Собрание сочинений. Том 4. Быт - Виктор Борисович Шкловский

Ознакомительная версия. Доступно 56 из 281 стр. и башмаках, при звездах», говорящий на том изысканном французском языке, на котором не только говорили, но и думали наши деды. Его дочь, княжна Элен, приезжает в «белой бальной робе, убранной плющом и мохом», с «очень открытой по тогдашней моде грудью и спиной»; его сын, Ипполит, – «в темно-зеленом фраке, в панталонах цвета бедра испуганной нимфы, как он сам говорил, в чулках и башмаках». Маленькая княгиня Болконская появляется «в сереньком изящном платье, в кружевах, немного ниже грудей опоясанном широкой лентой». За нею вошел Пьер Безухов, «массивный, толстый молодой человек, со стриженной головой, в очках, в светлых панталонах, по тогдашней моде, с высоким жабо и в коричневом фраке». При разъезде с вечера князь Ипполит надевает «редингот», который у него по-новому был длиннее пяток. Думается нам, что количество приведенных в эпизоде внешних бытовых подробностей совершенно достаточно: о каждом из более или менее заметных лиц здесь сказано именно то, что рисует его внешний «культурно-бытовой облик».

Перейдем к другим эпизодам первого тома романа. Вот мы на именинах у Ростовых: молодежь поет в квартете какой-то сентиментальный «Ключ», Николай Ростов поет новый романс, в котором есть и лунный свет, и арфа золотая, и другие атрибуты сентиментальной лирики того времени; на балу лихо танцуют экосезы и англезы, а старик, граф Ростов, с Марьей Дмитриевной Ахросимовой поражает всех «Данилой Купором».

В доме графа Безухова, кроме статуй в нишах, отмеченных г. Мережковским, мы видим венецианское зеркало в зале, «приемную с двумя итальянскими окнами, выходом в зимний сад, с большим бюстом и портретом во весь рост Екатерины», «большую, разделенную колоннами и аркой комнату, всю обитую персидскими коврами», в которой с одной стороны стояла «высокая, красного дерева кровать под шелковыми занавесками, а с другой – огромный киот с образами», и «под освещенными ризами киота длинное вольтеровское кресло». Далее перед нами «в напудренном парике невысокая фигурка» князя Николая Андреевича Болконского, выходящего в назначенный час в «высокую официантскую», где его дожидаются и домочадцы, и почетные гости. Вот его «огромный кабинет», который «наполнен вещами, очевидно, беспрестанно употребляемыми: большой стол, на котором лежали книги и планы, высокие стеклянные шкафы библиотеки с ключом в дверцах, высокий стол для писания в стоячем положении, на котором лежала открытая тетрадь, токарный станок с разложенными инструментами и с рассыпанными кругом стружками». Старик передает дочери письмо от Жюли Курагиной, которую он иронически называет «Элоизой», а также и присланную с письмом мистическую книгу «Ключ таинства». Он доволен, когда княжна Марья в определенный час повторяет на «клавикордах» «Дюссекову сонату». Он называет свою дочь «княжной», «сударыней», когда обращается к ней, говорит ей: «Мне сделали пропозицию насчет вас» (Минувшие годы. СПб., 1908. Октябрь. № 10).

Этим перечислением Бороздин как будто бы решает вопрос в положительную сторону, т. е. исторических деталей у Толстого довольно много, и они, по его мнению, исторически точны. К этому же мнению, т. е. к мнению изобилия и точности деталей, присоединился и Кирпичников:

Правильность утверждения Кирпичникова мы еще разберем, пока же вернемся к Бороздину. Список деталей, приведенный им, можно одновременно и развернуть, и опорочить.

Я в перечислении Бороздина, в упрек его наивности, подчеркнул безразличные эпитеты. Ими Толстой пользовался широко. Для читателя они убедительны, и только это и доказал своим примером Бороздин. Приведем еще отрывок для уяснения метода применения безразличных эпитетов у Толстого.

Деталей как будто бы довольно много, но и в этих деталях, как и во всем списке Бороздина, любопытна следующая вещь. Характеристики главным образом мнимые. Они занимают место характеристики и ничего не характеризуют. Особенно это относится ко 2‑му отделу перечислений Бороздина: чем выделен дом графа Безухова? Большой бюст, большая разделенная колоннами и арками комната, высокая кровать, огромный киот с образами, высокая официантская.

А у Николая Андреевича Болконского – огромный кабинет, большой стол, высокие стеклянные шкафы, высокие столы, столовая Болконского громадно-высокая, картина огромная в громадной раме, а часы большие. Это не характеристики, это, по определению Брика для стихов, – безразличные эпитеты.

Но и там, где мы имеем у Толстого реальное перечисление, нужно сделать две оговорки.

Первое: детали. В частности, детали костюмов у Толстого даны неравномерно. Он сперва одевает героев. Как-то Софья Андреевна про подготовку романа из жизни Петра Великого писала, что герои одеты и рассажены, но еще не дышат. Если бы они задышали, то интерес к их костюмам у Толстого исчез бы. Толстой одевает своих героев, но не всех. Например, костюм Андрея Болконского при его появлении вообще не дан; в продолжении романа он его одел зимой при появлении его во время родов жены.

Описаны гротесковые костюмы Пьера и Ипполита; причем костюм Ипполита дан так, что его читатель представить себе не может. Толстой дает старинное название цвета, очевидно – за его причудливость. Это название, может быть, характеризует Ипполита, но никак не характеризует цвет.

Кроме того, любопытно отметить, что Толстой не переодел героев в эпилоге. Между тем как раз в этом периоде произошла революция мужских костюмов, а именно: появление длинных панталон.

Ознакомительная версия. Доступно 56 из 281 стр.