Петр Великий и управление территориями Российского государства - Андрей Владимирович Дёмкин
Такой же указ 20 января 1701 г. запретил отправлять на воеводство дворян, которые состоят на службе в армии. О том же указ 30 апреля, а 3 июля и 12 ноября 1702 г. прямо сказано, что на воеводство должны посылаться отставные военные и дворяне. На воеводах, которые дерзнут не исполнять трижды присланные им распоряжения, по именному указу 22 октября 1701 г. велено «править» по первому разу «печатные пошлины и истцу проезд и волокиту», по второму разу – 25 р., а по третьему – 50 р. пени. Если воевода не станет платить, то его поместья и вотчины следовало отписать в казну и раздавать челобитчикам «бесповоротно».
Именной указ 14 января 1702 г. предписывал воеводам прислать в Поместный приказ сведения о дворянских имениях с 1627 г.: на каком основании они принадлежат нынешним владельцам. «В городах губным старостам и сыщикам не быть, а ведать всякие дела с воеводой дворянам, тех городов помещикам и вотчинникам, добрым и знатным людям по выбору», по 2–4 человека – распорядился именной указ 10 марта. При этом воеводе в одиночку те дела не решать (об этом писал и В. О. Ключевский).
Воеводы и приказные люди в городах по именному указу, объявленному из Семеновской приказной палаты, 6 января 1704 г. должны прислать сведения о рыбных ловлях. Если кто-либо станет ловить рыбу «утайкой», не платя оброка, то их следовало приводить к воеводе. Отныне теми вопросами должна заниматься «Ижерская канцелярия дел рыбных ловель». Воеводы обязаны всячески помогать посланным из нее представителям. То же требовалось и от бурмистров. За нерадение с воевод будет «доправлена пеня большая», а также «учинено жестокое наказание». 11 октября именной указ потребовал от посланных стольников и местных воевод не взятые на откуп рыбные ловли отдавать владельцам на оброк (то же 1 июня 1705 г.). Снова 1 января 1705 г. «Статьи» об отдаче на откуп рыбных ловель предписывали воеводам присылать в Ингерманландскую канцелярию «сказки» Им же поручено собирать оброчные деньги с ловель. Где воевод нет – это делать земским бурмистрам. 25 февраля 1704 г. именной указ приказывал в городах воеводам следить за тем, чтобы лошадей, хозяева которых не объявятся, продавали, а деньги отправляли в Семеновскую канцелярию. То же требовалось от воевод, чтобы в их городах торговые люди предъявляли свои товары в таможнях по именному указу 1 марта. Помогать специально посланным в города стольникам и дворянам переписывать там постоялые дворы и строить новые, «и в иных делах» требовали от воевод «Статьи» 6 марта. Последним за ослушание грозила отписка в казну поместий и вотчин или пени в 50 и 100 р. Вновь об обычной практике, когда воевода должен был заниматься пойманными беглыми, расспрашивать их и поступать с ними по указам, говорил именной указ 30 апреля. 30 июня в городах только воеводы по именному указу должны были заботиться о «переоброчке» мельниц, если будет выявлена «утайка» с них доходов.
19 января 1705 г. объявленный боярином Т. Н. Стрешневым именной указ подтверждал прежнюю практику, когда в городах, «у челобитчиковых дел», вместе с воеводами были дворяне по выбору. Сказано, что им же быть и у всяких государевых дел, и «денежных всяких сборов». Если у воевод таких «товарищей» нет, то их выбирать из местных дворян, «добрых и заобычных» по 2 человека. Если же воевода со своими «товарищами» «учинят по грамотам и в денежных сборах замедление и понаровку, а в челобитчиковых делах какую неправду», то им за это «учинено будет жестокое наказание». Воеводы, а в каких городах их нет – бурмистры должны следить по именному указу 14 февраля за «записью» о найме подвод[21].
В рассматриваемый период воеводы были причастны к определенным новациям, о которых подробнее мы упомянем в других главах. С появлением в ходу гербовой бумаги именной указ 12 октября 1699 г. предписывал в городах воеводам и приказным людям не принимать «крепости» (различные акты), написанные не на ней. Если сначала гербовую бумагу из Оружейной палаты посылали для продажи в города бурмистрам, то по именному указу 15 ноября это «отставили». Теперь бумагу посылали к воеводам. «Под жестоким штрафом» они должны были ее продавать, как было определено. Главное – не увеличивать установленные на нее цены. Вырученные деньги следовало отсылать в Оружейную палату. Кроме «штрафа» воеводам-нарушителям грозили и «жестоким наказанием» и «всеконечным разорением», конфискацией поместий и вотчин. Однако, уже 24 мая 1700 г. новый именной указ вновь передавал продажу в городах гербовой бумаги бурмистрам[22].
Ввиду того, что «крепостные дела» (оформление различных актов) давали казне доход в виде пошлин, власти были заинтересованы в их упорядочении и правильном ведении. Боярский приговор 30 апреля 1701 г. велел направлять грамоты к воеводам, а где их нет – к бурмистрам, чтобы они выбирали «из всяких чинов» особых подьячих для ведения подобных дел, сколько «пристойно». Из них 1–2 человека должны «надсматривать» за остальными и от них требовали особой присяги «и свидетельства поручителей». «Для страху» за злоупотребления грозили смертной казнью. О подьячих сообщать в Оружейную палату. Для «крепостных дел» велено в городах отвести особые «избы», а в малых городах – особые «столы» в Приказных избах. В обычных городах «крепостей» на сумму свыше 100 р. писать не позволялось (это было разрешено в Москве и в «разрядных» городах, то есть в центрах особых военно-административных территорий – Разрядов). Если волости и погосты отстояли от города белее, чем на 10 верст, то и там следовало писать «крепости» местным земским и церковным дьячкам «в малых делах». Пошлины оттуда должны пересылать в города к воеводам или бурмистрам. Последние обязаны следить за правильным ведением дел и в городах, и в волостях и погостах. Не допускать взяток и волокиты и, само собой, нарушителей стращали жестокими карами. Собранные пошлины воеводы или бурмистры должны отсылать в Москву, в Оружейную палату, каждые три месяца. Именные указы 19 сентября 1702 г. и 1 марта 1703 г. напоминали воеводам о своевременной отсылке в Москву пошлинных денег и «записных книг».
Повторял положения предыдущих именной указ 22 июля 1704 г. Здесь же объявляется выговор «иным» воеводам, которые «ослушников» государевых указов в «крепостных делах» отпускают, «не доправя на них пени… отчего казне чинится немалая утрата». Отмечена роль «надсмотрщиков» (о них см. выше)
Ознакомительная версия. Доступно 10 из 50 стр.