку найти! Срочно!

Около подъезда Кристина позвонила Кириллу:

— Привет! Кофе хочешь?

— Хочу, — улыбнулся он в трубку. — Как раз заваривать собирался.

— Не надо! Просто дверь открой!

— Какую дверь? Ты что…

— Я ненадолго, — с улыбкой заверила его Кристина, набирая номер квартиры и нажимая «колокольчик».

На этаже Кирилл встретил её растрёпанным и немного помятым, но Кристине он показался самым красивым и самым желанным. Если бы не обстоятельства, она бы бросилась к нему в объятия и не стала бы слушать никаких возражений. Во всяком случае в мыслях она была настолько храброй. Но кто ж его знает,