Случайный рыцарь - Николь Сноу

Твою мать.

Снова приступ боли. Когда ее визг возносится к пиковой точке, я вздрагиваю и рычу прямо ей в лицо:

– Да прекрати ты орать, ради бога! Я в курсе, что это дом Джона. Я работал на него!

Клянусь, она вот-вот продавит стену своей задницей. Но она затыкается, уставившись на меня растерянными глазами.

– Работал на него? Что?

К счастью, она берет на полтона ниже, и я могу наконец убрать руку от виска. Слава богу, приступ стихает так же быстро, как и возник.

Так, ладно.

Джон говорил ей обо мне, верно? Черт возьми, о ней он говорил более чем достаточно. Но если это так, то мое присутствие здесь не должно быть для нее таким шоком.

– Здесь, на ранчо, – говорю я, изо всех сил стараясь не звучать слишком уж саркастично. – Вообще везде, где ему нужна была помощь. Я работаю на него уже много лет.

– Вы? – она едва шепчет. – Подождите. Вы говорите, что вы и есть тот… его компаньон? Помощник? Его старый армейский приятель?

С трудом сдерживаю хмыканье.

Меня никогда не называли чьим-либо «компаньоном». Да, я служил в армии, как и Джон, но совершенно точно не в то же время. Война в Корее закончилась задолго до того, как Дядя Сэм^[6] призвал меня к исполнению долга в недавних заварушках – в Афганистане и Ираке.

– Но что вы делаете здесь, в доме? – спрашивает она, бегло осматривая меня. – Дедушка всегда говорил, что вы живете в коттедже.

Я сжимаю челюсти и медленно рассматриваю ее, вглядываясь в огромные глаза. Похоже, она не в том состоянии, чтобы услышать всю правду, поэтому начинать надо понемногу.

– Я просто принимал здесь душ после погони за чертякой Эдисоном, который удрал аж до самого озера Биг Фиш.

Клянусь, это не лошадь, а какой-то дикий мустанг.

Нет такого замка, который он не мог бы открыть. И если бы я не перебирал свое снаряжение на заднем крыльце, я бы даже не увидел его на вершине холма за домом.

Кроме внучки, Эдисон был единственным, кого Джон Рид любил больше всего на свете. Я пообещал ему присматривать за ними обоими, точно так же, как присматривал за ним. Понятное дело, что я должен был догнать эту чертову лошадь, хоть и знал, что Белла появится сегодня.

– Дай мне минуту, и я расскажу тебе все. Я оденусь, и мы встретимся на кухне.

Ответа не жду. Иду в спальню и закрываю за собой дверь.

Вот же дерьмо!

Я ожидал неприятностей, но это?

Джон предупреждал меня о своей невестке Молли и его сыне Гарри. Сказал, что они будут не согласны с условиями завещания. И я был готов к тому, что они вот-вот заявятся и подольют масла в огонь. Но, черт, мне никто не сказал, что я должен буду беречь свои барабанные перепонки от маленькой мисс Крик.

Если бы она визжала на пол-октавы выше, я бы даже не заметил, какая она миленькая. Глаза как лабиринт, в котором можно потеряться на несколько дней.

Нежная, перепуганная брюнеточка с достаточным количеством выпуклостей, которые так и тянет облапать. Бедра, от вида которых земля и небо меняются местами. Упругая, аппетитная попка, способная ввергнуть в пучины ада мужика, который слишком долгое время просидел в одиночестве, как я, к примеру.

Стоп, стоп, стоп. Я поклялся Джону, что сделаю все правильно, а вместо этого стою здесь и перебираю сюжеты 18+ с участием его родственницы, пока в ушах все еще стоит звон. Хуже всего, что он доверил мне исполнение безумного плана, который он придумал, чтобы спасти наши шкуры.

Чтоб я сдох.

Я прикасаюсь к голове. Сейчас она не болит, но я чувствую, что мигрень на подходе. Собственно, она уже есть. Ждет меня внизу.

До сих пор не понимаю, как я вообще позволил втянуть себя в это безумие. Конечно, Джон тот еще хитрый старый лис. Он не только убедил меня, но и вынудил своего накрахмаленного юриста участвовать во всем этом.

Открывая ящик комода, я не могу сдержать ухмылку.

Джон Рид был чертовски мужественным человеком. Его присутствие не стало чувствоваться меньше, хоть он и покинул эту смертную обитель. Я многим ему обязан. Я бы не был здесь сегодня, если бы не он.

Черт, меня бы вообще уже не было, если бы не Джон. Мы встретились, когда я достиг самого дна, не зная, куда идти и что делать. Я чувствовал себя потерянным умственно, морально, духовно – во всех смыслах этого слова.

Но старый Джон нашел меня с пробитым колесом в разгар снежного бурана на дороге в никуда. Неполадка произошла возле его почтового ящика, и если бы не подъездная аллея, я бы оказался в кювете. Погребенный под бесконечным, не заканчивающимся снегопадом, который все шел и шел. Сугробы, наметаемые с холмов, могут занести многие километры шоссе на несколько дней. Я умудрился часть аллеи кое-как проползти, пока колеса намертво не забуксовали в снегу, а потом машина и вовсе заглохла.

Я был готов к худшему, вплоть до смерти от переохлаждения в объятиях Ледяного Джека^[7].

Джон Рид пробрался через снежные завалы на дороге. Я улыбаюсь воспоминаниям, надевая футболку через голову, а затем прохожусь расческой по волосам перед зеркалом.

Его машину занесло на повороте, но он, не сбавляя газа, опустил снегоочиститель, закрепленный на передней части старого красно-белого «ДжиЭмСи»^[8]. Этот старик преодолел сугробы высотой в три фута подобно Зевсу, раздвигающему горы, переключая передачи, словно у него была третья рука, и лишь комья снега летели над над ветровым стеклом его автомобиля. Его ухмылка была такой же широкой, как козырек его красно-черной клетчатой шляпы. Если уж совсем откровенно – немного маниакальной. Совершенно белые вставные зубы соперничали белизной со снегом, когда он остановился рядом с моим пикапом и опустил стекло.

И как возможно забыть те первые простые, проникновенные слова?

– Залазь, парень. И пристегнись. Нынче ночью дорога неровная.

Подобных ему людей мало, и они редко встречаются.

Обратная дорога – почти в две с половиной мили – была более чем неровной. Я бы сказал, опасной. До сих пор не уверен, что он видел хоть что-то сквозь налипающий на лобовое стекло снег. Я, по крайней мере, не замечал ничего, но он как-то умудрился удержать машину на дороге, так что мы добрались до дома и даже не пострадали.

Снег шел еще два дня. Нам пришлось использовать трактор, чтобы притащить