Лето. Ласточка. Любовь. Мои три Л. - Кира Русова
— Ну хоть Нейромонаха поставь, там есть танцевальный бит. — сказал Вовчик, усаживаясь напротив Дэна на пустую кровать. — А то весь дискач одну муть врубаешь.
— Ты сейчас серьезно? — злостный взгляд скользнул по явно нарывающемуся боксеру.
— Ну Дэнчик, не ломайся, один трек прошу, чтоб качало. — Вовчик отработал гряду ударов, хук пролетал в воздухе и каждый раз останавливался, не долетая до носа Дэна.
— А не пошел бы ты... — Дэн вскочил на ноги, ноздри его раздувались, телефон был крепко зажат в руке. — к Сладкову! — и повернувшись, широким шагом двинулся к выходу.
— Да? А мне показалось ты гонишь, что не знаешь, что с Марком!
Дэн замер на пол пути к двери, а затем, не поворачиваясь, резко дёрнул головой, будто отгонял навязчивые мысли и вышел за дверь.
— И что это сейчас было? — посмотрел я на Вовчика, расправляя складочки на черном поло, которое сидело на мне как влитое.
— У другана своего спроси! Ладно пойду Марка поищу. Бывай.
— Погоди, ты знаешь где он? — но, столкнувшись взглядом, который явно говорил о моём недоумии, догадался. — Ну да, где ж ещё.
Когда мы дошли до тренажёров, то увидели изможденного Марка, по лицу которого пот стекал струями. Губы сжаты в тонкую линию и побелевшие от напряжения. Вена на лбу вздулась, будто змейка, а футболка прилипла к телу и была уже почти насквозь мокрая. Глаза смотрели но, казалось, не видели. Вовчик подошёл и выдернул наушник, и Марк тут же, будто только сейчас осознав, как устал, повалился спиной на скамью и начал часто дышать.
— Ты чего — хочешь инфаркт в 17 себе устроить? — нависнув над другом, спросил Вовчик.
— Я... не борщу... — тяжело дыша, прерывисто ответил Марк.
— Я вижу. — сложив руки на груди, Вовчик недовольно отбивал ногой ритм. — Узнал всё?
— Узнал... — ответил брат, прикрыв глаза и тут же рывком поднялся. — Ты?! Ты знал?! Ты знал?! — начал неожиданно громко Марк. — Ты знал! — и тут он толкнул Вовчика в грудь.
— Эй! Бро ты чего? Какая собака тебя укусила?! — резко встав между ними, я постарался оттолкнуть их в разные стороны.
— Ты всё знал и ничего не сказал мне?! — Марка оказалось не так-то просто удержать — он легко отбросил меня в сторону и накинулся на Вовчика.
— Я… тебе… говорил! Вспо… мни! — снося удар за ударом Вовчик стоял как скала, не пытаясь сопротивляться.
Я вскочил и снова побежал к ним, пытаясь разнять.
— Говорил?! Ни хрена ты мне не говорил!
Тут я пропустил удар в ухо, в голове резко засвистело и, потеряв равновесие, я повалился на скамью, ударившись губой о её угол.
— Никитос! — сквозь шум в ушах услышал я голос брата, и тут же меня дёрнули за плечо, переворачивая. Передо мной оказались два перепуганных лица.
— Эй! Ты как? — Вовчик щёлкам пальцами перед глазами. — Сколько пальцев видишь?
— Девять. — отшутился я, затем согнулся пополам от хохота. — Вы бы видели свои лица!
— Ну ты нас напугал говнюк! — подавая мне руку, чтобы встать, сказал Марк и, когда я уже был на ногах, крепко обнял меня. — Прости брат, я не хотел.
— Да ладно, чего уж теперь. — я дотронулся до губы, ощущая жжение и, почувствовав что-то липкое, поморщился.
— Надо что-то холодное приложить, а то распухнет и будешь как Анджелина Джоли. — и Вовчик вытянул губы уточкой.
Я хотел рассмеяться, но боль не дала мне это сделать.
— Не пойду, пока вы мне не расскажете, что у вас произошло. — твердо сказал я и парни переглянулись.
— Прости... — сказал Марк, глядя на Вовчика. — Вспылил, а ты ни при чём.
— Ты тоже меня прости, я хотел сказать. Но как это сделать? Я и с Дэном говорил, что лучше он сразу всё «разложит тебе по полочкам», чем ты узнаешь сам.
— Теперь я понимаю, чего ты тогда ко мне привязался — мол — что-то ты долго встречаешься с Асей, посмотри — вокруг девчонок много. Или это: «А давай прям сейчас к Вешняковой завалимся». Я тогда решил, что тебе просто скучно стало, а ты мне хотел сказать...
— Ты тоже меня пойми, я между двух огней... Секрет-то не мой, да узнал я случайно.
— Да кто-нибудь объяснит мне, что случилось?! — не выдержал я.
И они объяснили. Говорил в основном Вовчик, а Марк лишь слушал и сжимал кулаки.
— Может устроим ему тёмную? — предложил я. — Дэн, конечно, мой лучший друг, но это как-то не по-братски уводить тёлку.
— По-твоему он не догадается, кто ему накостылял? — насмешливо посмотрел на меня Вовчик. — Нет — тут другое надо — забастовку. Будем его просто игнорить, пока сам не поймет, что налажал. А там дальше решим, что делать.
Внутренне мне, конечно, не нравилась эта идея с Дэном. Мы вместе давно и у меня не было ближе друга, но всё же немного проучить его следовало.
— Ну что, парни? Девчонки ждут нас на танцульках. — покачал я бедрами, чем развеселил парней.
— Я не пойду. — покачал головой Марк. — Фаина видеть меня теперь не захочет. И какой гад этот чат ведёт? Я бы ему объяснил, что шпионить за другими это нехорошо.
— Ты ещё не забыл её? — удивился я.
— Да засела, никак не могу выбросить её из головы... А теперь она думает, что я кручу с двумя, а то и тремя, если не половиной лагеря.
— Ну так порази её! Девчонки любят широкие жесты, сама в объятья прыгнет. — я пожал плечами. — Чего? Я дело говорю. Будешь её рыцарем, и она сама тебе ворота башни откро… — я запнулся, понимая, что Марк сейчас не в настроении на подобные шутки.
— Точно! Пойду и скажу ей как есть! Что она мне нравится и будь что будет.
— Э не, бро. — я чувствовал, как моя губа распухает и слегка теряет чувствительность, как при анестезии. — Она тебя сейчас слушать не будет. Вспоминай мелодрамы — там жест нужен, чтоб «Вау!», чтоб при всех. Ну например, в аэропорту, перед отлетом самолета закричать, что пробежал к ней через весь город, потому что не хочешь отпускать.
— Где я тебе самолёт найду?! — недовольно проворчал брат.
— Вот же! — Вовчик закусил кулак, посмотрев на моё лицо. — Кажись, не успели холодное приложить.
На дискотеку мы всё-таки пришли, хоть и под самый конец. Я кинул взгляд в сторону Дэна, который теперь, как я видел, казался очень задумчивым. Вот к нему подошла Алиса Степановна и, что-то прошептав, быстрым шагом двинулась в нашу сторону. Дэн объявил белый танец и я увидев, как уверенно вожатая шагает ко мне, уже было протянул вперед